Сначала догони
Шрифт:
– Девушка, сюда нельзя! – отмершая кондукторша заметила меня и поторопилась вытолкать, но я вцепилась в ее руку и взмолилась так что она замерла как вкопанная.
– Пожалуйста, меня же убьют… – голос сорвался, и я сглотнула комок в горле. – Они там облаву устроили, мне туда нельзя!
– Кто они? Может полицию вызвать?
Безотчетно помотала головой и взгляд наткнулся на еще одну женщину-кондуктора. Та вопросительно смотрела на коллегу и меня держащую ту за руку.
– Может тут есть запасной выход или окно? Можно
– Девушка! Служебное помещение для персонала! – у второй прорезался голос, и я в отчаянье еще крепче вцепилась в руку женщины.
– Помогите, – не отрываю взгляда от ее лица, и слышу, как в дверь ударил мощный кулак.
– Откройте, полиция.
Мои глаза распахнулись шире, а пульс подскочил к глотке и стало совсем невыносимо дышать. Вторая женщина, плюнув, видимо, на нас, решила-таки открыть, и я не дожидаясь отклика первой рванула вглубь помещения, и успела лишь заметить как дверь открылась и пэпс грубо толкнул кондукторшу отчего та свалилась на кафель и прошагал мимо.
Мне крышка!
Эта мысль почти успела укорениться в мозгу, но прямо по коридору, кажется был пожарный выход, и я нажала кнопку магнитного замка и вывалилась в помещение вокзала.
Меня тут же подхватили чьи-то грубые руки, и я подняла взгляд, заметив одного из полицаев. Тот смотрел на меня как на кусок мяса будто я не человек вовсе, а просто тело. Оскалился.
Что есть мочи долбанула в его пах и тот не успел увернуться. Согнулся, кулаки разжались, а я вырвалась из его хватки и бегом к выходу. Там первый попавшийся таксист согласно кивнул, когда назвала адрес Наткиной дачи.
Упала в машину и села ниже, чтобы не было видно в окно.
– С тобой что, малая? Нормально все?
– Да, в порядке, – если не брать в расчет что на меня охоту открыли и убить хотят. – Пожалуйста быстрее.
Проехали мы половину пути, и я решила проверить как там Натка.
– Извините, можно от вас позвонить? – обратилась к таксисту, и он услужливо протянул телефон пробормотав, что лучше звонить на нтс, потому что там безлимит.
Набрала по памяти номер подруги и выслушав три гудка уже начала волноваться, но на том конце провода послышался знакомый голос, и я выдохнула.
– Нат, ты как? – крепче сжала телефон, будто это помогло бы мне удержать подругу ближе. Второй рукой заткнула ухо, чтобы лучше слышать, и замерла. – Все тихо на горизонте?
– Мирош. Олежку взяли.
– Как взяли? – страх острыми иголочками прошелся вдоль позвоночника, и я выпрямилась, впиваясь взглядом в пространство. – Он же мент…
– Мне сейчас Ульянка позвонила, сказала, что мужа закрыли, – голос Наташи был обеспокоенным, и мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди, поэтому я безотчетно прижала ладонь к ребрам, пытаясь унять мандраж. – Слушай, в дверь звонят, наверно доставка, сейчас погоди, Мирош.
– Нат, стой! – но мой крик, именно крик улетел в
Таксист подпрыгнул от моего крика, и я крепче сжала телефон, прислушиваясь к голосам по ту сторону.
– Тормозите, надо обратно в город. Я заплачу! – потянулась за деньгами в сумку попутно крича в трубку. – Наташ, ответь, слышишь ответь!
– Ну здравствуй… – вкрадчивый голос резанул по ушам, и я закусила губу до боли, чувствуя во рту привкус железа. Баритон узнала, уже слышала его этой ночью. Вопрос лишь в том, как ему удалось так быстро прийти в себя… – Рад, что ты на связи, не придется упрашивать твою подружку чтобы вышла на тебя.
– Не трогай ее, – голос оборвался, истерика подкатила к горлу, и мне никак не удалось глотнуть кислорода. Начала задыхаться. – Не смей и пальцем…
– Торопись, иначе я заскучаю.
Связь прервалась, а я уже не скрывая слез истерики начала орать на ни в чем неповинного таксера чтобы гнал. Гнал сильнее, на красный пофиг на штрафы. И он вник.
Ровно через пятнадцать минут он тормознул у нужного дома, и я не глядя хапнув из рюкзака деньги сунула ему пачку смятых купюр и выбежала из такси.
– Девушка, куда столько? Сдачу-то возьми, ну…
Подъезд открыла консьержка. Я не глядя на нее нажала кнопку лифта и выждав три секунды рванула к лестнице. Подъем на Наткин этаж как один миг, хотя раньше я бы сдохла, пробеги я столько за такой короткий срок. А тут видимо на адреналине, на чистом шоке добежала до нужной двери и начала долбить чтобы…
Не знаю, зачем, дверь оказалась не заперта…
Открыла ее и бросив рюкзак в коридоре шагнула в квартиру, в которой царила неестественная тишина.
Шаг, еще один, удары сердца учащались, пока не превратились в монотонный гул. Тело прошиб пот, и я провела влажными ладонями по бедрам в джинсах, чтобы хоть как-то успокоиться.
– Ты быстро, – тот самый бугай, что по моим подсчетам должен был сейчас валяться парализованным стоял у усаженной на стул Натки, приставив к ее виску дуло пистолета. Подруга не дышала. По щекам катились слезы, лицо насквозь от них промокло, и поясок халата перетягивающий ее рот и щеки врезался в кожу так, что казалось разрежет. – Проходи присаживайся…
Он издевался, пользуясь моим полным бессилием. Видимо зря я недооценила противника, ведь останься я на лишний час у Натки, мы бы тупо его не впустили…
Ноги не слушались, но я прошла и села на диван напротив них, с опозданием осознав что так и не сняла обувь. Белый ковер сейчас запачкается, но о чем это я? Он запачкается если я дернусь, и громила нажмет курок, а пока еще не все потеряно…
– Теперь ты будешь отвечать?
Отвечать? Ему нужны ответы? Да я сейчас готова ведро гвоздей съесть только бы он опустил ствол.