Сначала догони
Шрифт:
От бабушки скрыть не удалось, она поняла по моим задумчивым пустым глазам, что…
Да все она поняла.
А потом врач сказал, что ее слабое сердце не выдержало. А ведь она не говорила мне о проблемах с ним.
Не замечала, как слезы стекают по щекам. Собаки забегали под козырьком, беспокойно кружа, но не отступая. Рев мотора звучал уже совсем рядом, прямо под ухом. Этот звук как рев дикого зверя заставлял сильнее дрожать. Пульс все ускорялся, а вдоль позвоночника струился холодный пот, не смотря на полуденное солнышко. Дыхание сбилось. Собаки рванули с места,
Из-за дома послышались голоса.
Стерла со щек остатки истерики и попыталась вдохнуть, но замерла, потому что в ту же секунду из-за угла показалась знакомая фигура. Сердце замерло, а потом словно на пружине выстрелило в глотку. Стиснула колени так сильно, словно утопающий спасательный круг, и безотчетно отползла.
Взгляд льдисто серых глаз моего похитителя застыл на мне. Секунды на понимание хватило, выражение его изменилось мгновенно. От равнодушного и бесстрастного до мгновенного оттиска дикой ярости в чертах. Мощная челюсть напряглась так что заиграли желваки, а черные брови сошлись на переносице. Казалось похититель не замечал кружащих под ногами собак, стоял и сверлил меня глазами будто пытаясь заживо сжечь стальной яростью.
– Яр, а что здесь… – невысокая блондинка замерла справа от похитителя. Её глаза расширились, она явно была удивлена не меньше меня. Тонкая фигурка напряглась, а когда тишину нарушило рявканье и вовсе вздрогнула.
– Иди в дом.
Девушка повернулась к похитителю, но тот был непреклонен.
– В дом. Живо.
И ее как ветром сдуло. И собаки закружились еще активнее. Они словно чуяли мой страх и его ярость. Отражали их. Предвкушали.
– Сидеть, – короткий приказ, от которого даже мне стало жутко. Захотелось выполнить его, хотя по сути я уже выполняла, да? Псы сели, но было видно, их разрывает от нетерпения вцепиться в мою глотку. Как это сделает их хозяин. – Я предупреждал.
Вздрогнула, именно это он сказал, когда начал меня…
Нет, пожалуйста!
Не произнесла, губы онемели, и единственное что мне удалось – соскочить и прижаться к фронтону во весь рост.
Прожигал глазами. Выжигал на коже невидимый след. Кровь ревела, долбила в ушах, сердце колотилось в горле, ладони влажные от пота скользили по дощатой поверхности. В ступни впивались мелкие камешки. Откуда они на крыше?
– Слезай.
Помотала головой безотчетно.
Зарычал.
Не поняла, как он оказался рядом. Может как демон взлетел, может просто ловко подтянулся на перекладине крыльца и забрался, но уже через секунду пригвоздил меня к фронтону собой. Лапища сжала шею до боли, на моих глазах выступили слезы, и похититель долбанул меня о стену головой цедя сквозь зубы.
– Хочешь в вольере с собаками жить? – его горячее дыхание опаляло щеку, а ярость сжигала. Рука сжимавшая мою шею сталью хватки не позволяла дышать, а огромное тело сдвинуться. – С пола жрать?
Нет.
Не ответила, помотала головой, глазами умоляя его не делать этого. Не убивать. Не давить так сильно. Не унижать больше. Но все тщетно.
– Сука. Совсем ума нет?
Да. Нет. На все готова лишь бы
– Еще. Раз, – каждое слово как хлыст, и голова до боли вжималась в доски. – Ты выкинешь. Фокус.
Жесткое лицо исказила злорадная ухмылка, от которой кровь-лава мгновенно застыла в жилах.
– Разложу тебя так, что будешь жалеть, что не убил раньше…
Сжал, и отпустил.
Так внезапно разжал руку, что я осела на шифер, хватая ртом воздух. Штанины спортивного трико прямо перед глазами, в пору схватиться и разрыдаться, моля о пощаде, но я сдержала порыв. Подняла глаза на зверя.
Прошиб задумчивым взглядом. А потом так же ловко как забрался, спрыгнул на землю и отдал приказ.
– Слезай.
Спорить не было сил. Вообще их не было, он выжал их все, выжрал из меня энергию как демон. Пододвинулась к краю. Руки дрожали, ноги не слушались, но я упрямо спустила ступни с крыши, и они безвольно повисли.
Схватилась за край шифера и зацепилась за выступ в обшивке дома. Сорвалась. Вскрикнула, зажмурилась. Очнулась в уже привычной хватке зверя.
Широкая грудь вжималась в меня, руки как канаты оплетали тело. Лицо к лицу.
Взгляд к взгляду.
Что-то промелькнуло. Разжал руки ставя на ступень крыльца. Собаки зарычали. Вцепилась в ткань его футболки. Безотчетно. Прильнула, ища защиты.
Дура. Он прав.
– Смирно, – не отрывая взгляда от моих глаз, но с губительной ноткой задержки. Не сразу выпалил. Спустя мучительно долгую секунду неправильной близости. Собаки стихли.
Разжала пальцы, и он свои руки опустил, все с той же задержкой. Кожа горела.
– Под замок посажу. Сама нарвалась.
Комната встретила тишиной и неприятной паутиной воспоминаний. В углу все то же ведро, на единственном окне решетка, кровать с не застланным бельем.
Замок за моей спиной щелкнул, и я села на продавленный матрас и уставилась в одну точку.
Замечательно, просто блеск.
Меня похитил какой-то больной на голову мужик и привез в дом, где он живет со своей девушкой… Или еще хуже, женой.
И этот больной на голову мужик постоянно грозится что изнасилует. Что-то не складывается. А может, эта его сожительница такая же больная на голову?
Как бы там ни было, сил у меня не было, кажется, остатки закончились, и я устало поднялась и заставила себя застелить продавленный матрас простыней и сунуть подушку в наволочку. Легла на постель и буквально через минуту уже провалилась в сон.
Проснулась от неприятного ощущения загнанности. Открыла глаза и вздрогнула, заметив на стуле напротив кровати своего похитителя.
– Ты разбила яды, – не спрашивает, утверждает, глядя на меня все с тем же нажимом, но одновременно бесстрастно. Его взгляд и давит и при этом в нем невозможно прочесть ни единой эмоции лишь скупая пустота.
– Это вышло случайно, – боязливо сажусь, натягивая длинную футболку до колен. Будь моя воля я бы и рукава вытянула до запястий. Отползаю к стене безотчетно, чтобы подальше от этого зверя. – Я не хотела…