Сначала отвести беду...
Шрифт:
…Лев Гурыч, проделав рекомендованную ему восстановительную зарядку, расположился в облюбованном кресле у окна. Прикрыв глаза и удобно пристроив на пуфике загипсованные ноги, он воспроизводил в уме вчерашнее заседание. Официальное заседание, — потому, что появился первый протокол, который вёл секретарь, — он же юрист, старый знакомый генерала и, как выяснилось, и Льва Гурыча.
Юрист II класса Данила Григорьевич Ганжа тоже недавно стал пенсионером, охотно откликнулся на просьбу Беркутова проконсультировать его в качестве правоведа по "некоторым вопросам", чётко сформулированным Петром Николаевичем. Первое заседание,
Заседали долго. Не раз ходили в кухню варить кофе и чай, съели целую банку варенья и, едва ли не килограмм сухого печенья….и всё же осталось много нерешённых вопросов. Сам протокол ещё требовалось отредактировать, — так договорились вчера, расставаясь и расходясь по домам. Сделать это должен был он, Лев. И сделать "по-умному", не всё, о чём говорили, следует записывать. Это, — как бы официальная бумага, предназначенная, если понадобится, для регистрации их объединения, статус которого в рамках дозволенного законами пока тоже не определили. Над этим обещал подумать Данила, хотя генерал и буркнул: "кому это нужно? В игрушки играемся, господа-конспираторы"…
Итак, Беркутов и Иванов, употребляя уже ставшую привычной фразеологию времени рыночной экономики, — учредители.
Когда Иванов узнал, кто именно помогал Беркутову разобраться в специальных юридических тонкостях, он без колебаний согласился, что "Данила подходит", и попросил друга переговорить с ним более конкретно. И вот, Ганжа — член оргштаба, он же взял на себя и секретарские, и бухгалтерские вопросы, заверив обоих учредителей, что разберётся с формальной стороной денежных отношений с Горьковым, хотя Иванов сразу предупредил, что контакты с магнатом будет осуществлять только он сам. Разумеется, Ганжа полностью разделял мотивы, побудившие отставных милиционеров ввязаться в политику. Вопиющая несправедливость "дикой" капиталистической действительности вызывала у него такое же неприятие, как и у них.
Четвёртым штабистом стал Алексин. Он пришёл с разработанной тематикой публикаций на первый период работы партийной печати, рассчитанной на разные уровни читательской аудитории. Особенно тщательно были продуманы стиль и тематика выступлений для молодых рабочих и для школьников. То есть, для тех, чьё сознание, моральные ценности формируются массовой "культурой" и учебниками "от Сороса". Рассказывая о своих намётках, журналист увлёкся, и подробно обосновал, почему именно он решил разговаривать с теми или иными читателями по-разному. Особенно важной он считал подачу материалов — с дерзкими рисунками, эскизы и темы которых для первых выпусков он тоже продумал, полагаясь на графическое мастерство художников местных газет.
— Читать наша молодёжь отвыкла, — горячо говорил Павел Алексеевич, раскладывая на столе принесенные с собой рисунки. — Её внимание сначала нужно привлечь интересным рисунком, парадоксальным вопросом, интригующим заголовком, и тем побудить прочитать предлагаемые материалы. Очень важно писать коротко. Длинные статьи читают подготовленные люди. Наш же потенциальный читатель…
Он говорил долго и подробно, но, слушали его с неподдельным интересом, отмечая такую важную для творческих людей увлечённость не только рассказом, но и задачей.
И Беркутов, и Иванов
Здесь же, на заседании штаба попросили Иванова подготовить проект Программного заявления, с которым решили выступить после начала функционирования первых 10 газет в регионах. Заявление должно быть кратким и содержать:
— оценку внешнеполитической деятельности руководства страны во взаимосвязи с агрессивными амбициями Соединённых Штатов;
— оценку резкого снижения обороноспособности России как следствие политического курса её руководства;
— вывод об обязательности крутого поворота политики правительства на укрепление жизнестойкости государства; и,
— заявление о необходимости выдвижения в руководство страны новых патриотически-ориентированных политиков.
Называть конкретные фамилии кандидатов и заострять внимание на изменении экономического уклада страны на этом этапе решили нецелесообразным и в протоколе первого заседания об этом не упоминать. После недолгого обсуждения, сошлись на том, что экономика — тема следующего заявления, время которому наступит при формировании региональных ячеек будущей партии. И это время наступит, вероятно, через 6–8 месяцев. Впрочем, всё дальнейшее будет уточняться по мере развития событий.
По предложению Петра Николаевича решили, что при выдвижении будущего кандидата берётся ориентир на Льва Гурыча Иванова. Все газеты партии (посмеялись немного: приступили, мол, к делёжке шкуры неубитого медведя, газет-то пока нет!), начнут упоминать его фамилию в связи, конечно, с милицейской работой. Алексин взялся подумать, как это сделать ненавязчиво. Но пусть читатели — так называемый "электорат" — привыкают к новому для них имени. Когда этот вопрос обсуждали, Иванов выразил было сомнение, но генерал, — он руководил заседанием штаба, — прикрикнул на него, обозвал интеллигентствующим студентом, и Лев понял правоту товарищей. Впрочем, слово интеллигент он обидным не посчитал.
Достаточно долго обсуждали возможные варианты названия партии, но ничего не решили. Пока ориентировочно — РВС — России Верные Сыны. Замыслу отвечает и, в то же время, не раскрывает его. А для людей старшего поколения — с намёком на патриотическую повесть Гайдара. Настоящего Гайдара, Аркадия Гайдара. Что ж, название пока не к спеху, название пока ждёт…
Лев Гурыч встал с кресла и, медленно, осторожно ступая, но, не трогая костыль, прошёл к книжному шкафу. Взял одну из книг Леонтьева, — выстроились они на одной полке — все с авторскими надписями, — как же! Автор был благодарен прототипу своего героя….Был бы жив Николай Иванович удивился бы, что во многих книгах на полях Лев поставил вопросы, а кое-что выразительно подчеркнул….
….Вот, — пишет Леонтьев о Сталине, пишет резко негативно, — и тут же: "…но с его именем на губах умирали в бою…", но "с его идеями надрывались на стройках…", но "свято верили в идею…". Великая Победа одержана"…не благодаря, а вопреки существующей системе…"!! Наивный человек автор…или глупый? Нет, конечно. Не глупый, но одураченный, вылитыми на него потоками лжи, наивно уверовавший в болтовню демагогов, подобных искусствоведу Лихачёву или писателю Залыгину…
Как же удалось такое? Ведь искалечено сознание не одного человека?