Сначала отвести беду...
Шрифт:
— Что трезвонишь? К кому надо?
— Откройте, Пилецкий. Я вас вижу. К вам пришёл….Из милиции я…
Старший лейтенант Павел Лукинов весь вчерашний день искал Максима. Приехав для очистки совести по адресу его московской прописки, где по свежим следам уже побывал сам Кличко, и убедившись, что Пилецкий не вернулся домой, он вернулся в офис и без особого труда узнал имена людей, с которыми встречался референт вне служебного времени. Таких оказалось не так уж много, но жили они в разных концах огромного города. Служебного транспорта Павлу не полагалось, проверять по телефону они с майором
Разумеется, среди полученных адресов был и адрес Анжелки.
Лукинов побывал у молодой женщины, но, по её словам, в этот день она с Максимом не встречалась.
Только утром Павел подумал о возможном наличии дачи или огородного участка. Он снова позвонил Анжеле, узнал, что у Максима есть ключи от дачи, что телефон там не исправен, и получил необходимый адрес.
Теперь он стоял у калитки дачи. Готовый ко всему.
— Погоди минутку, иду.
Сколько нужно времени, чтобы спуститься со второго этажа, отпереть дверь и пройти 15–20 метров до калитки?
Полторы минуты? Две?
У обоих парней, почти ровесников, за эти минуты в голове пронеслось множество мыслей.
Максим: Идти открывать или выскользнуть через окно кухни в сад и добежать до совсем близкого леска?…Зачем он пришёл? Арестовывать меня? За что? Или впустить в дом и шарахнуть по голове пепельницей?
Массивная из литой бронзы пепельница в виде лодочки с двумя гребцами, чей-то давний подарок отцу Анжелки, лежала у входной двери возле неработающего телефона и могла служить идеальным…. кастетом. Собственно говоря, для того и положили её возле двери…. От лихих людей. В дачной местности всякое бывает…
Шарахнуть? А что потом, куда деваться? Скрываться и от милиции и от бандитов Ричарда? Скрываться, не имея на руках приличных бабок? Да и получится ли одолеть этого? Ментов хорошо тренируют…
Павел: Выйдет или нет? Легкомысленно поступил, нужно было взять с собой опера из местного райотдела…. Для подстраховки. Впрочем, не на задержание же иду, нужно только найти Пилецкого и пригласить его на официальный разговор…. Пока он лишь один из подозреваемых…. Но кто знает, почему он домой не явился? Испугался? Но тогда он со страха и бежать может броситься. Или того хуже, у него может быть оружие. Нет, вот он, вышел на крыльцо. Будь внимателен, Павлуха!
Широко улыбаясь, подошедшему к калитке Пилецкому, Лукинов нащупал под мышкой рукоять пистолета…
— Ну? Что родной милиции от меня понадобилось?
— Почему вы, Максим, не явились к нам? Вас, ведь, майор Андулин просил зайти?
— К 10 часам. Сейчас ещё нет десяти…
— Да, ещё четверть часа. А как вы планировали поспеть к этому времени отсюда? В Москву?
— А вы заранее догадались, что я не приду? Сами прискакали…. Ну, проспал. Позже подъеду, небольшая беда…. Только…к кому теперь? Товарища майора-то…Вот это, действительно, беда.
— Выясним. Можете не сомневаться. Вы собирайтесь, вместе поедем. И диплом свой не забудьте.
— Вы меня задерживаете? А ордер у вас есть? И вообще, диплом не здесь, дома был, но оригинал, я потерял… Это преступление? И что вы копаете, ограбление нашей конторы или мою личность изучаете? Зачем? Да и свою ксиву вы не показали, откуда мне знать, что вы из МВД?
— Не хамите, Максим. Ведь это страх вас подталкивает. Кого вы боитесь? Нас или….так сказать, своих приятелей? Почему домой ночевать не пошли?
Не спеша, не спуская друг с друга глаз, они прошли по дорожке и поднялись на невысокое крылечко. Пилецкий открыл дверь и посторонился, пропуская "гостя" вперёд. "Идите, идите вперёд, вы хозяин, показывайте, куда идти?" — отступил на полшага Лукинов, напрягая слух, чтобы уловить, есть ли в доме ещё кто-нибудь.
— Да не бойтесь! Это не я вас боюсь, а вы меня, — рассмеялся Максим.
Павел тоже рассмеялся, оба поняли, что стычки не будет. Прошли в небольшую гостиную, обставленную в стиле 60-ых. Невысокая мебельная стенка, облицованная шпоном светлого дерева; застеленная клетчатым пледом тахта; на окне лёгкая кружевная занавеска…. круглый стол без скатерти, три, нет, четыре стула. На столе остатки ужина, ел один человек. Всё это одним взглядом схватил старший лейтенант, окончательно успокаиваясь.
Оба подошли к столу. Максим убрал с него грязную посуду, ладонью смахнул крошки и принёс из соседней кухни бутылку пива и широкие стаканы. Сел рядом с Павлом, налил в стаканы пиво и спросил:
— О чём говорить будем, товарищ… капитан?
— Старший лейтенант Лукинов, — запоздало представился Павел. Работаю… Работал с майором Андулиным. Вообще-то, я собирался только найти тебя и пригласить к нам в главк. Для этого, кстати, ордер не требуется. Но, если ты не против, можно и здесь побеседовать…
— Не против. Только насчёт корочек, — я уже сказал, показать не смогу, потерял. Уже давно.
— Что ж, ещё раз запросим Киев. Но у нас тебе побывать всё равно придётся. Полковник Кличко, уполномоченный по особо важным делам, тоже с тобой поговорить собирается. Так что, повесточку я тебе выпишу… А сейчас… — Павел взглянул в окно и порывисто встал. — Быстро, за мной, и схватив Максима за рукав, рванулся в кухню. Пилецкий побежал за ним. Оба выпрыгнули в открытое окно кухни.
— Максим! Исчезни мгновенно, а завтра — сразу к нам. Я задержу их…
Ничего не поняв, но нутром ощутив, что нужно повиноваться, Пилецкий скрылся за сараем.
Лукинов, не торопясь, обошёл дачу и направился навстречу двум наголо стриженым парням, вышедшим из машины, остановившейся у калитки участка.
— Привет, ребята! Вы местные? Не подскажете, был ли тут хахаль хозяйки? Дом, вроде бы открыт, но нет никого…
— А ты кто такой, что рыщешь тут?
— Я — то из милиции, вот ищу парня второй день. Начальство велело разыскать. Зашёл в местную милицию, спросил…Они ни хрена не знают, послали меня сюда. Сам, дежурный говорит, пойти с тобой не могу, а патруль с минуты на минуту вернётся и подъедет к тебе. Помогут, если Пилецкий заупрямится. Знают они его.