Сначала свадьба

Бэлоу Мэри

– Посмотри, Эллиот! – отвлекла от размышлений Ванесса. – Здесь оркестр, ложи и танцевальная площадка! Будем танцевать? Прямо на улице, под звездами? Разве может быть что-нибудь романтичнее?

– Ни в коем случае, – серьезно поддержал виконт. – Особенно если доведется танцевать вальс.

– Да, вальс – это прекрасно, – умиротворенно вздохнула Ванесса.

– Смотрите-ка! – в ту же минуту радостно воскликнул молодой Мертон. – Вот и Константин с компанией! Он говорил, что сегодня непременно будет здесь.

Ванесса так остро ощущала собственную влюбленность, что чувство порою граничило с болью. Ответ на неожиданный

вопрос Эллиота, счастлива ли она, казался правдивым, но неполным.

После откровенного разговора в библиотеке в обращении Эллиота сквозила особая нежность – и еще больше нежности и страсти ощущалось во время встреч в спальне. Но он никогда не говорил о своих чувствах. Возможно, поговорка справедлива и дела говорят красноречивее слов?

И все же Ванессе требовались слова.

Однако грустить она не собиралась. Брак и без того оказался в тысячу раз счастливее, чем Ванесса представляла, когда отчаянно пыталась избавить Мег от предложения виконта.

И все же… и все же, она так мечтала о словах.

Но разве можно желать еще чего-то, прогуливаясь в прекрасном саду Воксхолла в окружении самых дорогих сердцу людей?

Все вместе они неторопливо шли по центральной аллее, с удовольствием рассматривали деревья, цветы, мраморные скульптуры и колоннады, обращали внимание на иллюминацию и нарядно одетую публику, вдыхали ароматы природы и дорогих духов, прислушивались к звукам музыки, веселым голосам и легкому смеху.

Виконт угощал компанию изысканными деликатесами, тонкими, почти прозрачными, ломтиками сочной ветчины, знаменитой ароматной клубникой, которой славился Воксхолл, и сладким игристым вином.

Многочисленные знакомые, завидев лорда Лингейта в окружении родственников, непременно раскланивались и останавливались, чтобы засвидетельствовать почтение.

Ну и конечно, все, включая вдовствующую виконтессу, много танцевали.

Вальс под темным, усыпанным звездами небом не обманул ожиданий Ванессы и оказался необыкновенно романтичным. Кружась в такт мелодичной музыке, они с Эллиотом ни на мгновение не отводили друг от друга влюбленных взглядов, Ванесса улыбалась мужу, а в его глазах светилась нежность.

Нужны ли слова, когда и без них все сказано?

И все же, несмотря на почти абсолютное счастье, о котором большинство смертных способны только мечтать, в душе таилась тревога.

Виновником беспокойства стал Константин. Да, мистер Хакстебл оказался здесь, как и везде, где они появлялись. Постоянное присутствие внешне обаятельного, но коварного человека утомляло и раздражало.

Кузен выглядел улыбчивым, приветливым и, как всегда, обворожительным. Не уставал проявлять внимание, хотя и пришел с собственной компанией. Поговорил со Стивеном, пригласил на танец Мег. Увел на прогулку Кейт и Сесил – молодые леди с восторгом приняли приглашение – и вернулся не раньше чем спустя полчаса. Если бы девочки не были вместе, Ванесса наверняка начала бы волноваться. Ну а так всего лишь досадовала и на кузена, и на себя. На себя сердилась зато, что не предупредила брата и сестер об опасности общения с галантным лицемером. Сделать это оказалось непросто: пришлось бы рассказать и о миссис Бромли-Хейс, и о кражах драгоценностей из Уоррен-Холла при жизни Джонатана. Раскрывать столь неприятные секреты совсем не хотелось.

Сама Ванесса упорно избегала разговоров с Константином, хотя тот постоянно ей улыбался и при

первом же проявлении благосклонности и внимания немедленно оказался бы рядом. Можно было бы вести себя подобным образом до конца сезона, тем более что всю следующую неделю предстояло провести в деревне. Однако Ванесса считала, что отводить взгляд, прятаться и скрываться – тактика недостойная. А потому, как только кузен привел в ложу Сесил и Кейт, она слегка наклонилась в кресле. Эллиот как раз беседовал с кем-то из знакомых.

– Не согласитесь ли прогуляться и со мной тоже, Константин? – спросила Ванесса кузена.

Мистер Хакстебл очаровательно улыбнулся:

– С удовольствием.

Они вышли из ложи и, едва оказались в стороне, кузен слегка наклонился и произнес:

– А я решил, что вы окончательно во мне разочаровались.

– Так и есть, – коротко ответила Ванесса.

Лицо Константина оставалось серьезным, однако глаза насмешливо блестели. Они вышли на широкую аллею, и мистер Хакстебл вопросительно поднял брови, приглашая к объяснению.

– Осмелившись представить миссис Бромли-Хейс мне, моим сестрам и Сесил в театре, вы поступили в высшей степени безвкусно. Еще неприятнее выглядело ее присутствие на балу в Морленд-Хаусе. Честно говоря, не ожидала от вас столь откровенного проявления враждебности, ведь вы наш кузен!

Константин посмотрел серьезно: обычная усмешка уступила место раскаянию.

– Согласен, действительно получилось не слишком красиво. Примите извинения, Ванесса. Никогда не хотел обидеть вас, ваших родных и Сесил.

– И все же жестоко обидели. Сесил, Стивен, Маргарет и Кэтрин до сих пор не знают, что подверглись унижению на глазах у всех собравшихся. А я знаю. И унижение коснулось прежде всего меня, если не считать Эллиота, в которого вы и целились. Может быть, надеялись, что я не осмелюсь заговорить с мужем о том, что узнала от миссис Бромли-Хейс на следующий день в парке, хотя, как оказалось, она мне лгала? Хотели уничтожить наш брак изнутри, подобно опухоли, которая незаметно, но безжалостно разъедает тело? Если так, то вы жестоко ошиблись. Брак не разрушен, а мое счастье не померкло. Хотя в одном вы, несомненно, преуспели: приехав в Уоррен-Холл, я встретила вас с радостью. Сразу полюбила как родственника, а вскоре поддалась и человеческому обаянию. Могла бы до конца дней оставаться вашим другом и с благодарностью принимать ответную симпатию. Да, мы вполне могли бы породниться. Но вы злобно уничтожили такую возможность, и это прискорбно. Вот, собственно, и все, что мне хотелось сказать. Им пришлось свернуть в сторону, к краю аллеи, чтобы не столкнуться с чересчур шумной и веселой компанией. Константин окончательно помрачнел.

– Анна разговаривала с вами? – удивленно уточнил он. – И наверняка заявила, что до сих пор остается любовницей Эллиота? Ей не могло и в голову прийти, что вы немедленно выясните с мужем отношения и раскроете ложь. Простите, мне очень и очень жаль.

Ванесса посмотрела с укоризной, но промолчала.

– Кроме того, должен признаться и в собственной лжи, – продолжал Константин после недолгого молчания. – Разумеется, я слышал о вашей встрече с Анной в парке. Слышал от нее самой. И еще раз прошу прощения. Мне действительно очень жаль. Да, мы в ссоре с Эллиотом, и я решил наказать его, совершенно не подумав о той боли, которую доставлю вам. Поверьте, это случилось ненамеренно.