Снадобье для вдовы
Шрифт:
— Я учусь читать на родном языке, — ответил Юсуф, — но когда никто не может помочь, это довольно трудно. Отец Криспиа сказал, что я должен каждый день что-нибудь писать, и я искал в глоссарии некоторые слова.
— Какие слова ты искал? — спросил лорд Пер.
— Мне нужны слова, которые относятся к разным заболеваниям, — сказал Юсуф. — Но в этой книжке говорится только о любви, войне и сражениях, о погоне. Ни слова об обыденной жизни.
— Возможно, я смогу тебе помочь, —
— Сейчас ваша светлость должны выпить эту микстуру, которую я вам приготовил, а затем спать. Уже слишком поздно, чтобы помогать другим, — сказал Юсуф.
Глава 13
На берегу Клару и Мундину встречал небольшой отряд из охраны ее величества.
— Ждите здесь, — сказал один из солдат, когда они подошли к шатру, украшенному знаменами сицилийского королевского дома, а также королевских домов Арагона, Каталонии и Валенсии.
— Я доложу о вашем приезде, — добавил он. — Возможно, ее величество и захочет встретиться с вами.
Женщины спешились и оправили свои платья.
Периметр территории, на которой они сейчас находились, охраняли стражники, и толпы бездельничающих солдат остались позади. Клара отбросила вуаль и подставила лицо свежему ветерку.
— Меня подташнивает, — сказала она.
— Всю дорогу на корабле, когда нас качало по волнам, тебя не подташнивало, — заметила Мундина. — А теперь, когда ты в безопасности и тебе ничего не угрожает, тебе дурно. Не понимаю тебя.
— А что, если я ей не понравлюсь? — спросила Клара. — Что тогда?
— Не думаю, что она прикажет отрубить тебе голову, если ей не понравится цвет твоих волос, — откликнулась Мундина. — Ее злейшие враги никогда не обвиняли ее ни в чем подобном. А что касается твоей жизни вообще, по-моему, хуже, чем было, уже не будет.
— Тогда у меня просто не было времени осознать, что происходит, — возразила Клара. — А теперь каждую минуту я думаю о том, что могло случиться. И я не столь глупа, чтобы считать, что опасность миновала.
— В любом случае ее величество не станет продавать тебя в рабство. Такую юную даму, как ты? Никогда.
— Я не юная дама, Мундина, — ответила Клара. — Я судомойка.
— Лорд Улибе запретил тебе даже упоминать кухню, когда ты доберешься сюда, — сказала Мундина.
— Это равносильно лжи, — не согласилась Клара.
— Возможно, — откликнулась Мундина. — Я только повторяю полученные мной инструкции. Меня лично не подташнивает, а даже наоборот — я хочу есть, — добавила она. — Интересно, нас покормят или нам придется выпрашивать горбушку и похлебку у солдат?
— Конечно, они не допустят
— Нет, малышка, не допустят, — улыбнулась Мундина. — Вот увидишь, нам не о чем волноваться.
Неожиданно из шатра появился стражник и сделал им знак рукой.
— Ее величество хочет видеть вас прямо сейчас.
Мундина взглянула на свою подопечную, приподняла подол ее юбки и сильно встряхнула, чтобы удалить дорожную пыль.
— Вперед, — сказала она и подтолкнула девушку к шатру.
Клара поймала на себе быстрый взгляд Элеоноры Сицилийской, королевы обширных арагонских территорий, сидящей со сдержанным видом на высоком стуле, тоже выглядевшем вполне по-королевски, и присела в глубоком реверансе.
— Мне сказали, что тебя зовут Клара, — произнесла донья Элеонора, посмотрев на блестящие черны волосы Клары, неожиданно короткие.
— Да, ваше величество, — ответила Клара, не поднимаясь.
— И, кажется, ты не предъявляешь прав ни на какое другое имя, но об этом мы поговорим позже. Можешь подняться, Клара.
Клара выпрямилась достаточно грациозно, несмотря на дрожащие колени, и осталась стоять с опущенными долу глазами.
— Я получила необычайно загадочное письмо о тебе, дитя, — королева вопросительно посмотрела на нее. — Но человек, его написавший, — наш преданный слуга, которому мы многим обязаны. Он умоляет нас позаботиться о тебе, и мы это сделаем ради него. Должно быть, ты и твоя спутница устали и проголодались с дороги.
Клара, слишком смущенная, чтобы что-то ответить, снова присела в реверансе.
Королева поднялась и шагнула к ней, как будто хотела получше рассмотреть своего новобранца. Донья Элеонора была высокой и поджарой, как породистая борзая, в свободном и удобном платье из блестящего шелка. Когда она погружалась в свои мысли, а именно так оно и было в данный момент, ее лицо становилось серьезным, невозмутимым и невероятно красивым, как у мраморных изваяний святых, взирающих на тебя во время мессы, думала Клара. Внезапно невозмутимое лицо королевы озарила шаловливая улыбка.
— Если ты действительно шпионка или убийца, — сказала она, — как говорят некоторые, подосланная сюда в помощь сардинцам или чтобы навредить его величеству, ты выглядишь все-таки слишком маленькой и истощенной для подобной роли. Но когда люди будут бросать на тебя странные взгляды, донья Клара, моя новая фрейлина, учти, что для этого есть причины. Твоя слава опередила тебя.
Клара подняла глаза на королеву и смотрела на нее неподобающе долго, с побелевшим от потрясения лицом.