Снайпер
Шрифт:
– Я же сказал вам, что прежде стоит выпить, - негромко сказал Фред, стоя рядом с Джерико.
Джорджиана передала Джерико его чай "без всего". Чашка на блюдце слегка подрагивала, когда она ее предлагала.
– Луиза говорила, что вы побывали во всех беспокойных местах в мире, мистер Джерико. Вы должны рассказать нам о них. По ее словам, ваш рассказ мог бы оказаться настоящим приключенческим повествованием.
– Меня гораздо больше интересует это место, где жил доктор Пелхам, заметил Джерико.
– Жил и умер, - сказал Фред, с ухмылкой глянув
– Довольно, Фред! - воскликнула Джорджиана.
– Все люди, миссис Фрост, где-то живут и умирают, - сказал Джерико. Ваш отец отметил это место. В конце концов оно скажет о нем свое громкое слово. Архитектура, грандиозная забота об оформлении территории - все это свидетельствует о вкусе человека и его аккуратности. А этот дом - он просто очарователен.
– Этот дом является в большей степени отражением нашей матери, - сказал Фред. - За исключением разве что комнаты для игр. Там отец хранил свое оружие и играл в бильярд.
– Боюсь, что не до конца представляю, чего именно вы хотите от нас, мистер Джерико, готовясь написать портрет доктора Пелхама, - сказала Алисия.
Джерико снова принялся объяснять свою теорию "общего знаменателя". Алисия внимательно слушала.
– Портрет, как сказала мне Луиза, станет даром попечителям. Он будет выставлен в зале заседаний или в каком-то другом месте для собраний учеников Пелхам-Холла и тех, кто его уже окончил. Мне лично, мистер Джерико, кажется, что лучше всего они представляют его в образе директора. Возможно, на кафедре в зале заседаний, возможно, в часовне. Я думаю, нечто подобное, изображающее его величественным и добрым, понравится тысячам мальчиков, которые знали и любили его.
– А также ненавидели, - добавил Фред, разминая несуществующую сигарету.
– Не будь занудой, Фредди, - сказала Алисия. - Разумеется, были мальчики, которые его ненавидели - недисциплинированные и неподготовленные. Но эта маленькая группа, Фредди, не вернется в Пелхам-Холл, чтобы полюбоваться портретом. - Ее внимание было устойчиво сосредоточено на Джерико. - Я хочу подчеркнуть, мистер Джерико, что излишне детализированный анализ характера может породить картину, которую не признает подавляющее большинство воспитанников Пелхам-Холла.
Джерико ответил ей очаровательной улыбкой:
– Вы не учитываете сущность художника, миссис Пелхам. Я не копировщик, и мне хотелось бы думать, что, когда моя работа будет завершена, она будет нести в себе особый смысл для каждого, кто на нее смотрит. Я надеюсь на то, что вы увидите своего мужа, дети - отца, воспитанники - директора, а Берт Уолкер - старого и любимого друга.
При упоминании Берта уголки рта Алисии как бы поджались.
– И как же вы намерены справиться с этой задачей? - спросила она. Будете расспрашивать каждого из нас по отдельности?
– Во всяком случае, не сейчас, миссис Пелхам. Давайте просто время от времени переключать наш разговор на доктора Пелхама. - Он обвел взглядом остальных сидевших в комнате.
Никто не проронил ни слова. Казалось, что на этом предложении беседа иссякла.
– Кажется, он говорил, что в блэгдонских конюшнях разразилась эпидемия кашля. Он уехал в Саратогу проконсультироваться с ветеринаром.
– Ты сказала Джулии, что он прибудет к ужину? - спросила Алисия.
– Мама, я и сама в этом не уверена. Ты же знаешь Артура. Вполне может заявиться посреди ночи, чтобы сразу завалиться в постель, - сказала она, густо покраснев.
– А ваш муж, миссис Фрост, посещал Пелхам-Холл? - спросил Джерико, стараясь как-то заполнить возникшую паузу.
– Нет, не посещал! - резко проговорил Фред. - Он был инструктором по верховой езде. Главным поставщиком удобрений для матушкиного огорода.
– Ну хватит уже, Фред, - усталым голосом проговорила Луиза.
– Мой муж великолепный наездник, - сказала Джорджиана.
– Кентавр Джорджианы - наполовину лошадь, наполовину человек, невозмутимо проговорил Фред. - А будучи лишь наполовину человеком, Джорджи, он ведь не всегда доставляет максимум удовлетворения?
– Ты сегодня уже выпил, Фредди? - холодно поинтересовалась Алисия.
– Мама, я всегда выпиваю, - ответил тот. - Единственная приятная привычка, которую я разделяю с Артуром. Кстати, Джерико, отец был классным специалистом по части мартини. Никогда не пил после обеда, ну, разве что бренди, но мартини хлестал как воду. Причем всегда с оливкой, которую он, кстати, никогда не съедал. Вы не знаете почему?
– Почему же, мистер? - спросил Джерико.
– Чтобы позволить Берту съесть их на кухне после трапезы. Вот как близок был отец к своему другу. Берт всегда был большим почитателем оливок, смоченных в джине.
– Не позволяйте Фреду создать у вас впечатление, будто отец был выпивоха, - сказала Джорджиана. - Он всегда знал, когда остановиться.
– Не очень-то типично для бывшего алкоголика, - заметил Джерико.
Пожалуй, он при всем своем желании не смог бы взорвать в бледной гостиной Алисии более мощную бомбу неожиданного откровения. Старуха перевела на Луизу гневный взгляд своих серых глаз. Руки вцепились в подлокотники кресла с такой силой, что аж пальцы побелели.
– Луиза, этот слух действительно необходимо выставлять на всеобщее обозрение?
– Моя дорогая мама, это не слух, а общепризнанный факт. То, что отец мог выпить столько же, сколько и другой нормальный мужчина, лишь делало ему честь. И я рассказала об этом Джонни, чувствуя уважение к отцу.
– Джонни?
– Мое имя Джон, миссис Пелхам, - сказал Джерико. - Кстати, это именно тот факт, о котором я хотел бы знать. Он во многом иллюстрирует характер человека.
– Да уж, у отца явно был характер, - заметил Фред. - Его никак не назовешь замкнутым, аскетичным священником. Он считал, что священнослужитель должен быть "добрым и веселым парнем". Есть одна классическая история относительно его увлечения выпивкой.