Снег
Шрифт:
Я не знала, что делать. Прятаться? Ждать и спросить ее, куда мне идти? Но, несмотря на то, что женщина не смотрела никуда, кроме пола перед собой, кажется, ей не помешало подойти прямо ко мне. Она остановилась, поклонилась, и одновременно развернувшись боком и отступив немного, указала рукой на коридор, так и не подняв головы и не посмотрев на меня. Мне нужно идти туда? Я нерешительно сделала шаг, женщина снова поклонилась и пошла в обратном направлении. Наверное, все-таки это сопровождающая. Она довольно быстро шла, хотя шаги казались такими маленькими. Мы прошли коридор, свернули влево, потом к лестнице вышли. Дорога оказалась не близкой. И место это таким странным мне казалось. Наверное,
Путь закончился неожиданно. Женщина открыла дверь, вошла внутрь. Как только я прошла за ней, оказалось, что ее уже нет впереди. Я обернулась. Она стояла сбоку, поклонилась и вышла, закрыв дверь за собой.
Я была в большой комнате. Такой же непривычной и странной, как и все здесь. В первую очередь она показалась мне огромной. Очень высокий потолок, едва освещенный. И вокруг было так много предметов и мебели. Я растерялась, даже не зная, на что смотреть. Свет рассеянный и тёплый. Мне так показалось. Взгляд выхватил светильник на высокой ножке. Верхняя часть вся из разноцветных кусочков. Дальше еще один, но совсем другой по форме, и там были похожие на льдинки кусочки. Сбоку, шагах в пяти от меня, из стены выступала совсем непонятного назначения конструкция. Я решила сначала, что это шкаф, часть которого выступала из стены. Низкий, наверное, мне по плечо. Но мне было видно отсюда, что передняя стенка светится. И свет неправильный - мечется, бросая блики на пол. Я шагнула туда посмотреть, что там такое. Дверок не было, там была ниша, и в ней горел огонь! Я не видела настоящий никогда, но это точно был он! А потом, я обратила внимание, что на полу лежит покрытие. Не на весь пол. И оно разноцветное, выступало над полом на пару сантиметров. Перед "шкафом" диван и кресла. Такие огромные! Никогда таких не видела.
Оказывается, справа от меня была еще одна дверь в эту комнату. Она быстро открылась и закрылась. Я услышала шаги. В странном освещении я увидела только силуэт, движение.
– Эмма!
Я двинулась к нему, сама того не осознавая. Я просто ни могла не пойти ему навстречу. Мы почти дошли друг до друга. Кайс уже протянул руку ко мне, но я остановилась в двух шагах от него. И просто смотрела на него.
– Эмма?
Что же я себе позволяю? Как я могла?!
Я отступила на шаг и стала по стойке смирно. Отвести взгляд от его лица было очень трудно, но я не должна была на него смотреть. Я не должна была и здесь находиться, но за то, что позволила, сама и расплачусь.
– Что... что ты делаешь?
Я застыла и ждала приказа.
Я должна это пережить. Скоро все кончиться. Скоро все кончится. Скоро все...
– Не делай так, Эмма!
Он приблизился ко мне и взял моё лицо в ладони. Заставил посмотреть на него.
– Не поступай так со мной!
Он прижал меня к себе, удерживая голову за затылок, прижал к своему плечу. От него такая волна жара исходила, я просто упала бы, если не ухватилась за него. А он целовал мои волосы, повторял моё имя, обнимал крепко.
Глаза сами закрылись, и в этой горячей темноте его прикосновения чувствовать было еще мучительней. Все замирало внутри, и сердце билось так сильно, будто готовое выпрыгнуть из груди.
Мне едва хватило сил оттолкнуть его руку, что удерживала мою голову и отодвинуться немного. Даже глаза открыть была сейчас неспособна. Я
– Отпусти, - сил с ним бороться, просто не было.
Он приподнял мою голову за подбородок. Не могла открыть глаза, а теперь вдруг зажмурилась еще сильнее. Не хочу его лицо сейчас видеть!
Хотя на самом деле надо было не этого бояться.
Потому что он меня поцеловал.
И все что я сейчас пыталась собрать в себе, чтобы остановиться себя заставать, просто осыпалось и исчезло.
От его едва ощутимого касания.
По телу, будто разряд прошел от макушки до пяток. Когда я обняла его? Когда он прижал меня к себе? Сколько мы так стояли? Я сейчас просто исчезну - мне так казалось. Растворюсь в темноте пульсирующей, где-то за границей ресниц. Останусь здесь навсегда. И куда мне возвращаться надо - я не знала сейчас. Ничего кроме него и сейчас не знала. Ничего кроме него не существовало.
Голова закружилась. Я совсем забыла, что нужно дышать. Если бы за шею Кайса не обнимала, упала бы, наверное. Но голова закружилась еще больше, а потом я поняла, что это он меня несет! Придерживая за колени и спину, поднял на руки и держит на весу. Я не успела ничего сделать, как оказалась сидящей у него на коленях. Моя голова лежала на его плече, и я так уютно свернулась...
Как я могла знать, что могу так? Это только с ним возможно, в его руках. И откуда я знала все это? Он гладил мои волосы и тихонько целовал висок. А я просто растворялась в нем все больше и больше.
Не знаю, сколько мы сидели так.
– Где твоя обувь?
– Кайс коснулся моих обнаженных ступней.
Говорить сейчас просто не хотелось. Сидеть так, прижавшись друг к другу, и ни о чем не думать - вот все, что было мне нужно.
Но Кайс зашевелился, сел прямо и стал оглядываться.
– Ты пришла босиком?
Я кивнула.
Момент таял, я чувствовала себя, будто просыпаюсь. Было очень жаль, что, то, что я чувствовала, ускользает.
Кайс просмотрел на меня изумленно, потом, осторожно приподняв мои ноги, встал. Отошёл, я не смотрела, что он там делал, главное, что тут же вернулся. Он укрыл мои ноги, пледом, что принес и сел на полу у кресла, в котором я полулежала, свернувшись клубком. Просунул руки под плед и стал растирать ступни.
– Ты замерзла, - это так укоризненно прозвучало.
Почему он все время делает такие странные вещи, и говорит то, чего я не понимаю?
– Нет.
– Но твои ноги совсем холодные.
– Кровообращение почти восстановлено, и скоро это пройдет.
Он остановился и внимательно посмотрел на меня.
– Что это значит? Ты так странно выражаешь свои мысли иногда, - он улыбнулся и, наклонившись, прижался лбом к моим ногам.
Его руки снова стали двигаться, осторожно растирали мои ступни.
– Это последствия регенерации после обморожения, - я постаралась говорить более понятно.
Оказывается, и он меня не понимает иногда. Забавно, что я подумала об этом, почти одновременно с тем, что он сказал. Мы думали одинаково!
Он остановился, но не поднял лица.
– Регенерации?