Снисхождение
Шрифт:
– А кормят как? – деловито спросила Соловьева – Может, чего приготовить надо? Я привезу, не вопрос.
– Прогиб засчитан – Елена пощелкала пальцами у носа Мариэтты – Эй, тут есть кому харчи возить.
– На себя намекаешь? – окрысилась та немедленно.
– Кстати – как вариант – Шелестова пожала плечами – Мне сюда езды – двадцать минут. Но вообще я о Виктории Евгеньевне говорила. Если ты не забыла, то она нашему шефу не чужой человек.
– Если невтрепеж кого-то покормить – корми меня – предложил Стройников –
Вот такой у нас коллектив. Только непонятно отчего, в горле вдруг комок появился. Ну да, шутки шутят и все такое – только вот они давно должны были в Москву уехать, а вместо этого тут ошиваются. Шутки шутят – а глаза серьезные.
– Лен, прости что я тебе праздник испортил – сказал я Шелестовой – Я не нарочно.
– Да бросьте, шеф – Елена оперлась руками о подоконник – К тому же я предпочитаю другую формулировку. Вы его не испортили, вы сделали его незабываемым. Сколько бы их еще не было, этот мне из памяти точно не стереть.
– Мне тоже – поддержала ее Соловьева – Вы как упали, как вас скрючило! Жуть!
Вот тут я и услышал историю о том, как я на снегу корчился и что дальше было. Я по одному останавливал рассказчиков, пока не добрался до версии Жилина, которая все окончательно расставила по местам. И до того момента, как меня повезли в больницу, и после.
– Нас в дом так и не пустили – сказал он деловито – Ваша охрана. Они сказали, что до прибытия Азова все должны оставаться на своих местах, где были, ничего не трогать и никому не звонить.
– Лерка Волкова обиделась жутко – заметила Шелестова – Она не рассчитывала два часа на морозе в «лабутенах» торчать. Даже из всех своих социальных сетей меня после этого поудаляла. Ее можно понять – хотела пообщаться с журналистами, а вместо жтого сначала мерзнуть пришлось, а потом и вовсе ужас начался. Зато я уговорила охранцов дать нам поесть шашлыков, так что праздник не совсем пропал. Все равно они уже готовы были.
– Отличные были шашлыки – Петрович даже глаза прикрыл, вспоминая – Жаль, что тебя заколдырило не после этого, а до, тебе бы понравилось.
– Все вино виновато – пискнула Таша – На голодный желудок, до со специями. Вот обострение и произошло.
– Потом приехал Азов – не обращая на неё внимания, сказал Вика, беря мою руку в свою – Завел всех в дом и давай по одному опрашивать. Я-то думала он к тебе поедет сразу, хотела ему на хвост упасть, – но не тут-то было. Драконил всех по очереди, по одному в комнату водил. Меня правда не стал терзать, наоборот – к тебе отправил с ребятами. Причем мне до сих пор непонятно – зачем он это делал, если в тот момент уже было известно, что это не яд, а перитонит?
– Раз делал – значит так надо – веско произнес Жилин – Он начальство,
– Харитон Юрьевич, когда вас выпишут-то? – подала голос Ксюша.
– Не знаю – вздохнул я – Надеюсь – скоро.
– Это если рецидивов не будет – со знанием дела произнес Самошников – Тьфу-тьфу-тьфу.
– Какие рецидивы? – взбеленилась Вика – У него что, ангина что ли была? Не язык у тебя, а помело. Шиш тебе, а не премия в этом месяце!
– Чего я сказал-то такого? – испугался Димка – Чего?
– Ладно – решил я прекратить шум и гам – Тихо, я сказал! Стало быть, так. Я тут еще полежу видимо несколько дней, но это не повод пинать балду. Новый выпуск «Вестника» должен выйти в свет как положено, поэтому собирайтесь и валите в Москву. Вик, напишешь заметку от главреда, ну, и дальше по ситуации. Шелестова, на тебе новости и все прочее. Вику не дергай лишний раз.
– Не поняла? – Вика встрепенулась – Вообще-то я тут собираюсь остаться, между прочим.
– На предмет? – даже опешил я – А кто будет работу редакции координировать?
– Ленка – показала Вика на крайне удивленную этими словами Шелестову – У нее получится.
– А чем я хуже? – обиделся Стройников – Я тоже могу.
– Что? – одновременно повернулась к нему Шелестова и Вика – Что ты можешь?
– Не могу – немедленно перестроился Геннадий – Ничего не могу.
– Всем – тихо – скомандовал я – Вика, мне тут лежать всего три дня, я не смертельно больной, так что валите в столицу нашей Родины. Хоть высплюсь в тишине. Лен, тогда Вике во всем помогай, хорошо?
Вика хотя и проявила чудеса дипломатии, но последнюю фразу не одобрила. Внешне это было незаметно, но я-то ее знаю.
– Будет сделано – козырнула Шелестова – А что до материалов – давайте я вам на почту все скину. У меня внизу, в машине, нетбук лежит, я пулей метнусь, принесу. Только чур фотки из папки «Хо-хо» не смотреть, ладно?
– А сеть? – усмехнулся я – Это не Москва, тут «вайфая» нет. Да и врач вряд ли одобрит. Не суть, на самом деле, я так думаю, что через пару дней меня в столицу оттранспортируют, тогда продолжим этот разговор. Но нетбук ты неси. Как там папка называется?
– Добить тебя что ли? – задумчиво произнесла Вика – Труда немного, и в суде потом оправдают – мол, аффект, общая слабость покойного…
– Эй-эй – мне ее взгляд не понравился – Не забывай о расходах на транспортировку тела, а они будут немалые. Вот вернусь домой на следующей неделе…
– Все верно – послышался голос Азова – Так и будет, угадал. Во вторник отправишься домой, с малой скоростью, поутру. Так, детишки, посещение закончено, все из палаты вон. Да и вообще – зима, дни короткие, так что – по машинам и в путь. Шелестова, никаких ему нетбуков, пусть отсыпается. Вика, ты задержись, внизу меня подожди. Со мной поедешь, нам все равно по пути.