Шрифт:
САЙМОН Р. ГРИН
СНЫ ДОРОТИ
Дороти видела дурной сон. Ей снилось, что она выросла и постарела, и ее дети выставили ее из дома. И затем она проснулась и обнаружила, что все это было наяву. Нет такого места, как дом престарелых.
Дороти сидела в своем кресле-каталке, старая, слабая и очень усталая, и смотрела через большие стеклянные двери на внешний мир — мир, в котором больше не
Иногда, когда она лежала ночью в своей узкой кровати, она желала, чтобы налетел ураган, и снова унес бы ее прочь. Но она больше не была в Канзасе. Ее дети уверяли, что они выбрали именно этот дом, потому, что он был лучшим. Просто он находился так далеко, что они не могли очень часто навещать ее. Дороти никогда не пропускала прогнозы погоды по телевидению; но, по-видимому, никаких ураганов в этой части света не было.
Дороти посмотрела вниз, на свои руки. Старые, морщинистые, покрытые пигментными пятнами. Суставы, которые ужасно болели, когда шел дождь. Она подняла руки перед собой и повернула их вперед и назад, почти озадаченно. Чьи это руки? — подумала она. Мои руки не похожи на эти.
Молодая сиделка подошла и расчесала длинные седые волосы Дороти умелыми бесцеремонными взмахами. Сьюзи, или Ширли, что-то вроде этого. Все они выглядели одинаково для Дороти. Веселые молодые лица, зачастую покрытые такой уймой косметики, что было удивительно, как она не трескается, когда они улыбались. Дороти вспомнила свои собственные первые эксперименты с косметикой много лет назад. “Снова напала на бочку цветов?” Сказал бы дядя Генри, пытаясь казаться строгим, но не удержавшись от улыбки.
Сьюзи или Ширли проводила щеткой по прекрасным седым волосам Дороти, дергая ее голову туда и сюда, все время весело болтая о людях, которых Дороти не знала и вещах, которые ее не заботили. Когда сиделка закончила, она показала Дороти результаты своих трудов в зеркальце. И Дороти смотрела на запавшее, покрытое морщинами лицо, с тусклыми седыми волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке, и думала: Кто эта старуха? Это не я. Я не похожа на нее.
Наконец, сиделка ушла и оставила Дороти мирно сидеть в кресле, с которого она не могла подняться без посторонней помощи. Хотя это не имело значения; она не хотела ничего делать, только сидеть, думать и вспоминать …, ее воспоминания были всем, что у нее оставалось. Только они все еще имели значение.
“Не старей, душечка”, приговаривала Тетя Эм на ферме. “Это тяжкий труд — быть старой”.
Дороти не послушалась. У нее было столько возможностей поучиться у мудрой старой тети Эм и трудолюбивого дяди Генри. Но она всегда была слишком занята. Всегда слоняясь вокруг, в поисках приключений, мечтая о лучшем месте, подальше от мрачных серых равнин Канзаса.
Однажды она видела чудесный сон, о волшебной стране под названием Оз. Иногда она вспоминала Страну Оз, как нечто реальное, а иногда вспоминала ее так, как показывали в том фильме…, в конце концов, она смотрела фильм много раз, а настоящую Страну Оз видела только однажды. Было неудивительно, что иногда она путала их в уме. Киношники сделали
Дороти проснулась, после дремоты в своем кресле-каталке, и она вернулась в то место, которому принадлежала: в Страну Оз. Страна почти невыносимой красоты, яркой и великолепной, словно лучший летний день, по которому вы когда-либо тосковали. Огромные лужайки простирались вокруг нее, усеянные тут и там рощами высоких величественных деревьев, дающих любые плоды, о которых вы только могли подумать. Ряды цветов сотен утонченных, изумительных оттенков. Птицы всех видов пели всевозможные песни на деревьях и в кустах. Чудесные узорчатые бабочки трепетали в воздухе, словно ожившие лоскутки фантазии. Маленький ручеек струился впереди между зеленых берегов, сверкая на солнце, и ясное небо было невероятно прекрасного синего оттенка.
Дороти была немного разочарована. Когда она раньше представляла возвращение в Оз, то всегда думала, что будет огромная толпа Жевунов, ожидающих ее, с флагами, и знаменами, и песнями, счастливых снова приветствовать ее. Эти удивительные люди, ростом с ребенка, в шляпах с колокольчиками по краям. Но там не было никого, чтобы приветствовать ее. Вообще никого.
Дороти была поражена, обнаружив себя молодой женщиной, в элегантном сине-белом платье, в серебряных башмачках, а отнюдь не маленьким ребенком, каким она была в прошлое посещение Страны Оз. Хотя она была именно такой, какой представляла себя много лет, долго после того, как она перестала рассматривать свое отражение в зеркале. Она ущипнула себя и удивилась, как ясно и реально она почувствовала это. И никаких болезней и немощи.
Она подпрыгнула и повернулась вокруг себя, всплеснув руками и засмеявшись, упиваясь простой радостью от легкости движений. И тут же она резко остановилась потому, что к ней подбежала собака, неистово виляя хвостом. Маленький черный песик с длинной шелковистой шерстью и маленькими черными глазками, блестевшими невероятным восторгом. Он приплясывал вокруг нее, подпрыгивал, чуть не лопаясь от радости. Дороти опустилась на колени, улыбаясь ему.
“Ты выглядишь точно так же, как песик, который был у меня давно, когда я была маленькой девочкой”, сказала она. “Его звали Тото”.
Песик уселся на задние лапы и ухмыльнулся ей. “Потому, что я — Тото”, сказал пес грубым хриплым голосом. “Привет, Дороти! Столько времени я ждал здесь, чтобы ты пришла и присоединилась ко мне”.
Дороти смущенно уставилась на него. “Ты можешь говорить?”
“Конечно!” ответил Тото, оживленно почесываясь. “Это ведь Оз, в конце концов”.
“Но …, ты умер, Тото”, медленно проговорила Дороти. “Ты умер … давным-давно”.
“Какое это имеет значение там, где дело касается Страны Оз?” спросил песик. “Разве ты не рада снова увидеть меня?”
Дороти взяла песика на руки и обняла его так крепко, как будто хотела убедиться, что никто никогда не разлучит его с ней опять. Слезы катились по ее щекам, и Тото мягко слизывал их своим маленьким розовым язычком.
Наконец она должна была отпустить его, ведь только так она могла на него смотреть. Тото отошел, и серьезно поглядел на нее, склонив голову набок.
“Теперь ты должна пойти со мной, Дороти”.
“Куда?”
“По дороге из желтого кирпича, конечно”, ответил Тото. “Туда, где все твои старые друзья ждут, чтобы снова встретить тебя”.