Собиратель
Шрифт:
— Эм... Может в этом? — достала она из кармана...
Твою то мать. Всё это время у неё был образец?! Чтоб вас всех!
— Дай, — протянул я руку, сдержав ругательства. — Если повезет, вы сможете отсюда убраться.
— Вы?
— Да. Я останусь и завершу начатое.
— Ты про что? — забеспокоилась София.
Я не ответил, сосредоточившись на расчётах. Теперь, обладая
— Уходите, — потребовал я.
— Я не оставлю тебя здесь. — заупрямилась София.
— Уходи и приведи помощь. Нет времени спорить.
— А если тебя убьют? — возмутилась она.
— А если прямо сейчас Катя умрет, потому что ты медлишь?! — надавил я.
— Чтоб тебя...
— Эдгард...
Ольга хотела что-то сказать, но София схватила её за руку и они втроем исчезли.
А теперь начинается самое интересное. Я иду убивать.
Эпилог
Роман Коршунов стоял рядом с Канисом. Тот наблюдал за изображениями на экране. Одно из них показывало Софию Медведеву, сейчас плененную и скованную. Коршунов видел в этом некую иронию. Он и сам успел побывать в застенках князя и познакомиться с его дружелюбием. Так что увидеть его дочь в плену доставляло хоть и низкое, но удовлетворение с мрачными оттенками.
Эта эмоции пришла и ушла. Внимание мужчины было сосредоточенно на другом. После провала, Канис... Короткий приказ по рации и в ход пустили новый план.
Из-за чего Роман тихо злился и готовился вмешаться.
Было от чего занервничать. Неизвестно, чем руководствовался Канис, но он послал к Соколову подставного беса и... Камилу.
«Малолетняя дура...»
Кто бы знал, насколько Коршунов был взбешен тем, что она влезла в всё это. А Канис и рад. Подарил девочке силы, обработал и отправил на сверхважное задание, чтобы та показала себя. То, что это задание смертельно опасно — оставалось за кадром.
На экране было видно, как к Эдгарду сначала вошёл бес. Удивительно, но Соколов начал с ним разговор.
— Приведи её, — передал Канис в рацию.
В помещении появилась Камила, которая привела пленницу. Сама девушка была в маске, скрывая лицо.
— Зачем? — спросил Роман, — Зачем маска?
— Пусть для твоего друга будет сюрприз. — ответил Канис, не поворачиваясь, — Они ведь общались, не так ли?
— Она недостаточно подготовлена,
— Камила сама вызвалась. Сказала, что сможет на него повлиять, если не удастся сразу договориться.
«Дура... Какая же дура... Надеюсь, Соколов догадался, что это она»
— Не дергайся, — сказал Канис, — Соколов надежно заблокирован. Так что не вздумай всё испортить.
«Если ты так веришь в то, что он заблокирован, то почему сам не выйдешь к нему?»
Больше всего на свете Роман хотел кинуться на Каниса. Оторвать ему голову, захватить рацию и послать Камиле приказ срочно уходить из клетки со зверем. Слишком Соколов выглядел уверенным, чтобы по-настоящему верить в то, что он попал в ловушку.
«Возможно, Канис этого и добивается. Хочет увидеть его в деле, поэтому и отправил к нему пленницу, чтобы спровоцировать»
С Канисом никогда нельзя быть уверенным хоть в чем-то. Всегда его планы имели второе и третье дно. Всегда они сопровождались насилием и безумием.
Стоя вдвоем, они наблюдали за тем, как разворачивается беседа.
А потом камера отключилась. Канис не шелохнулся, но от него отчетливо повеяло напряжением. Выругавшись, Коршунов бросился на помощь к сестре.
***
Канис стоял, продолжая наблюдать через камеры за происходящим. Коршунов убежал, но это было не важно. Как-то ситуация вышла из под контроля. Пока в пределах допустимого, но возникло стойкое ощущение, что это только начало.
Связь с местом задержания Эдгарда Соколова исчезла. Канис подошёл к пульту возле экранов и потянул за рычаг. Ничего не произошло. Хотя звук от подрыва должен был донестись и до сюда.
— Группа зачистки, — сказал он в рацию, — Спустись вниз и зачистите всех, кого там обнаружите.
Парень, безусловно, попался им любопытный, но слишком уж странные способности, предположительно не поддающиеся контролю. Для его сдерживания приняли меры исходя из той информации, которую удалось достать, но этого, очевидно, оказалось мало.
А значит игры кончились и пора бить на поражение. Только вот ударить не получалось.
Канис рискнул щёлкнуть другой переключить и включить единственно черный экран. Изображение показало камеру с Екатериной Майер-Медведевой. Истощенная девушка висела на цепях, рядом с ней стоял помолодевший Первый, к чему-то прислушиваясь. Миг и он исчез.
Сбежал, — подумал Канис.
В чутье существа, которое прожило несколько столетий, мужчина не сомневался, поэтому и сам задумался о том, чтобы покинуть базу. Но то, что мог позволить себе старик, не мог позволить себе Канис. Именно он отвечал за операцию. Потерять пленников и базу — это провал, после которого карьера и жизненный путь мужчины закончатся.