Собирающая Стихии

Авраменко Олег Евгеньевич

И тут я сплоховал. Я слишком торопился и допустил маленькую небрежность, в результате чего сонные чары частично срикошетили от Софи и обрушились на меня. Я моментально заснул, уронив голову ей на колени…

* * *

Я проснулся приблизительно через три часа. Рикошет был не сильный, и я спал так долго в силу естественных причин. В тот раз, когда Софи разбудила меня, я ещё не выспался.

Сидя в постели и прогоняя остатки сна, я думал, что это и к лучшему. Мне нужно быть свежим и отдохнувшим, а мои чары были достаточно сильными,

чтобы отключить Софи как минимум на пять часов. Так что у меня в запасе оставалось ещё два или даже три часа времени — чего с избытком хватит для осуществления моего плана.

Софи спала крепко и не ворочалась. Она оставалась в том же положении, что и три часа назад, когда я усыпил её.

Я осторожно слез с кровати, оделся и привёл себя в более или менее нормальный вид. Пришлось повозиться с причёской. У меня такие же непокорные волосы, как у отца, и после сна они всегда торчат в разные стороны.

Я укрыл Софи одеялом и, наклонившись, нежно поцеловал её губы. Они даже не шевельнулись в ответ. Это хорошо. Спи, родная, спи крепко. У нас ещё будет возможность поцеловаться по-настоящему… Но повторится ли сегодняшняя дивная ночь?…

Я вышел из комнаты и спустился на первый этаж. В холле никого не было, но из кухни слышались приглушённые дверью голоса. Женский явно принадлежал Дейдре, мужской звучал тише, и его обладателя я опознать не смог.

Я собирался проследовать прямиком в кухню, но посреди холла остановился, обнаружив в привычной обстановке одну перемену. Под портретами дяди Артура и Дианы стоял, прислонённый к стене, третий портрет. Как мне показалось, на нём была изображена девушка, похожая на Софи.

Я подошёл ближе, присмотрелся внимательнее и убедился, что это не обман зрения. Девушка на портрете была точной копией Софи, разве что волосы у неё были тёмно-каштановые. Во всём же остальном это была Софи, одетая в церемониальный наряд принцессы Света. Странно…

А в целом портрет был очень хорош. Он был написан не так профессионально, как полотна Пенелопы, зато более эмоционально. С глубоким чувством, я бы сказал. Интересно, чья это работа? И кто же всё-таки изображён на картине? Софи?

Я прошёл в кухню. Как оказалось, собеседником Дейдры был Эрик. Они только что сели завтракать.

Увидев меня, Эрик тепло улыбнулся:

— Привет, Бриан. Рад тебя видеть. Ты тоже пришёл в гости?

Я замешкался с ответом.

А Дейдра зыркнула на меня исподлобья, молча поднялась со своего места и вышла из кухни — но не в холл, а в коридорчик чёрного хода. Громко хлопнула за собой дверью. Потом раздались её шаги на лестнице.

Я понял, что Дейдра пошла к Софи. Будет паршиво, если она попробует её разбудить…

— Здравствуй, Эрик, — сказал я наконец, пододвинул к столу третий стул и сел.

Я решил посмотреть, что предпримет Дейдра, и дальше действовать по обстоятельствам. К тому же я был голоден, а отправляться в долгий путь натощак — плохая идея.

— Сегодня Дейдра не в духе, — заметил Эрик. — А тебя и вовсе встретила, как врага народа. Что это с ней?

Я неопределённо пожал плечами. Я чувствовал

себя немного не в своей тарелке — и не только из-за очередной выходки Дейдры. Ещё меня смущал Эрик. Всего лишь год назад мы с ним были на равных. Я считал его своим вторым братом и самым близким из моих друзей. Он был чуть старше меня, а я — чуть умнее, и это сглаживало нашу разницу в возрасте. Между нами всегда царило взаимопонимание и полное доверие…

Но тот Эрик, мой брат и лучший друг, остался в далёком прошлом. Сейчас передо мной был совершенно другой человек. Взрослый, серьёзный, сдержанный. Выглядел он очень внушительно — почти так же внушительно, как дядя Амадис. Я не знал, как к нему подступиться.

— Хочешь есть? — спросил Эрик.

Я кивнул и невольно облизнулся.

— Да. Я ещё не завтракал.

— Тогда возьми мою порцию. Я к ней не притрагивался.

Он придвинул ко мне свою тарелку с яичницей и беконом.

— А как же ты?

— Я недавно обедал. Просто мне было неловко отказывать Дейдре.

— Что ж, тогда спасибо.

Я с рвением принялся за еду, сосредоточив на ней всё своё внимание, и лишь время от времени искоса поглядывал на Эрика. Он медленно жевал бисквит, запивая его горячим кофе, и в задумчивости смотрел на дверь чёрного хода, за которой скрылась Дейдра.

Утолив первый приступ голода, я стал есть медленнее, и спросил у Эрика:

— Ты пришёл навестить Дейдру?

— Её тоже, — ответил он. — Но в первую очередь я хотел повидать Софи.

Я поперхнулся.

— А… зачем?

— Есть один разговор. Я кое в чём виноват перед ней…

— Да, знаю, — быстро сказал я, чтобы избежать подробностей.

— Ну, вот и пришёл извиниться. Однако Дейдра сказала, что Софи спит… — Эрик умолк и уставился на меня. А после паузы изумлённо произнёс: — С тобой?

Я молча кивнул, чувствуя, как моё лицо неудержимо краснеет.

Эрик достал сигарету и закурил, продолжая смотреть на меня. В конце концов, я не выдержал:

— А что тут такого? У нас это серьёзно. Мы решили пожениться.

— И давно?

У меня был большой соблазн солгать, но я решил быть честным:

— Нет, со вчерашнего дня. До этого Софи упорно ждала тебя.

Он вздохнул:

— Мне жаль, что так получилось. Правда жаль.

— А мне не жаль, — сказал я с вызовом. — Нисколько.

Эрик понимающе кивнул.

— Значит, — произнёс он, — Дейдра не в духе из-за тебя?

— Так ты уже в курсе?

— Да. Дженнифер узнала от твоей матери и рассказала мне.

— И что ты об этом думаешь?

Он в растерянности покачал головой:

— Не знаю, что и думать. Такого от Дейдры я не ожидал.

— Этого никто не ожидал.

На лестнице вновь послышались шаги, затем дверь отворилась, и в кухню вошла Дейдра.

— Софи спит, как убитая, — сообщила она Эрику, а на меня бросила уничтожающий взгляд. — Не добудишься.

После чего заняла своё место за столом и принялась вяло ковыряться вилкой в тарелке. К тому времени я уже съел свою порцию (вернее, порцию Эрика) и налил себе кофе.