Собор
Шрифт:
Лэнгли сокрушенно покачал головой:
– Губернатор Доул просто прикипел к ним всей душой. Лучше подумай о бронемашинах, которые использовались во время предвыборной кампании.
Беллини отыскал в кармане недокуренную сигарету и, прикурив ее, снова посмотрел на часы.
– Флинн ожидает удара вскоре после пяти пятнадцати, небось, уже вспотел, ожидая. Воображает себе – все идет хорошо. Надеюсь, что сейчас этому ублюдку предстоит столкнуться с самым жутким за всю его проклятую жизнь.
– Даже
– Гребаный подонок. – На лице Беллини появилась неприятная ухмылка, а глаза сузились в крошечные свиные щелочки. – Надеюсь, что получит пулю в брюхо и будет в муках подыхать. Надеюсь, он будет блевать кровью и желчью, пока не…
Лэнгли поднял руку в умоляющем жесте:
– Прошу тебя!
Беллини пошарил глазами и остановил взгляд на Бурке.
– Не могу поверить, что Шрёдер все растрепал ему…
– Я никогда не говорил этого, – резко оборвал его Бурк. – Я сказал только, что нашел архитектора и ты должен изменить план штурма. Капитан Шрёдер вышел из игры из-за физического и психического шока. Верно?..
Беллини рассмеялся:
– Разумеется, он в шоке. Я же слегка съездил ему по физиономии. А ты думал, что он станет делать – танцевать? – Выражение лица Беллини стало жестким, а тон голоса презрительным. – Этот ублюдок предал меня, подставил. По его вине могла погибнуть сотня людей.
– Ты забудешь про Шрёдера, а я забуду, что слышал, как ты пытался вдолбить в головы своих командиров взводов идею произвести зачистку в соборе, – сказал Бурк.
Беллини с минуту молчал, затем произнес:
– Штурм пойдет не по тому сценарию, план которого Шрёдер передал Флинну… Что тогда будет с его дочерью?
Лэнгли молча вынул из кармана фото из досье на Дэна Моргана и положил его на карточный столик около моментальной фотографии Терри О'Нил, которую извлек из бумажника Шрёдера. Показав на улыбающееся лицо Терри, сказал:
– Ее убьет этот человек.
Зазвонил телефон, и Беллини, посмотрев на него, проговорил:
– Это мой приятель, Мюррей Клайн. Для вас он – Ваша честь. – Он подошел к столику и поднял трубку. – Штаб гестапо слушает, Джо у телефона.
На другом конце провода послышалось невнятное бормотание, затем прорезался взволнованный голос мэра:
– Джо, когда ты намерен выступать?
Беллини, услышав знакомую военную команду, почувствовал, как забилось его сердце. Никогда после этой ночи не хотелось бы ему снова услышать эти слова.
– Джо! Слышишь меня?
– Да… Все в порядке. Архитектор оказался действительно ценным источником, ради этого стоило ждать…
– Хорошо! Очень даже хорошо! Когда ты рванешь?
– Рванешь? – Сердце Беллини затрепетало
– А может, уже пора?
– Нет, – дерзко отрезал Беллини.
– Я говорил тебе, здесь находятся люди, которые пытаются приостановить эту операцию по освобождению…
– Меня не втянешь в вашу политику.
На линии послышался голос Роберты Шпигель:
– О'кей, забудем про этих чертовых политиков. Мины, Беллини…
– Зовите меня Джо.
– Вы оставляете чертовски мало времени взводу саперов – они не успеют найти и обезвредить мины, капитан.
– Инспектор!
– Послушайте, вы…
– Нет, это вы послушайте, Шпигель. А почему бы вам не поползать с этими дурацкими собаками и не помочь им вынюхивать мины? Тогда у нас будут три славных собачки: Бренди, Салли и Робби.
Он обернулся к Бурку и Лэнгли и улыбнулся, лицо его так и сияло. Лэнгли ободряюще подмигнул.
Прежде чем Роберта успела ответить, Беллини продолжил, зная, что теперь его уже не остановить:
– Во взводе не хватает собак из-за ваших чертовых урезаний бюджетных расходов, поэтому мои саперы не откажутся от помощи. Ведь вы суете свой длинный нос в каждую щелку.
На линии надолго повисла тишина, но неожиданно Шпигель рассмеялась:
– А вы скотина, Беллини. Сейчас можете говорить все, что хотите, но потом…
– Ах, потом. Я отдал бы свою левую руку, чтобы гарантировать, что «потом» будет. Мы двинемся в пять тридцать пять. Это вам не переговоры…
– Инспектор Лэнгли у вас?
– Подождите. – Он прикрыл трубку рукой и повернулся к Лэнгли. – Хочешь поговорить с Леди Драконом?
Лицо Лэнгли стало пунцовым, и он, слегка поколебавшись, взял трубку у Беллини, который вернулся к столу, чтобы принять участие в дальнейшем обсуждении.
– Лэнгли слушает.
– Не знаешь, где Шрёдер? Его дублер никак не может разыскать его.
– Он лопнул, – тихо ответил Лэнгли.
– Как лопнул?
– Ну как, как. Очень просто, как воздушные шарики. Грохнулся и весь воздух выпустил.
– О… постарайся надуть его снова и доставь сюда, в представительство штаба в Рокфеллеровском центре. Позже он должен сыграть роль героя дня.
– Думаю, ему отвели иную роль, например, пугала огородного.
Шпигель усмехнулась:
– Нет, ты немного отстал… Мы уже передумали. Теперь он герой, вне зависимости от того, как пройдет операция. У него огромные связи с прессой.
– У этого-то пугала огородного?
– Понимаешь ли, – продолжала Шпигель, – таких понятий, как победа или поражение, больше не существует, а существует лишь проблема связи с общественностью…