Собственник
Шрифт:
— Можешь порадоваться, — не сдерживаюсь я. — С Буриным мы больше не увидимся! Так что мачо совершенно свободен!
— А я тебе говорила! — тут же оживает «спящая» Римма. — Что, как обычно, — трахнул и бросил?
Как же некоторые умеют порадоваться чужому горю! Даже блеск в глазах появился! Зато голосок какой сочувствующий! Само участие просто!
Зато я сразу отрубаюсь, стоит только коснуться головой подушки. Усталость и успокоительное творят чудеса!
57
*
Утром Римма только и делает,
Бурин поджидает меня у входа в универ. Не дает войти и только смотрит на меня своим мрачным взглядом, даже не поздоровавшись.
— Не все сказал вчера? — я уже не выдерживаю. Если считает меня такой, — то нет смысла ничего доказывать и о чем-то спорить.
— На, — сжав челюсти, этот умник протягивает мне какую-то сумку.
— Это еще что? — даже не хочу смотреть. Гадость какая-то, наверняка. Может, чулки какие-то развратные мне принес и скажет сейчас, что для шлюхи — это самая одежда? С него станется!
— Деньги, — хмуро бормочет он. — Не хочу, чтобы ты зарабатывала таким способом.
— Каким?! Ну, что плохого в том, чтобы работать распорядителем? — я все-таки срываюсь, хоть и обещала себе больше ни о чем с ним не говорить. — Ты же меня с дерьмом смешал вчера! Ни за что!
— Возьми просто деньги, Лера, — он мрачнеет еще больше.
— Оставь меня в покое! — если сейчас не пропустит, я просто развернусь и уйду! Лучше закроюсь в комнате и буду наблюдать за тем, как злорадствует Римма, чем даже смотреть на него!
— Ты чего к девушке пристаешь? — Полли поспевает очень вовремя. Ну-ка, дай пройти! — и прет на него, как танк, точно, как вчера, выпятив грудь. Я бы даже посмеялась, — Полина сейчас похожа на самого настоящего петуха, принявшего боевую стойку, особенно в своей неизменно красной рубашке, завязанной на пупке в узел. И, надо же, — Бурин не выдерживает такого напора и исчезает.
— Иди, я сейчас, — шепчет мне Полина, подталкивая к аудитории. — Задержу еще немножко этого Отелло недоделанного!
А я практически вбегаю в аудиторию, и сажусь так далеко, чтобы меня с тех мест, на которых обычно сидит эта компашка и близко видно не было. Ну, и мне их, тоже. Нужно привыкать жить так, как будто бы Бурина вообще не существует.
58. Слава
Слава.
— А-ну, стоять! — Полина, это красноволосое чудо с жутким пирсингом хватает меня за барки. Нет, реально, — кажется, мир вообще перевернулся! Мало того, что перла на меня только что своей грудью, возомнив себя танком, так теперь еще и за футболку хватает, как мужик, который сейчас полезет в драку. Я так охренел, что даже слова мелкой пигалице не смог сказать!
— Ты, Бурин, прежде, чем выводы делать, лучше бы мозгами поработал, — шипит мне эта фурия, — иначе и не назовешь. —
— А? — переспрашиваю, как последний имбецил.
— Бэ! Он сеть своих клубов открывает, вот и мотается в последнее время! А ты, дурында такая, все уже и решил про них с Лерой!
— И с кем она тогда, получается, была в кабинете? — поверить очень сложно после всего…
— С кем! — злиться Полли. — С Милой! Потому что Миле он доверяет, как своей правой руке и всегда оставляет на нее хозяйство!
— Ну, думаю, его хозяйство, она удовлетворяет получше, чем правая рука!
— Не зли меня, Бурин, еще больше, чем уже разозлил! — у нее даже рот кривится. — Глаза повыцарапываю, если еще хоть раз не подумав что-то ляпнешь! Мало тебе вчерашнего? Слабо отличился?
— Да ну вас всех, — я машу рукой и просто ухожу. Н-да, чем больше знаешь женщин, тем больше понимаешь монахов, давших обет целомудрия.
И все равно механически ищу глазами Леру, сразу же со входа в аудиторию. И чувствую, как внутри что-то пустеет, когда не нахожу ее …
Это, наверное, какой-то вдруг проснувшийся во мне мазохизм. Потому что даже после всего, что я узнал, все равно мне нужна она. Для того, чтобы хотя бы дышать. Перестать задыхаться, не видя ее. Пусть даже и издалека.
Даже не знаю, зачем я вдруг решил принесли ей сегодня деньги. Хрен его знает, — может, у нее действительно какая-то материальная серьезная проблема, о которой Лера просто мне не сказала. В любом случае, даже если мы теперь даже и здороваться при встрече не собираемся, я не хочу, чтобы она таким вот способом зарабатывала. Только не она.
Ну, а если ей нравится такой образ жизни, — торговать собой, чтобы получить все лучшее, пока еще молодая и свежая, — что ж, я, по крайней мере буду знать, что сделал все, что мог.
Наконец замечаю ее низко опущенную головку и выдыхаю. Теперь, по крайней мере, можно немного расслабиться.
Усаживаюсь рядом с парнями. Хорошо, что они все понимают и не трогают меня. В ближайшее время вообще не хочется ни с кем говорить, особенно о том, что произошло. В ближайший год.
Не верю ни единому слову ни Милы, ни Полины. Они просто защищают подругу, — в этом их вся женская солидарность. Я бы точно знал, если бы Артур собирался открывать сеть «Искры», — в конце концов, Антон с Эдом там почти уже прописались, да и реклама была бы обязательно! И все равно, — на душе скребут кошки. Поганые визжащие кошки, которых штук так тысяча.
— Эд, — дергаю друга за рукав. — А самого-то Артура ты вообще вчера видел?
— А? — он вздрагивает. Видимо, решил, что я таки собрался расквасить тому морду. — Нет, Слава.
— Я серьезно. Без всякой рихтовки физии. Просто Полина говорит, что он уехал в командировку. Еще вчера. На три дня.
— Да? — Эд задумался. — Слушай… А я и правда его не видел… Кажется… Привык просто, что он всегда есть. Но ты же знаешь, — он и выходит в зал редко.
— Ну да, — сам хозяин нечасто появляется в зале клуба. Да и делать ему там особенно нечего.