Сочинитель убийств
Шрифт:
Сидней надеялся получить оттуда ответ со дня на день, он просил своего агента сразу сообщить ему, принята ли рукопись. Закончив свой сценарий, Сидней начал делить его на сцены. Даже будь сейчас рядом Алекс, и у него не получилось бы лучше. В три часа дня он закончил черновик и вставил в машинку чистый лист:
Действие первое.
(Далее шел список действующих лиц и описание декораций.)
СЦЕНА ПЕРВАЯ: Грязный паддингтонский квартал.
Несколько обыденных сценок: женщина кричит что-то в окно маленькому мальчику, который идет по тротуару, затем она обменивается сплетнями
Запланировано ограбление. Несколькими секундами позже банда совершит налет в самом сердце Вест-Энда, затем скроется на краденом «Роллс-Ройсе».
Сидней бодро печатал вторую сцену, когда в дверь постучали. Он подумал, что это прачка, и вспомнил, что не снял постельное белье с кровати.
На пороге стоял инспектор Брокуэй.
– Здравствуйте, мистер Бартлеби. Извините, что не предупредил вас по телефону, но меня не было на месте, и я не нашел телефонного автомата. У вас есть немного времени?
– Да, конечно, – сказал Сидней, распахивая дверь.
– Доктор Туэйт отказался подписать свидетельство о смерти миссис Лилибэнкс. Я хотел предупредить вас.
– А что это значит?
– Это значит, что будет произведено вскрытие и расследование. Это значит, что доктор Туэйт не считает смерть миссис Лилибэнкс результатом только естественных причин.
– В самом деле? Насколько я видел, она умерла от сердечного приступа.
– Доктор думает, что вы, возможно, ее напугали. Например, по неосторожности, но… Что вы об этом думаете?
Сидней знал, к чему клонит инспектор, и не сомневался, что полиция все еще продолжает поиски трупа в лесу.
– Конечно, это возможно. Но я постучал в дверь и, входя назвал свое имя.
Инспектор придвинул себе стул.
– Что именно вы собирались ей сказать?
– Что в ковре ничего не было. И что я не сержусь на нее за разговор с вами. Я же изложил вам то же самое вчера вечером.
– Да.
Инспектор быстро взглянул на Сиднея, словно взвешивал искренность его слов. Сидней сел на диван.
– В любом случае, время идет, а от вашей жены никаких известий.
Сидней нервно потер лоб.
– Я начинаю думать, что она не одна, что она с мужчиной и не хочет, чтобы это открылось. А все откроется, если она решит объявиться теперь.
– В теперешней ситуации такая версия была бы для вас предпочтительней? – спросил инспектор доброжелательным тоном.
– Я не знаю, откуда она берет деньги, если живет одна. Разве что работает под чужой фамилией, но мне это кажется маловероятным.
– Гм, я пытался посмотреть в бинокль из окна миссис Лилибэнкс, – признался вдруг инспектор. – Знаете, а ведь можно ошибиться относительно того, есть ли что-нибудь или нет в большом ковре.
– Но… миссис Лилибэнкс сказала, что она видела?..
– О, если бы она сказала, что видела что-то, я бы вам уже сообщил. Она утверждала уже потом, что, возможно, и видела что-то… Но вы ведь
Сидней успокоился и слушал внимательно.
– Вы смогли вынести труп завернутым в ковер. И потом зарыли в каком-нибудь другом месте.
– Думаю, это было возможно. Но не в одно утро. Я вам говорил уже. Я слишком устал тогда. Знаете, вырыть зараз две ямы очень трудно.
Инспектор Брокуэй терпеливо улыбнулся.
– Почему высказали: «Я думаю, это было возможно»? Довольно странный ответ.
– Я хочу сказать, что это было возможно, но не для меня, я бы физически не смог… Продолжаются ли поиски в лесу?
– Да, мы продолжаем копать. С нашей точки зрения, это совершенно логично. Конечно же, мы продолжаем поиски и в Брайтоне и его окрестностях.
– Совершенно справедливо.
Сидней чувствовал разочарование от того, что его слишком мало задевает поведение инспектора. Он испытывал скорее чувство нетерпения, чем вины; а нетерпение, увы, не пригодится ему для заметок о поведении убийцы. Или пригодится?
– Вы ничего не будете иметь против, если я на несколько дней съезжу в Брайтон?
– Нет, если вы будете поддерживать контакт с полицией. Позвоните мне сразу. Если меня не будет на месте, я оставлю для вас свои координаты в ипсвичской полиции. Кстати, может, вас это интересует, завтра к одиннадцати мы получим результаты вскрытия.
Сиднея это совсем не интересовало, но он вежливо кивнул: «Спасибо».
После ухода инспектора Сидней вновь принялся за работу. Без четверти семь, когда до закрытия газетного киоска оставалось пятнадцать минут, он отправился в Ронси Нолл посмотреть, что пишет о раскопках «Ивнинг стандард». Раз полиция их продолжает, они должны интересовать и журналистов.
Он не ошибся. На четвертой странице была помещена статья с фотографиями: одна – полицейского без мундира, но с лопатой, и другая, менее приятная – с видом дома Бартлеби, он выглядел так одиноко и уныло, что легко можно было выдать его читателям за место убийства. Мусорный бак на переднем плане казался особенно грязным. В статье особое внимание уделялось глубине ямы, которую выкопал Сидней для своего ковра, а также тому, что полиция продолжает поиски в лесу. Завтра утром наверняка появится что-нибудь в «Дейли экспресс». Сиднею было странно, что Снизамы до сих пор не позвонили ему обсудить эти события, и он решил, что теперь они полностью полагаются на полицию.
Когда он вернулся домой, позвонил телефон.
Человек на том конце провода представился репортером «Дейли экспресс» и попросил о встрече. Он звонил из автомата в Ронси Нолле.
– Нет, к сожалению, ничего не получится ни сегодня, ни завтра, ни когда-либо еще.
– Если вы невиновны, а я в этом уверен, хорошая статья могла бы помочь вам. «Дейли экспресс» хотел бы первым…
– Мне нечего прибавить к тому, что я уже сказал в полиции.
– Но ситуация в настоящий момент складывается для вас не самым лучшим образом. После обеда я был в лесу и побеседовал с полицией.