Соддит
Шрифт:
Тени удлинялись.
— Взгляните на него, — сказал Бинго, указывая на завернутого в одеяло Гэндефа. — Он спит уже четвертый день. Не так ли? И за все это время колдун не издал ни единого звука.
Гномы кивнули и проворчали неразборчивые слова согласия.
— Он даже больше не кашляет, — задумчиво продолжил соддит. — Странно, правда? У него был сильный кашель. Иногда старик едва не падал в обморок.
— Просто эта стадия прошла, — тихо ответил Гофур.
— Что? — вскинув голову, спросил Бинго.
— Ничего, ничего, — ответил Мори. — Давайте,
Бинго осмотрел лица спутников. Гномы упорно хранили молчание.
— Мы пришли сюда не за золотом, — закричал соддит. — Или, по крайней мере, не только за золотом. Конечно, вы не откажетесь от сокровищ дракона, но сначала выполните свою настоящую миссию. Почему вы скрываете ее от меня? Что за дела?
— Пора спать, — заворачиваясь в бороду, сказал Мори.
Они проснулись на рассвете от криков грачей, которые, по мнению Бинго, стали раздражающе громкими. Холод сковывал члены. Солнце ярко освещало поля и равнины к северу и югу от горы, но отряд путешественников находился в огромной тени и был лишен тепла светила. На горном склоне, словно перхоть, белели лужицы льда. Чтобы согреться, Бинго сделал несколько энергичных маховых движений и похлопал себя ладонями по плечам и лопаткам. Гофур попытался развести костер, однако изморозь на ветках гасила искры от кресала.
— Итак, еще один день бесплодных поисков вашего дымохода, — с кислой миной сказал соддит.
— Мы найдем его, — ответил Мори. — Главное, не поддаваться унынию.
— Я мог бы оказать вам некоторую помощь, — произнес голос за их спинами. — М-да!
Они повернулись и увидели желто-белого дрозда с крапчатыми перьями. Большая птица была лишь вдвое меньше Бинго. Она сидела на камне и искоса посматривала на путешественников. Ее белесые глаза и розовый клюв неплохо гармонировал и с жакетом, расшитым золотистыми нитями. Два пустых и длинных рукава болтались спереди. Крылья были просунуты в большие дыры, вырезанные под мышками. На левой тонкой ноге красовалась золотая бирка. Рэперская бандана, слишком узкая даже для такого маленького черепа, придавала голове заметное сходство с кукурузным початком.
— Доброе утро, уважаемая птица, — с низким поклоном сказал Мори.
— Ё, — ответил дрозд. — Что-то вы, торчки, захмурнели не по делу. Набычились, как опята загруженные.
— Набычились? — часто заморгав, спросил гном. — Да, полагаю, что можно и так сказать.
— Чужаки не часто заползают на наш колпак, — продолжила птица. — Вот я и решил с вами малость побазарить.
Дрозд встряхнулся и сделал странный жест, выставив вверх два пера по краям приподнятого крыла. Затем он засеменил ногами и закачал головой, изображая, по всей видимости, пляску Святого Витта.
— Колпак... врубаетесь? — добавил он, осмотрев недоуменные лица собеседников. — Это такое крутое слою, которое обозначает шапку хохлатого ястреба, а заодно и место для нашей тусни. Птичий слэнк.
— Что вы сказали? Слэнк?
— Ну да, — пошаркав трехзубчатыми «козачками», ответил дрозд. — Типа вида речи.
— А-а-а! —
— Вот-вот.
— Сэр Дрозд, — с вежливым поклоном сказал Бинго, — мы очень рады познакомиться с вами.
— Ка-ааарг! — вскричала птица, возмущенно захлопав крыльями. — Какой я тебе дрозд? Ты, что, не видишь правильного пацана? Нет-нет! Я не дрозд. Я ворон! Зуб даю!
— Ворон? — переспросил удивленный соддит.
— Однозначно, — ответила птица.
Затем, выразительно подмигнув Бинго, она таинственно добавила:
— Ты, сахарочек, можешь называть меня Воронком.
— Да, но по внешности вы больше напоминаете дрозда, — заметил соддит.
— Протри глаза, бесстыжий. Рожденный вороном не может быть дроздом. Я еще пеленки пачкал, а уже тусовался с ними.
Его голос, отмеченный странным акцентом, поднялся вверх на целый регистр. Птица кивнула клювом на горный пик, указывая на воронью стаю.
— Короче, я с этими ребятами. Надеюсь, вы меня поняли.
— Ладно, — не совсем разобравшись в сказанном, согласился соддит. — Хотя я должен заметить, что вы совершенно не похожи на ворона. Во всяком случае, на обычного ворона. Только без обид, пожалуйста.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, ваш цвет, к примеру.
— Чем тебе не нравится мой цвет? — сердито закричала птица. — Нормальный цвет. Вполне подходящий.
— Разве вороны не черные?
— Ка-аарг! Ну и ну! Бу-ка-ка! Дайте Полли булочку с маком. И немного кокаина! Птичка бляк-бляк!
Дрозд возмущенно захлопал крыльями и, потеряв опору, едва не соскользнул с верхушки камня. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить равновесие и самоконтроль.
— Не раздражай его, — тихо сказал Мори. — Смотри, как нужно. Сэр Ворон! Сэр Ворон!
— Ё, пиплы, — ответила птица, вновь устроившись на валуне. — Я ворон, чтоб вы знали.
— Конечно, вы ворон, — умиротворяющим голосом сказал гном. — Мы, как увидели вас, так сразу и поняли.
— А ты не гонишь? — взбодрившимся голосом спросила птица. — Без балды?
— За базар отвечаю. Я еще сказал моему корешу Гофуру... одному из гномов... Короче, я сказал: «Смотри, какой крутой ворон сидит на той скале». А он мне отвечает: «Да, братан! Такого ни с каким дроздом не спутаешь». Вот наши точные слова.
— Как тебе моя ш-ш-шапулька? — спросила птица, произнеся последнее слово с особым и затянутым придыханием.
Дрозд склонил голову, чтобы каждый мог увидеть надпись «Эми Адское перо».
— Обалденная, правда? Нравится?
— Классная бандана, — вежливо ответил Бинго. — Как вам удалось достать такую вещь?
— Не без труда, — ответил «ворон».
Он запрыгал на камне по кругу и, пройдя все триста шестьдесят градусов, закончил там, где начал.
— Ка-аарг! — громко крикнул дрозд. — Я ворон! Ворон! Воронок! Кексик с тмином! Ка-аарг!
— О великая птица, мы принимаем ваше предложение о помощи, потому что очень нуждаемся в ней, — сказал Мори. — Наш отряд пришел издалека...