Софтуха.exe

Рюкер Руди

– Я уверен в этом, – ответил Торчок. – Конечно, теперь они могли изменить внешность. Вместо кожи бопперы используют штуку, которая называется мерц-покров. В ней полно таких тонких проводков, который подключаются в тело, и если по этим проводкам пропустить нужный ток, то при желании можно заставить покров выглядеть как угодно.

– И по-твоему, Андерсон один из этих роботов?

– Точно! Я своими глазами видел, как в операционной разрезали его на куски. Это было похоже… – неожиданно Торчок расхохотался и смеялся до тех пор, пока из глаз его

не потекли слезы. Образ Кобба, лежащего в ванне, напоминающей огромную зубастую вагину, было невозможно передать словами. До чего же здорово было подкуриться снова.

– Но зачем для того, чтобы скопировать содержимое мозга, бопперам нужно было заманивать тебя и Кобба на Луну. Как я понял, это можно было сделать и на Земле?

– Не знаю. Может быть, они относились к Коббу слишком уважительно, чтобы похищать как прочих и вычищать его голову от мозгов в какой-нибудь грязной дыре. Или может быть его мозг был настолько ценным, что они хотели провести копирование без риска на надежном оборудовании. А что касается меня… меня просто нужно было убрать с глаз долой, любым способом…

– Тихо. Мы пришли…

В тридцати метрах от них, на фоне освещенного луной неба, четко вырисовывался коттедж Муни. Напрямую идти было нельзя, поскольку на пустынном пляже из окон их было нетрудно заметить, если, конечно, в доме был кто-то – или что-то – имеющее глаза. Укрывшись в тени пальм, спускающихся прямо к воде, они осторожно стали обходить дома стороной.

В окнах обиталища Кобба света не было, хозяин явно находился в отлучке.

Да и другие коттеджи стояли темными – сегодня, в пятницу вечером, жмурики резвились в баре. Тихо продвигаясь вдоль ряда коттеджей, Муни и Торчок наконец добрались до дверей Кобба. Муни сделал знак остановиться и несколько долгих минут напряженно прислушивался. Ни звука в ночи, только монотонные удары и шипение волн.

Толкнув дверь-экран, Муни проскользнул внутрь. Торчок устремился следом. Вот она, конура Кобба. В общем-то ничего, довольно уютно.

Когда-нибудь он тоже заделается жмуриком, подумал про себя Торчок… нужно было только каким-то образом убить оставшиеся сорок лет.

Муни надел пару специальных очков и включил инфракрасный потайной фонарь. В прошлую пятницу он забыл захватить этот фонарь с собой. Медленно поворачиваясь, он осмотрел комнату. Окурки сигарет с губной помадой на фильтре, детский крем, мокрый бикини… приметы присутствия женщины.

Эта пожилая белокурая бэби все еще жила здесь. Внезапно до Кобба дошло, что всю прошедшую неделю женщина просидела в домике у моря один на один с роботом. Неужели она не заметила ничего необычного? Она ожидала, когда Кобб придет в себя, а двойник ждал прибытия с Луны программы – то есть того же самого. Увенчались ли их ожидания успехом?

Могут ли роботы трахаться? – неожиданно задал себе вопрос Муни. Дома у него был бионик-член и в принципе, при желании, он мог быть использован для того, чтобы ублажить Беа. Но эта шлюха предпочитала искать удовлетворения в секс-клубах. Стэнни

не должен об этом…

– Черт, где ты? – громко позвал его Торчок. – Ты что, заснул? Я ни черта не вижу.

– Тихо. Вот, надень очки. Извини, я забыл о тебе.

Муни передал сыну вторую пару инфракрасных очков. В очках все цвета становились настолько красными, что казались голубыми.

– Начнем со спальни, – предложил он.

– Лады.

Расположение дома Муни знал отлично. Когда он, толчком приоткрыв дверь спальни, просунул в щель потайной фонарь, ему пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть. На кровати лежал Стэнни. Его лицо растеклось, нос, как оплавленный, свесился на сторону на щеку, рука касалась пола, выгнутая в суставе в обратную сторону.

Торчок издал приглушенный шипящий звук и прошел в комнату.

Остановившись над кроватью Кобба, он принялся разглядывать лежащего.

– Вот он, твой любимый сынок. Слышь, пап? Завтра будь дома с утра, его привезут тебе в красивом ящике. Должно быть, старшие бопперы как-то прознали, что я возвращаюсь. Двоим нам нет места в этом городке.

– Что с ним случилось? – неуверенно спросил Муни, подходя к кровати и останавливаясь рядом с сыном. – Он выглядит словно оплавленный пластмассовый манекен.

– Это робот-манипулятор. Кто-то выключил его центральный процессор.

Кроме всего прочего, этот процессор следит за тем, чтобы мерц-покров сохранял свою форму.

Где-то захрустел гравий, так близко, что казалось это происходит здесь, рядом с ними в комнате. Рыкнул мотор, тяжело хлопнула дверца кабины. К дому подъехала машина! Скрипнула входная дверь.

Бежать было поздно, да и некуда. В доме уже были люди. Муни схватил сына за плечи и толкнул его к чулану спальни. Времени на слова уже не оставалось.

– Эй, Берду, Мистел Молосис сказал, что он в спальне.

– Слышь, Радужка! Вытаскивай свою ленивую задницу и помоги мне достать из кузова этот чертов мешок!

– Не понимаю, почему такие здоровые лбы как вы не могут справиться с этим одни?

– Я фчела поднимал чтой-то и надолвался.

– Что ты там поднимал, Пол-Пола, свой хрен?

Некоторое время трое неизвестных дружно ржали над сальностью.

– Это «малыши-шутники», – прошипел Торчок отцу на ухо. Муни подтолкнул свое чадо локтем, требуя от него тишины. Кто-то из них задел головой вешалки, о, черт!, и те дружно затарахтели, но приехавшие все еще занимались чем-то в гостиной.

– Дерьмовая работенка, как по-твоему, Берду?

– А тебе бы все на пляже валяться, так, Радужка, дорогая? Говорю тебе, слушай меня и скоро будешь как сыр в масле кататься.

– На язык-то ты мастер.

– Вы идите тащите тело, а я плиготофлю куда класть, – Пол-Пола вернулся на крыльцо. Дверь грузовичка снова хлопнула.

Берду и Радужка вошли в спальню.

– Черт!… ну и рожа! Точно гнилой труп.

– Не волнуйся за эту суку, детка. Мистер Морозис перепрограммирует его и он снова забегает как новенький.