Соискатель

Граф Олег

Стилейн одобрительно взглянул на Алекса, и улыбнулся. Алексу он нравился. Спокойный, уравновешенный старик без возраста, никогда не повышающий голос и прекрасно относящийся к своим работникам.

– Жорж, я знаю, что не принято давать деньги менеджерам в отелях, но разреши мне все же отблагодарить этого молодого человека. Мне понравилось, что он умен и у него золотые руки. Вот, возьмите, пожалуйста, не отказывайтесь, – сказала Флоренсия, протягивая Алексу две сотенных бумажки. – Я рада, что Жорж набирает на работу таких толковых менеджеров.

– Спасибо, мадам, –

поблагодарил Алекс, принимая вознаграждение с легким смущением. – Но дело в том, что я не менеджер в отеле, я просто убираю в номерах.

– Как?! – Флоренсия удивленно захлопала глазами. – Как это убираешь в номерах?! Честное слово, я всего третий раз в жизни ошиблась в оценке человека. Надо же! Никогда не подумала. Ниже менеджера ты никак не смотришься.

– Не забывайте, мэм, что я делаю, то, что мне по душе. У меня много времени для моих мыслей, а мне это сейчас необходимо – ответил Алекс, слегка улыбнувшись.

Флоренция повернулась к Стилейну.

– Жорж, этот молодой человек действительно необычен! Я бы даже сказала – нетипичен! – многозначительно произнесла она. И уж ты-то, точно должен был бы это заметить!.. Куда ты меня поселишь, дорогой? – неожиданно сменила она тему.

– В двести двадцать второй, Фло, если ты не возражаешь, конечно.

– Нет, не возражаю, Жорж. Мне нравится этот номер и номер этого номера, – весело сказала Фло и положила на стойку кредитную карточку. Элегантный полуоборот головы Стилейна в сторону Алекса:

– Алекс, спасибо Вам, Вы свободны, – и мгновение спустя, добавил: – В восемь часов загляните ко мне, пожалуйста, в кабинет.

– С удовольствием, сэр, – ответил Алекс, заметив, что его недавняя знакомая довольно улыбнулась.

Кивнув ей и Стилейну, он пошел к лифту.

Глава 2.

Длинный коридор служебного этажа, угловатой змеей, убегающий в даль. Тревожная слабость, несмотря на отсутствие внешних причин. Носки туфель на мягкой ковровой дорожке, в бесконечной гонке друг за другом.

Интерес в голове, перекрывающий волнение: «Зачем? Зачем позвал хозяин?» Медная табличка с лаконичным «Дж. Стилейн», забравшая угол зрения в свое распоряжение. Мимолетная боль в костяшках от тройного удара о красное дерево двери и звукоизолированное: «Войдите!» Шаг, даль, стол, Стилейн.

–

Алекс! Проходите, проходите, я Вас ждал.

Стилейн указал рукой на глубокое кожаное кресло напротив себя, рядом со столом, за которым он сидел.

– Приятно, что вы не опоздали, эта черта мне очень нравится в людях, знаете ли. Садитесь, пожалуйста.

Скрип кожи, с какой-то готовностью обнявшей тело. Удобно.

– Я перейду прямо к делу, Алекс. – начал Стилейн, открывая серую папку лежащую перед ним. – Здесь, у меня, Ваша краткая история, своеобразные заметки о Вашей жизни, пока Вы работали у меня…

Легкое напряжение в теле.

– Должность у Вас, прямо скажем, не

самая ответственная, поэтому и досье тонковато. – Стилейн улыбнулся и взглянул на Алекса. Алекс улыбнулся в ответ.

– Но вы мне сразу показались несколько необычным.

Сначала я отнес эту Вашу черту на счет молодости, и, извините меня, легкой дури, но со временем, заметив Вашу добросовестность, иногда неординарный, творческий подход к вверенным Вам обязанностям, я решил за Вами понаблюдать повнимательнее.

Выдох…

– Для меня долго оставалось загадкой, почему Вы ушли со своей предыдущей работы в банке на заведомое понижение. Я говорю не только о зарплате, Вы понимаете? – Алекс кивнул. – Пришлось навести справки в банке, не натворили ли Вы чего-нибудь, будучи там клерком. Но нет! – Стилейн вскинул руки. – Нет! Ваша деятельность хоть и не была безупречна, но репутация толкового работника, за Вами закрепилась твердо.

Радостное тепло от похвалы, толкнувшее губы к улыбке.

– И сегодняшний случай с моей давней знакомой, и наилюбимейшей клиенткой, послужил последним толчком к моему решению, относительно Вас. Флоренция действительно всю жизнь тонко разбиралась в людях, да и в самой жизни тоже, как мне кажется. Я ее уважаю за то, как она построила собственную жизнь. И хоть она ничего больше не сказала про Вас, Алекс, но то, как она произнесла слова: необычен и нетипичен, открыло мне многое.

Алекс немного расслабился и уселся в кресло поудобнее. Предчувствие чего радостного крутилось в нем колесом.

– Однажды, – продолжил Стилейн, – примерно в Вашем возрасте, или скорее чуть попозже, я тоже бросил довольно сытую жизнь, ради сомнительной перспективы стать свободным изнутри. Много лет меня интересовал гостиничный бизнес, были очевидны недостатки в его ведении другими людьми, и мне захотелось сделать так, как я видел и представлял себе этот вид деятельности. Не буду вдаваться в подробности моего начинания, но со временем мне удалось все поставить на ноги, не скажу, правда, что это было легко. Теперь я могу наслаждаться и более того – наслаждаюсь – глаза Стилейна засияли, – жизнью, занимаясь любимым делом! Вот так!…

Стилейн положил ладони на стол и продолжил, глядя на кончики своих пальцев.

– Рискну предположить, что Ваши внутренние мотивации, если не совпадали, то, по крайней мере, были максимально приближены к моим, когда Вы пришли ко мне работать. Вы, правда можете ничего не говорить, ведь решение на счет Вас я уже принял…

– Прошу прощения за то, что перебил, – сказал Алекс, – но мне нечего скрывать и я скажу. Мне в определенный момент показалось, что я зашел в тупик в своем существовании. И я достаточно резко изменил свою жизнь. Уволился с прежней работы и устроился к Вам в отель.