Соль этого лета

Рам Янка

Ухмыляюсь.

Бросает взгляд на окна административного корпуса. Он теперь ближе бассейна. Растерянно дёргается сначала к дверям, но оттуда выходит толпа парней, которые завтракают в первую смену. Потом делает шаг в сторону бассейна. Но оттуда уже идёт толпа наших.

— Принести? — предлагаю помощь.

— Будь любезен.

Уходит с главной дорожки за деревья.

Бегу к бассейну.

— Марат, на завтрак, — оглядывается мне вслед тренер.

— Сейчас буду!

На шезлонге

у бассейна льняная рубашка. Ал"eнина или чужая?

Прижимая её к лицу, вдыхаю запах.

Ааа… Да! Черт… Она…

Сглатываю ком в горле.

Обратно иду не торопясь. Как гр"eбанный фетишист не желая отдавать эту вещь хозяйке.

Поворачиваю на тропинку, по которой ушла Алёна. Она стоит спиной ко мне, водя пальцем по стволу берёзы. Там что-то нацарапано. Но уже давно заросло. Я даже помню что…

Подхожу вплотную, касаясь голой грудью её обнажённой спины.

Вздрагивает. Пальчик замирает.

— Сердечко здесь раньше было… — говорю хрипло ей в ушко, утекая от этой близости наших тел.

Ставлю руку на ствол, зажимая её между ним и своим телом.

— Марат! — трётся об меня плечом с трудом разворачиваясь.

Ложится спиной на ствол, пытаясь отстраниться. Встречаемся горящими взглядами. Алёна миниатюрная, я выше е"e на полголовы.

— Просто отдай мне мою одежду!

— Просто — не могу, — кусаю губы, теряя тормоза от е"e близости. — Номер телефона давай.

— Ты совсем страх потерял, Тарханов?

— Я и не находил, Алёна Максимовна.

— Я уши тебе откручу, понял, мальчик? — прищуривается гневно.

— Давай… начинай… — подаюсь вперёд к её губам.

Тормозит, упираясь ладонями мне в грудь.

— Я Бесу пожалуюсь! — жалобно вздрагивает е"e голос.

— Ябеда… — провокационно улыбаюсь ей, делая шаг назад и раскрывая рубашку. — Прошу.

Зло выдергивает у меня из рук. И, быстренько надев, трясущимися пальцами застёгивает нижнюю пуговицу.

— Я бы на твоём месте начал с верхней, — разглядываю трепещущую грудь.

— А что здесь происходит? — отодвигая рукой куст выходит к нам директор смены.

Пожилая строгая тетка, которая бдительно следит за нашим облико морале и всё время портит малину.

Как не вовремя!

Удивленно смотрит на то, как Алёна пытается быстро одеться.

— Ал"eна Максимовна… — стягивает в шоке с носа очки, с осуждением окидывая нас взглядом. — Ну как можно?!

— Гадёныш… — в чувствах лупит мне по плечу Ростовская.

Гордо задрав подбородок и ничего не объясняя, уходит, запахивая рубашку.

Черт… Подстава вышла!

Глава 5. Всё-таки — мужчина

У бассейна — несколько гамаков.

В одном — Бес, в другом — Ал"eна,

в третьем — тренер по легкой атлетике, Лисицин, Лис. Терпеть его не могу. Вечно вьётся возле Ростовской.

Сижу чуть поодаль с Шмелем, на ступеньках бассейна. Купаться не разрешают. Результаты анализа воды ещё не пришли. Формальность, но до этого — нельзя. И старших запрягли дежурить возле бассейна, чтобы шпана не лезла. Сейчас наша с Ромкой очередь.

Алёна молчит, мне скучно, поднимаюсь, начинаю лупить по висящей груше. Цепь звякает.

— Тарханов, прекрати, — лениво бубнит Бес не открывая глаз.

— Почему?

— Я тебе уже говорил: на адреналине будешь не ломать, а бить. А ты с удара быка убить можешь. Опасно… Сядешь.

— Не буду я бить.

Продолжаю методично вколачивать кулаки в грушу. Просто мне нравится бить по груше.

— Я себя контролирую.

— Прекрати, сказал. Ты самбист, а не боксер.

Прекращаю. Но не из-за доводов Беса. А потому что Лис начинает что-то втирать Алёне, а я не слышу из-за шлепков по груше.

— Ал"eнушка, можно тебя сегодня после отбоя похитить? — стреляет в не"e взглядом Лис.

— После отбоя, Дмитрий Иваныч, я сплю или пишу диссертацию.

— Ну прекрати! У меня два билета на нон-стоп. Не одному же ехать?

— Беса возьми, — в голосе Алены, улыбка.

— Беса — не романтично. К тому же его отморозки тут устроят апокалипсис без папки.

— Нормальные у меня пацаны. Не гони, — сонно и не открывая глаз отшивает его тренер.

— Ага, а кто в прошлом году массовую драку с местными устроил?

— Тестостерон, — ухмыляется Бес. — И гипертрофированное чувство команды.

— Вот и я говорю — отморозки. А ты их оправдываешь.

— Я не оправдываю. И за нарушение режима наказываю.

— Мало наказываешь.

Переглядываемся с Ромкой.

— Козёл… — закатывает он глаза на Лиса, беззвучно ругаясь.

— Так что — Ал"eна Максимовна? — опять начинает Лис. — Романтическая комедия и триллер, м?

— Терпеть не могу романтические комедии.

Вздох разочарования…

— Бес, чего она у вас такая неприступная? Как монашка. По взгляду же видно, что кипяток!

Это правда, взгляд у Ростовской иногда…

Недовольно прокашлявшись, Ал"eна встает с гамака.

— Вы бы Дмитрий Иванович за девочками подопечными следили, а не за моей скромной персоной.

Тоже мне скромница! Слежу, как заманчиво двигаются обтянутые тонкими шортами бёдра.

Уходит в сторону административного корпуса.

— Ну вот… обиделась. А что я такого сказал? Я, можно сказать, похвалил.

— Отколись от Ростовской. Ты в пролёте.

— Чего это?.. Ты ж не претендуешь.