Соланж
Шрифт:
— Ты обещала ответить на мои вопросы. Расскажи…
— Э нет, — протянула Соланж, — так не пойдет. Давай поиграем в вопросы. Игра закончится, если кто-то первым откажется отвечать.
— Мы не так договаривались, — напомнил Грег.
— Мне не интересно все время говорить. Я люблю слушать. Ну что, согласен?
— Ладно, я первый спрашиваю.
Соланж недовольно поджала губы: она сама собиралась это сказать, но не успела — Грег воспользовался ее собственной тактикой.
— Спрашивай.
— Расскажи, как ты выжила.
Он не уточнил, о чем речь, но и так понятно, что ему хотелось услышать. Соланж несколько секунд раздумывала, с чего
— Иногда вместе с силой приходит способность менять облик. Не внешность, а в целом изменяться. Мы называем эту способность Альтер-эго.
— Это как те собаки превратились в людей.
— Именно, — кивнула Соланж. — У каждого Альтер-эго свои особенности и недостатки. Например, меня тянет на приключения и ночные прогулки. И очень сложно сопротивляться, ведь это моя вторая натура. В противовес таланту находить неприятности на свою голову, я получила… скажем так, иммунитет. Могу обмануть смерть.
— Круто!
— Конечно, приходится быть осторожной. Мне даровано только девять жизней.
— Девять? — переспросил Грег. Он прищурился: — Значит, ты?..
— Это уже следующий вопрос. Прежде ответь, как ты обнаружил в себе талант скульптора.
— Думаю, во мне всегда была ремесленническая жилка, наверное, причина в индейской крови. Дед по матери любил вырезать по дереву и меня приобщил к этому занятию. Помню, как-то в школе проводили ярмарку по сбору средств, и я принес для продажи парочку своих работ. Их раскупили моментально. Некоторое время спустя мистер Хьюз, директор школы, рассказал обо мне своему знакомому из Дюранго. Тот держал магазин сувениров. Так я стал выставлять свои изделия на продажу. С тех пор резьба по дереву перестала быть хобби и превратилась в способ заработать деньги. С гипсом я попробовал работать уже когда перебрался в Денвер. Меня увлек процесс, хотя иногда все же ностальгия заставляет меня взять в руки резец.
— Что ты почувствовал, став знаменитым?
— Забыла о правилах? — насмешливо произнес Грег. — Моя очередь спрашивать. Какое у тебя Альтер-эго?
— Думаю, ты уже догадался, — пожала плечами Соланж. — Это кошка. Как бы еще я могла побывать в твоей мастерской.
— Кошка… — растеряно произнес Грег. — Это была ты? Мы спали в одной кровати! — обвиняюще произнес он.
— Тебя смущает только это? — усмехнулась Соланж. — Забудь. И расслабься. Даже после всего, что между нами было, я не буду требовать, чтобы ты женился на мне. Итак, мой вопрос. Хочу все-все узнать о твоей помолвке.
— Привал окончен.
Грег стремительно поднялся.
— Отказываешься отвечать? Значит, ты проиграл.
— Это лишь значит, что привал окончен. Игру мы продолжим позже. Запомни свой вопрос или запиши, если память плохая, — Грег повторил ее вчерашние слова. — А сейчас поднимай свою хорошенькую попку, бери рюкзак и пошли. Впрочем, если сама сумеешь найти обратную дорогу, можешь остаться здесь.
Он схватил свой рюкзак и, больше ничего не говоря, пошагал вперед.
Соланж хотела продолжить беседу. Ей было что сказать и по поводу слабой памяти, и комплимента пятой точке, и даже неумения ориентироваться на местности. Пришлось попридержать рвущиеся слова. Она понимала, что очень разозлила Грега вопросом о помолвке. Был там какой-то секрет, которым он не хотел делиться. От этого еще больше захотелось узнать, что именно заставило мужчину не только расторгнуть помолвку, но и спрятаться в этой глуши. Соланж собиралась предоставить ему недолгую передышку, а потом, когда он не будет этого ожидать, снова задать интересующий
Надев рюкзак, она поспешила вперед, уже на ходу поправляя лямки. Чтобы догнать мужчину, пришлось основательно прибавить шаг.
Минут десять они шли молча. Как вдруг Грег обернулся.
— Ладно, расскажу, — возмущенным тоном произнес он. И добавил более спокойно: — Просто мне неприятно вспоминать эту историю.
— Так я же молчу! — удивилась Соланж.
— Я все равно ощущаю твое любопытство. Оно, как нож, впивается мне в спину.
— Ты уверен, что правильно выбрал профессию? — хмыкнула она. — Может, тебе стоило стать писателем? Вон как выражаешься. — Понимая, что лишь оттягивает момент, когда будет сдернут покров тайныс помолвки Грега, поторопила: — Рассказывай.
— Я познакомился с Джейн Олкот, когда решил купить дом за городом. Она работала агентом по недвижимости. Мы встречались полгода. Потом я сделал ей предложение. Джейн согласилась, но переезжать ко мне не спешила. Потом я случайно узнал, что она мне изменяет. Как оказалось, ее привлекли мои деньги.
Рассказ получился кратким, без интимных деталей и красочных подробностей, но они не настолько хорошо знакомы, чтобы делиться сокровенным. Но и этого было достаточно, чтобы понять, что произошло.
— Да уж, — пробормотала Соланж. Будто стыдясь того, что вынудила собеседника поделиться столь болезненной для него тайной, выпалила: — Очень тяжело разочаровываться в людях, которых слишком идеализировал.
— Зейн? — только и спросил Грег.
Он остановился перед небольшим возвышением. Причиной тому были не особенности местности, а желание закончить тему предательства здесь и ступить на новую дорогу, ведя более непринужденный разговор.
Соланж тоже остановилась.
— Мы встречались полтора месяца. Признания в любви еще не прозвучали, но я любила Зейна и даже собиралась открыть свои чувства. А потом закрутилась вся эта история с кулоном, — она неопределенно помахала рукой в воздухе. — Как хорошо, что я не успела ничего сказать. Все было ложью. Зейн хотел, чтобы я привела его в пещеру Крейна. Впрочем, ты и сам это слышал.
— Жизнь несправедлива, — напомнил мужчина.
— Ага, — откликнулась Соланж, не понимая, почему эта самая жизнь выбрала их с Грегом, чтобы сообщить об этом.
Мужчина взобрался на возвышение и протянул руку. Ни секунды не раздумывая, Соланж ухватилась за нее. За столь короткий промежуток времени она научилась доверять Грегу. И дело не только в том, что он спас ей жизнь — игра в вопросы и ответы сделала их ближе, чем в начале знакомства.
Тропинка стала шире, и путники теперь шагали рядом.
— Продолжим? — поинтересовался Грег. — Как ты узнала, кем являешься?
— Э нет! Моя очередь, — возразила Соланж.
— С чего это?
— Я рассказала о Зейне. Значит, ход перешел ко мне. Итак, расскажи-ка… — протянула она, пытаясь придумать вопрос — о своем самом любимом изделии.
После некоторой заминки Грег сказал:
— Не думаю, что смогу выделить что-то одно.
— Ты ответил не сразу, значит?..
— Ладно, есть одна статуя, которую я ни за что бы не согласился продать. Я даже никому ее не показывал, хотя сделал больше трех лет назад. Помню, как увидел маму с новорожденной Кимберли на руках. Помню умиление и непередаваемый восторг в ее взгляде, когда она смотрела на единственную внучку. Я был уверен, что так же она смотрела на меня, и захотел навечно воплотить его в камне. Так что да, у меня есть любимчик.