Солнца нет

Исаев Алексей Валерьевич

Уже в филармонии Корсаров довольно посмотрел в упор на собеседника.

– Значит, договорились! – спросил он.

– Договорились, – улыбчиво ответил заказчик.

– А всё-таки, чего тут такого особенного в этой мазне? – произнёс Владимир, небрежно махнув рукой.

– Да ты пройдись, посмотри, вещи здесь стоящие.

– Не заметил! – наплевательски отозвался Корсаров, даже несмотря на выставленные полотна.

– Ну как знаешь, – равнодушно ответил собеседник, пожав руку на прощанье и ушёл.

В

просторном зале разношёрстные посетители оценивали, любовались, изучали непохожие друг на друга работы пензенских художников. Владимир не понимал пришедших людей, и чего они находят в этих размалёванных квадратах? Сам не замечая, как влился в зрительский поток, мимолётно, придирчиво разглядывая висящие картины. Корсаров, вскользь взглянув, прошёл мимо последней работы, но уйти не смог, что-то заставило его вернуться к ней. Небесная чернота пленила Владимира, накрепко приворожив загадочной красотой. Чёрное солнце нежно по-родственному коснулось состояния души, дав понять, что нет такого человека, которого искусство не обратило бы в свою веру.

Корсаров неотрывно рассматривал странное творение в полном одиночестве, к этой картине вообще мало кто подходил, что-то непонятное отталкивало остальных людей, и именно это что-то притягивало теперь очарованного бизнесмена. Он так увлёкся созерцанием работы, что неожиданный голос за спиной испугал его.

– Вас заинтересовало моё полотно?

Владимир резко обернулся, встретившись лицом к лицу с Меньшиковым.

– Это сделали вы? – незамедлительно спросил он.

– Я, – услышал он в ответ.

– Очень впечатляет, – отрезал Корсаров, сухо представившись. Художник назвал себя, они пожали друг другу руки.

– Название... Я не понял его смысла. Почему вы так назвали работу – «Солнца нет»? – полюбопытствовал Корсаров.

– Сильно захотелось. Сердцу не прикажешь.

– Да, я вас понимаю... – согласился задумчиво собеседник, он на секунду задумался, принимая решение... – Послушайте, я хочу немедленно купить эту картину. Сколько вы за неё хотите?

Евгений гордо ухмыльнулся.

– Нисколько. Она не продаётся.

Владимир непонимающе уставился на нового знакомого.

– Не продаётся?! Вы смеётесь?! Нет в мире такой вещи, которую нельзя было бы продать или купить, особенно за хорошие деньги. Уж поверьте мне.

– Значит, это первая в вашей жизни такая вещь, – спокойно ответил Меньшиков, развернувшись, чтобы уйти.

– Стойте! – окликнул Корсаров. – Тысячу долларов! Я плачу вам прямо сейчас!

– Нет, – не раздумывая, спокойно отрезал художник.

Настойчивый покупатель озадачился.

– Две тысячи!

– Не пойдёт, – отозвался творец.

– Цену набиваете? – уверенно спросил Владимир. – Пять!

– Уважаемый друг, пожалейте свой кошелёк и моё время, я же сказал, что картина

не продаётся. Для меня деньги не имеют значения, я обеспеченный человек. Но раз уж она вам так понравилась, то мне не жалко её подарить.

Владимир снова озадаченно посмотрел на него, он не припоминал, чтобы ему так запросто что-то отдавали.

– Вы серьёзно? – недоверчиво, поинтересовался он.

– Абсолютно, – бескомпромиссно произнёс Евгений.

– Не ожидал. Спасибо, – сухо поблагодарил бизнесмен. – Скажите, у вас есть ещё картины на подобную тематику?

– Есть на что посмотреть, – похвалился Меньшиков.

– В таком случае вот... возьмите, – Корсаров передал свою визитку. – Если надумаете показать их, звоните.

Глава 3

Высокий молодой мужчина задумчиво шагал по длинному коридору шикарного особняка. Необычная цыганская внешность во многом отличала его от прочих людей, с которыми он знался. И все эти люди, честно говоря, испытывали страх перед смуглым мужчиной. Найдя нужную дверь, молодой человек учтиво постучался.

– Входи, Денисушка, – пригласил знакомый голос.

Денис Роев вошёл в уютную комнату, где горел, потрескивая, красивый камин с узорами, даря тепло и наполняя комнату красно-жёлтым, радующим глаз светом.

– Садись, дорогой, – дозволил человек, сидевший спиной к вошедшему в кожаном кресле с высокой спинкой, полностью скрывавшей его.

Цыган занял место напротив говорящего.

– Что-то случилось? – поинтересовался он.

– Ничего. А чего ты сразу? Думаешь, я тебя вызываю, только если неприятности случаются? – порицательно произнёс хозяин.

– Я просто... – замялся гость.

– Понимаю, работа тяжёлая, – прервал его собеседник. – Да ты расслабься Денисушка, я всего лишь повидать тебя хотел, поговорить. Ну, как ты поживаешь?

– Я? – спокойно переспросил Денис. – Нормально... А ты?

– А я вот искусством любуюсь, – отозвался тип напротив, наливая для себя стакан виски, на мизинце у него блеснул бриллиантовый перстень.

Роев безразлично взглянул на большую картину, висевшую над камином, сперва он её даже не заметил.

– Ну как? Хороша? – прозвучал вопрос.

– Не знаю. Тебе виднее.

– Да уж конечно... – усмехнулся хозяин. – Чего словно не родной смутился? Давай выпей со мной, – предложил он.

Мужчина встал, налил себе во второй стакан, они чокнулись.

– А что там творится, всё ли нормально? – поинтересовался мужчина постарше.

– Там нормально, – успокоил Денис, коснувшись платиновой серьги в левом ухе.

– Смотри у меня, не то высеку задницу твою цыганскую, – шутливо заявил хозяин. Разговор пошёл своей чередой, меняя темы, но как-то сдержанно, холодно...