Солнца нет
Шрифт:
Вдавив кнопку звонка, я услышал неприятное дзиньканье. Открылась дверь. Тоня меня затащила в квартиру и набросилась с поцелуями. В этот раз она была одета лишь в одну зелёную джинсовую рубашку мужа. Тоня припёрла меня к стене прихожей, дразня своим возбуждающим язычком и посасывая мой.
Пакет выпал из моей руки. Я с жадностью схватил её за ягодицы и ещё сильнее прижал к себе. Мы поменялись местами. Она быстро сняла с меня очки и обхватила ногами мою талию. Долгие ненасытные поцелуи сменялись нежными, неторопливыми, но потом снова набирали темп. Они походили
Мои руки гладили всё её тело: начиная от гладких ног и заканчивая влажными короткими волосами, и обратно.
Присосавшуюся ко мне Тоню, я отнёс, не прекращая ни на секунду целовать, в спальню. Бережно положил на кровать.
– Тигрёночек, а как же ужин? – прошептала она.
– Потом, – ответил я, глядя ей в глаза.
Молча стал расстёгивать рубашку, сопровождая поцелуями обнажённое тело. Лифчика на ней не было. Прочертил языком вокруг небольших грудей. Поочерёдно поднимался, играя им к задорно торчащим соскам. Щекотал их, нежно покусывая и посасывая. В то время как моя рука, уже просунувшись под лёгкую резинку, погладив волосы, скользнула дальше. Я снова потянулся к губам Тони.
Не выдержал, стянул с неё трусики...
...проснулся. Посмотрел на электронные часы. Они показывали 2:39 ночи. Тоня, растянувшись на мне, спала. Я снова погрузился в сон...
Снова проснулся я раньше неё. Пока она спала, успел принять душ, плотно позавтракать и ещё раз позвонить по тому телефону, по которому не дозвонился вчера. Безуспешно.
Вытащил из чёрной прямоугольной коробки красную розу. Понюхал. М-м-м. И пошёл с ней в спальню.
Прижав губами цветок, стал медленно на себя тянуть одеяло. Я любовался, как обнажается её маленькая грудь (мне захотелось вновь прикоснуться к ней), затем животик и... Тоня, натянув одеяло на себя, поменяла положение.
Я залез под одеяло и прилёг к ней. Провёл рукой по голени, по ягодице и отправил её к груди, где стал тереть ладонью её отвердевшие соски. Тоня, промычав, взяла мою руку и перенесла к мохнатому треугольнику со словами: «Я хочу там».
Я вынул розу изо рта и стал ею проводить по лицу Тони. Она приоткрыла глаза и, повернувшись в мою сторону, поцеловала меня.
– Это тебе, – я протянул цветок.
Она приняла его и крепко обняла меня.
– Спасибо, милый. Но откуда ты его взял?
– Вчера у меня не получилось его тебе преподнести. Бедненький всю ночь в коробке пролежал.
– Ух, какая я... – Тоня улыбнулась.
– Ещё какая, – сказал я, всматриваясь в её блестящие довольные глаза. Она судорожно вздрагивала.
Смотря на меня, Тоня гладила мою щетину, касаясь моих губ, носа и очков.
– Я ещё вчера заметила на тебе уже новые очки. Быстро же ты их меняешь. Я и то так не меняю перчатки.
Я её поцеловал.
– Позавчера, как обычно заглянул в «Мир очков». И представляешь, стал миллионным посетителем. За что и получил в подарок эти модные очки и электронные, суперские часы. Давно о таких мечтал, – я вытащил из-под одеяла руку, на которой были часы.
– Класс!
– Спасибо.
– Интересно, а когда им придёт смена?
– На этот вопрос в данный момент я затрудняюсь ответить. Хотя... наверно, тогда, когда мне надоест их носить.
– Да знаю я тебя. Не удивлюсь, если ты завтра же их на другие променяешь.
– Всё может быть. Я не отрицаю.
Тоня откинула одеяло. Встала с постели. Потянулась.
– А я хотел продолжить, – сказал я, когда она, подмигнув мне, подошла к двери.
– А никто и не отказывается. Просто мне хочется это сделать в душе. Пойдём со мной.
Сегодня, по сравнению с вчерашним днём, намного лучше – «вечное будило» светило и согревало своими ласковыми лучиками. Утро было приветливым, с несмолкаемыми птичьими распевами. Улицы нашего городка необычайно богаты зеленью.
Я вызвал лифт. Он спустился, и из него вышла моя соседка по площадке Нина Семёновна, возраст которой перевалил за 55, но она не сдавалась и боролась с ним, стараясь выглядеть всегда привлекательной и энергичной. Завивающаяся причёска апельсинового цвета сочеталась с её маленькими глазками, в которых иногда я замечал грусть.
– Здрасьте.
– Здравствуй, Лёша! – сказала она, освобождая лифт. – Ты смотрел про себя по 11 каналу?
– Нет, – удивился я. – А что там показывали?
– Радуйся, Лёшечка. У тебя объявилась богатая бабушка из Испании, – радостно сообщила Нина Семёновна, коснувшись меня рукой.
– У меня нет никакой бабушки.
– Значит, будет.
– Да не может быть. Папина и мамина, царство им небесное, уже давно лежат...
Лифт уехал наверх.
– Ну не знаю, какая она тебе бабушка. Но ты у неё единственный наследник, и от наследства только дурак откажется.
– Тёть Нин, вы поточнее мне расскажите, что именно про меня там говорилось.
– Показали твою фотографию, на ней ты ещё молоденький. Следом приятной внешности старая женщина на нерусском языке что-то говорила, сидя в старинном кресле у горящего камина в красиво убранной гостиной. А симпатичная переводчица переводила. Но самое главное, объявили: что кто позвонит и сообщит твоё место нахождение, получит высокое вознаграждение. И это несколько раз показывали вчера по одиннадцатому. Вероятно, уже кто-нибудь из сердобчан не упустил такую возможность. Был бы и у меня телефон, тоже попытала бы счастье.
Я на секунду задумался.
– Спасибо, тёть Нин, что меня обрадовали, – поблагодарил я, изобразив улыбку, когда она уходила.
– Пошла я в магазин. Когда приедет твоя бабушка, не забудь с ней зайти ко мне в гости. Я вас чем-нибудь побалую.
Что ещё за бабушка? Здесь что-то не так.
– Хорошо.
Я поднялся на пол-этажа. Посмотрел в окошко. Нет ли чужих машин во дворе, если не считать разобранного старого военного ЗИЛа. Двор был пуст.
Стоит ли заходить к себе? Лучше не рисковать. А проверить: есть ли кто-нибудь в квартире? Осторожность ещё никому никогда не мешала в любом деле.