Солнца нет
Шрифт:
Чума: «Это неправильно. Причём здесь родственники подонка?»
Судья: «А чтоб всем наука была!»
Чума: «Излишняя жестокость – не выход».
Судья: «Цель оправдывает средства, надо чтобы правосудия боялись, иначе мы просто никогда не искореним зло».
Чума: «Зло порождает – зло. В Китае, например за взятку расстреливают, но всё равно деньги продолжают брать!»
Судья: «Значит надо расстреливать и тех, кто даёт!»
Чума: «Ты предлагаешь безумие».
Судья: «Весь мир безумен, а я пытаюсь хоть как-то его
Чума: «Что ты имеешь в виду?»
Судья: «Хочу, чтоб справедливость восторжествовала, хотя бы в отдельном городе».
Чума: «А ты, из какого города?»
Судья: «А ты?»
Чума: «Из Пензы».
Судья: «О-о-о! Знаю, бывал, хороший город, подчеркну даже – зелёный».
Чума: «Ну всё-таки, откуда ты?»
Судья: «Из Колымы. Будешь у нас, милости прошу в гости».
Чума: «Нет, уж лучше ты к нам! Но всё же, о какой справедливости ты говорил?»
Судья: «О моей».
Меньшиков задумался, закурил, а за окном барабанил дождь.
Возникла продолжительная пауза.
Судья: «Ты куда пропал? Тебя случайно не съела чума?»
Чума: «Чума мне не страшна, а вот твоя справедливость пугает».
Судья: «Ты, хлюпик несчастный, зачем тогда такой вопрос задавал? Ты что ожидал добросердечный ответ на серьёзный вопрос?»
Чума: «Помягче выражайся. Просто твоё мировоззрение я не могу воспринять, оно у тебя попахивает диктатом».
Судья: «Ты видно понятия не имеешь о несправедливости! Только с помощью тотального контроля можно её уничтожить!»
Чума: «Ты, пожалуйста, не корчи из меня младенца, я, знаешь ли, не первый день живу. У каждого из нас своё понятие о несправедливости. Моё заключается в том, что её уже нельзя повернуть вспять, невозможно изменить».
Судья: «Такого не бывает, нет на свете явления, которого нельзя было бы исправить. Если хочешь, то я могу тебе помочь».
Чума: «А кто ты такой? Всемогущий волшебник или Господь Бог? Отнять жизнь – ты легко можешь, а подарить новую судьбу тебе слабо?»
Судья: «Я могу хотя бы попытаться...»
Чума: «Попытайся хотя бы в себе хоть капельку человечности откопать!»
Судья: «По отношению к кому? К ублюдку, который сбивает невинного ребёнка на дороге и скрывается? А потом безнаказанно ходит себе по той же улице и радуется, что легко избежал наказания? Если б я мог, то возродил бы старые времена, когда был один вождь, когда был порядок. А то развели тут демократию, вот теперь получайте свободную Россию с бесконтрольной преступностью!»
Чума: «Ты псих! Ты ещё сталинские лагеря возроди».
Судья: «Если они помогут, то я воспользуюсь твоей идеей!»
Чума: «Всё я понял тебя! Никакой ты не судья, ты палач. Советую тебе сменить название и никогда больше не писать мне. Найди себе другого собеседника».
Судья: «А вот и нет, дорогой, мне понравилось с тобой общаться. Так что я не прощаюсь».
Чума: «Не смей!»
Судья: «До скорой встречи!»
Глава 19
Пенза.
На мосту остановился покурить. С этого места город красивый. Ко мне навстречу плыл речной трамвайчик. Удастся ли мне в этом году на нём покататься? Будем надеяться. Люди купаются в Суре, замечательно.
«Гм. Снова вертолёт. Чего они разлетались?» – подумал я.
Зашёл на центральный рынок. Толкучка. Не люблю этого. Всем подряд торгуют: вещи, обувь... Хочется новое всем купить, да не у всех есть возможность. Большая часть людей приходят лишь поглазеть, прогуляться, время убить. Смотришь: брюки, футболки, кепоны, имеется желание обзавестись покупкой, но... в следующий раз.
Вот иду и думаю, зря или в толк моя цель. Даст взаймы Макс по старой дружбе или культурно пошлёт. Он на рынке музыкальными дисками и фильмами торгует на пару с братом. Дела у них идут хорошо, раз новенькой «десяткой» обзавёлся. Не обеднеет же пару сотней, тем более, в долг. Когда-то я ему неоднократно давал безвозвратно деньги, правда суммы были маленькие, хватало лишь на сигареты или пиво, но если всё вспомнить и сложить наберётся, наверное, с «тыщонку».
Посмотрим, как он отреагирует. Да даже откажет, не беда. Просто вычеркну его из списка друзей, хотя за последние годы мы не очень-то общались. Так, созвонимся для приличия. Бывало, где-то случайно встретимся, пару минут общения, и каждый уходил по своим делам.
Конечно, можно было не идти занимать, а сразу, к примеру, к Женьке или на работу пойти часика полтора-два убив на маршрут. Но кто его знает, что меня там ждёт? Надо сначала позвонить, узнать, есть ли гарантии, что напротив не сидят те преследователи?
И потом, какая разница у кого одалживать, ведь по-любому верну. А пешком идти не хочется, к тому же сигареты и телефонную карточку надо купить, да желудок набить, с утра уже не ел.
Нашёл Макса, спросил, сразу же дал.
– Можешь не отдавать, – сказал он.
– Спасибо, конечно, но я верну на днях, – ответил я ему.
Заодно попросил его, чтобы он позвонил на работу напарнику Артёму со своего сотового: «А почему я, сам что ли не можешь?» – недоумевающе поинтересовался он.
– Так надо, – ответил я.
Позвонив, Макс сказал:
– Всё нормально.
– Слышь, дай-ка я ещё одному человеку звякну, можно?
– Без проблем, – ответил Макс.
Толяна я застал, но ещё минут пять, и он бы с женой ушёл в бассейн.
– Лёха, как ты свалил, где-то через полчаса приходил какой-то тип и интересовался тобой. Говорил, что учились вместе. Посидели мы, значит, поговорили, пропустили по стаканчику. Хороший мужик оказался. Я ему и сказал, где ты. А он к тебе не приезжал?