Солнца нет
Шрифт:
А в салоне автомобиля негодяи с ругательствами одели на Меньшикова вонючий мешок...
– Что ж вы делаете, гады? Вы кто такие, мать вашу? – голосил сдавленным горлом связанный Меньшиков, пытаясь вырваться.
– Молчи, зараза! Молчи, вражина! – цыкал бугай. – И вообще, чего-то клиент разошёлся, того гляди из тачки вылетит... А ну-ка Гриня, успокой добра молодца! – велел он. Сто двадцати килограммовый малыш кряхтя поднялся с сиденья.
– Это сейчас, это мы мигом! – весело объявил толстяк, с треском оседлав беднягу
– Вот, то-то же! А то вздумал, крик поднимать, – усовестил его главарь. – Ничего-ничего, потерпи, немного осталось...
– Во! – воскликнул дородный Гриня. – И лесок показался... Слышь, супостат? Лесок объявился, там-то мы тебя и ухайдокаем! Недолго тебе осталось.
– Пожалеете, гады, – огрызнулся Евгений.
– Ага, долго страдать будем, – согласился предводитель налётчиков. – Сейчас-сейчас... уж мало тебе не покажется, на первой берёзке повесим!
– На кого работаете, сволочи? – спросил пленённый.
– Михалыч, что-то он разговорился. Может ему прям сейчас кердык устроить? – предложил Гриня, легко подпрыгнув на Меньшикове.
– Нет, на хату привезём, потом устроим, – сказал командир.
Далее машина повернула куда-то и после десяти минутного переезда, остановилась.
– Давайте мужики, несите клиента к боссу. Поговорят, а там и кончать его будем, – велел старший. Толстяк с водителем подхватили Меньшикова на руки, затем понесли в деревянный сруб.
– Тяжёлый, чёрт, – проворчал водила.
– Вот кому похудеть не мешало бы!!! – заметил Гриня.
Они скоро затащили пленника во внутрь строения, где их ожидал таинственный заказчик.
– Клиент доставлен, шеф и ждёт вашего решения, – провозгласил довольный жирдяй, уложив узника на пол.
– Можете его закопать, парни, но сначала развяжите-ка ему глаза, пусть поглядит перед смертью на свет божий, – приказал тот. Водила стащил с Меньшикова ароматный мешок и похищенный репортёр в изумлении уставился на сидящего за накрытым столом Семёнова.
– Привет, Женек! Ну как тебе, в моей шкуре, не тесновато пришлось? – непринуждённо спросил друг.
– Какой же ты гад, Лёня! Освободи меня, сволочь! – проорал журналист.
– Зачем? – усмехнулся Алексей.
– Я хочу тебя убить, – заявил Евгений.
– Это меня не устраивает, дружище, так что полежи пока, поостынь.
– Ладно, развяжи, не трону, сил уже нет валяться, – пожаловался Меньшиков.
– Ты точно будешь себя хорошо вести? – не поверил Семёнов.
– Точно. Убью тебя в другой раз! – пообещал узник.
Заказчик дал указания товарищам освободить репортёра, что те и сделали.
– Присаживайся, а то закуска остывает. Присаживайтесь и вы мужики, – пригласил всех виновник торжества. Меньшиков, потирая затёкшие руки, сел рядом с ним.
– Ну ты блин даёшь... Не мог нормально в гости позвать? – пробурчал он.
Семёнов налил ему рюмку
– Забудь, лучше выпей, – похищенный выпил залпом.
– Ну и шуточку ты сыграл со мной... – пробормотал он, поморщившись.
– А ты со мной? – возразил Алексей.
– Я всё понимаю... – не унимался журналист, потрясая руками. – Но хотя бы, ты мог подыскать для меня мешок, чуть менее вонючий? Я ведь едва, по дороге не задохнулся от этого смрада.
– Прости, Жека, но другого мешка под рукой у нас не было... – повинился Семёнов.
– Это что... Он даже маски нам дурацкие подобрал. Не посмотреть, не слово молвить!!! – присоединился к беседе Гриня.
– А тебе точно на диету надо садиться! – порекомендовал ему Меньшиков. Толстяк махнул рукой.
– Не-а, это просто у меня кость широкая.
Евгений, осознав всю бесполезность дальнейших доводов на такое замечание, промолчал. Тут подсели остальные участники похищения, и водка полилась рекой. Они очень быстро помирились с Меньшиковым, так как нет ничего на свете лучше, а главное полезнее, чем откровенная, охватывающая все области жизни застольная беседа настоящих мужчин.
Глава 42
Проезжая по Пензе, притормозив у очередного светофора, он пристроился позади старого троллейбуса. После зелёного света, движение возобновилось, Евгений продолжил путь, стремясь выбраться за черту города, как велела ему карта. Что ж, это дело времени, а его было навалом.
«Похоже, я поздновато вернусь домой. Фигня. Зато ответ найду», – решил он петляя по змеевидной капризной дороге.
Вскоре столица сурского края осталась позади, Евгений прибавил скорость, продвигаясь вперёд между игольчатых зелёных стен. В его пальцах безостановочно дымилась сигарета.
Как долго тянется дорога!
Наконец-то перед машиной появилась та самая развилка, которую обещала карта. Стрелки указывали ехать прямо, не сворачивать, Евгений так и сделал, далее немного проехав по трассе, ему пришлось свернуть налево, прямо в лесную полосу, в бездорожье, как говорила карта. Больше никаких указателей не было, бумага стала бесполезной.
«Надеюсь там, в глуши есть что-то стоящее, иначе получится простая трата времени», – подумал Меньшиков, выруливая из луж. Он проехал довольно приличное расстояние, прежде чем перед ним раскинулась замороженная стройка, какого-то здания, обнесённого толстым бетонным забором. Репортёр заглушил мотор, притормозив в двух метрах от ворот. Выйдя из салона, подошёл ближе к ним, они не скрывали, подобно мощному ограждению, что было за ними.
«Что же там таится? Ответ внутри. Надо попробовать забраться туда...» – осматриваясь, решил мужчина. В это время здоровущий лохматый пёс коричневого окраса, мирно дремавший под навесом, лениво открыл один глаз, смерил Меньшикова и снова уснул.