Солнце Мирлеи
Шрифт:
Когда все прочие дела были улажены, а букеты оставлены в салоне автокара, они двинулись к входу, при этом сохраняя напряженное молчание. Коралина неосознанно прижималась к Рэйну и крепко стискивала пальцы Талия, чувствуя дыхание Наски почти что на своей шее. Шутки кончились. Впереди — около тридцати приглашенных дам из правящих верхов Мирлеи, и Кора очень сомневалась, что ее с ходу признают своей. Сама же согласилась на эту авантюру, нужно взять себя в руки и вспомнить, зачем она вообще здесь.
«Нужно вслушиваться в любые диалоги, запоминать имена. Потом спрошу у Наски о каждом. Любое упоминание Дукрута или Ирнекана, другой ли планеты. Надо сосредоточиться. Ради них», — Кора мысленно расслабилась, поочереди посмотрев
Черные волосы первого сегодня были заплетены в недлинную, но толстую косу и перекинуты через плечо, а на тонкие прядки были нанизаны маленькие декоративные камни в виде звезд. Коралина даже представить не могла, сколько ему потребовалось времени, чтобы навести марафет. Почувствовав ее взгляд, Рэйн наклонился к ее лицу, словно собираясь шептать секреты. Взглянул на нее синими глазами из-под полуопущенных ресниц, и словно земля ушла из-под ног. Коралина сглотнула, стараясь не думать о том, что сквозь вырез на бедре отлично видно маленькое белое пятнышко на смуглом колене. Не думать получалось плохо, потому что в какой-то момент Кора поймала себя на мысли, что из всех частей его тела колено расцеловывала бы дольше всего.
Боже правый. Кровь прилила к щекам, и девушка едва не упустила момент, когда они вошли в общий зал, освященный сотнями, нет тысячами бумажных фонариков, которые мерцали под самым потолком, куполом уходящим в какую-то космическую пустоту. В Мирлее очень любят высокие потолки. Пока Наска показывал приглашения весьма сурового вида даме, Коралина с открытым ртом разглядывала праздничное помещение, сплошь усеянное цветами всех возможных видов, словно мероприятие решили провести в оранжерее. Высокие пальмы стояли не в кадках, а были врыты прямо в пол, который представлял из себя какие-то своеобразные внутренние клумбы. Вместе со всем этим, посередине было очень много места для танцев, а под сенью широких листьев стояли фуршеты и скамейки для уединения. Потолок по большей части был стеклянным, чтобы высаженным растениям было комфортно — вот почему Коре показалось, что он бесконечен. Она с выражением полнейшего восторга разглядывала присутствующих женщин и мужчин, изображая на лице настолько искреннюю улыбку, что ей улыбались в ответ.
— Тут так красиво, — выдохнула она, неосознанно прошептав это на ухо Талию. Тот даже напрягся, но мигом пришел в себя, почти невинно скользнув пальцами до ее локтя. Почти, потому что при этом у него участилось дыхание.
— Дом советницы Киры Дона-Ло, — доложил Рэйн, оглядываясь почти по-хозяйски. Кажется, ему не раз и не два приходилось бывать на таких встречах по случаю службы. — Она занимает одну из шестнадцати должностей, приближенных к мореве. Отвечает за любого вида экологические вопросы. Недавно выяснила, кто повинен в вырубке отдаленных от столицы лесов.
— Кто? — Коралина заглянула в его глаза, заранее зная ответ. Его лицо исказила боль.
— Дукрутские браконьеры. Они не успели сформировать поставку на Дукрут, поэтому советнице удалось изъять погубленные деревья. Два коритаМесяц по-милетски, в котором от двадцати восьми до тридцати дней (свотов). шел траур. Еще до того, как ты сюда прибыла.
— Я участвовал в реабилитационной акции, — поделился Талий, как-то беспокойно оглядываясь по сторонам. — Высаживал новые деревья и цветы. Через пару лет земля восстановится, — он ободряюще улыбнулся им обоим, и Кора ощутила укол тупой боли. Дукруты. Везде эти проклятые дукруты!
— Траур по деревьям, — она повторила это без доли усмешки, потому что могла понять, почему милетянам так больно, когда кто-то покушается на их драгоценную планету. Все равно что сжечь дом или погубить мать. — А если кого-то убивают?
— Траур объявляют на шесть коритов, — вздохнул Рэйн, и Кора мысленно дала себе подзатыльник за неосмотрительность. — По всей Милете высаживают черную ригорду — особый цветок, растущий
— Рэйн, — Коралина замотала головой, прижав его ладонь к своей щеке. Он притих, глядя на нее почти без эмоций, и только в самом краешке его глаз собралась влага. Талий шумно выдохнул, сложив голову на его плечо. В густых зарослях, где они укрылись, почти никто не мог увидеть их секундную слабость. — Прости, я не должна была спрашивать.
— Не извиняйся. Мы на Милете не одиноки в своем горе, — Рэйн даже улыбнулся, коснувшись пальцами ее подбородка. Замер, а вокруг шумел праздник.
Они постояли так еще немного, прижимаясь друг к другу, словно озябшие котята, и Коралина видела в этом свое особое счастье и нежелание отрывать от теплых тел и идти куда-то еще. Но она явилась сюда по делу, поэтому пойти все-таки нужно. Она сдавленно простонала, выпутываясь из ласковых объятий и коротко объявила, что ей нужно найти Наску. Не дожидаясь, пока Рэйн и Талий вздумают пойти за ней, выскочила из сени растений, решая быстро обойти территорию, а потом вернуться к ним и уже обсудить их отношения со всей серьезностью. Коре бы только немного собраться с мыслями.
Помощник моревы обнаружился тут же, недалеко от чудесного сада, словно только и ждал, чтобы Коралина вышла на свет. Поджал губы, бесцеремонно принявшись поправлять ее нашейный платок, немного выбившийся из-под воротника. Кору эти его действия насмешили, но вслух она произнести ничего не решилась.
— Ты пробовала те десерты из листьев красной ильсины? — спросил он, не глядя в ее глаза. Коралина повела плечами.
— Нет. Но я точно уверилась, что здесь не подают алкоголь.
— На Милете алкоголь не распространяют. Только с особым разрешением от правительства, — машинально ответил Наска, подняв глаза. Кора расстроенно вздохнула. Как бы она сейчас хлопнула бокальчик шампанского, эх! — Но если хочешь, я могу для тебя достать… пару ящиков.
— Для меня? — девушка в удивлении вскинула брови, а Наска скривился.
— Надо или нет? — пробурчал он, демонстративно убрав руки от ее шарфа. Коралина белозубо улыбнулась.
— Надо. Если для меня, — ей безумно нравилось его подначивать. Бесподобное чувство. Наска едва не простонал, удержавшись от того, чтобы не закатит глаза.
— Ты поразительно невыносима.
— А ты довольно милый. Как знать, может, мы еще подружимся?
— Я бы хотел избавиться от тебя прямо сейчас, — прошептал он, при этом смотря на нее с какой-то особой братской нежностью.
— Да брось, ты вылетишь с этого праздника жизни следом за мной, — Коралина обвела пространство рукой, и Наска фыркнул от смеха.
— Поэтому потерплю.
— Да? Ты такой жертвенный, я в восторге.
Перебрасываясь ленивыми колкостями, они рука об руку дошли до наиболее оживленного места в зале, остановившись недалеко от компании серьезных дам, общающихся нарочито размеренно. Коралине даже не нужно было напрягаться, чтобы услышать, а чем они говорили. Впрочем, ничего интересного из их беседы она не извлекла, кроме того, что «праздник раскошен», «советница Дона-Ло отлично справляется со своими обязанностями» и «моя дочь с отличием окончила университет». Она даже расстроилась, подумав о том, что все светские беседы будут похожи на эту. Однако в какой-то момент ее внимание привлекла одна женщина, особо выделявшаяся среди прочих своим цепким ледяным взглядом и темными, почти черными волосами, собранными в тугой хвост на затылке. Ей бы приказы раздавать на поле боя, а не блистать в высшем обществе. Кора оживилась, потянув Наску в сторону незнакомки. Помощник моревы даже напрягся.