Солнце Мирлеи
Шрифт:
Сначала ее обдуло ветром, а потом оглушило совершенно невменяемым грохотом, словно весь мир в одночасье рухнул. Кора прижала к ушам ладони, в ужасе думая о том, что перепонки лопнули ко всем чертям. Впрочем, через мгновение вновь стало могильно тихо, а над голой все так же был бесконечный космос и его тысячи звезд. Выбраться бы из этого кошмара побыстрее, вернуться домой, в тепло. Коралина потянулась за светлыми образами, которые услужливо рисовал разум, чьи-то лица, родные, но чудовищно далекие, словно из дугой жизни.
Не ее жизни. Кора хватанула ртом воздух, все так же не в силах пошевелиться. Запертая,
— Смотри-ка, как волнуется, — раздался приглушенный голос откуда-то сбоку. Кора даже не вздрогнула. Все равно не докричится. — Какой сильный разум, столько вспышек…
— Мы ведь нашли ее, да? Это она?
— Да. Цветочек, — почти с ласкою протянул первый голос, и Коралина напряглась. — Так расцвел на чужой-то земле, погляди!
— Нужно вернуть ее? — второй голос напрягся, то приближаясь, то отдаляясь. — Пока не поздно.
— О, ты прав. Она внимательна и осторожна, а все равно так глупо раскрыла себя, — некто хохотнул, словно находил эту ситуацию абсолютно забавной. — На приеме у советницы так бескультурно угрожать более высокому по статусу, — раздался возмущенный цокот, а Кора неловко повела плечами. — Это могла сделать только чужачка, совершенно неподготовленная к тому, чтобы прилететь на Милету… Нужно предупредить Жнеца, — голос стал жестче и серьезнее. — Пусть готовит «Полуночницу» к новой поставке.
— Как скажешь. А…?
— О Цветочке не волнуйся, я разберусь, — Коралина могла поклясться, что на невидимом лице появилась хищная ухмылка. — С ней и теми, кого она себе подобрала.
На этом сон начал рушиться. Кора поняла — просыпается. Космос над головой разверзнулся искрами звезд, и девушка едва успела отскочить от особенно крупного обломка. Она снова может двигаться, какое невероятно облегчение. Вдох, другой…
В комнату пролился утренний свет, потянувшись лучами к Кориному лицу. Она фыркнула, резко открыв глаза, и почувствовала, как громко билось собственное сердце, будто вздумало выбить грудную клетку, раздробив при этом ребра. Коралина медленно выдохнула, собирая мысли по разным углам. С первого сна со странными голосами прошло уже почти два месяца, она и забыла, каково это — просыпаться в холодном поту. Ей понадобилась пара секунд, чтобы восстановить обрывки жуткого диалога. Теперь не осталось сомнений — ее ищут, как бы параноично это ни звучало. И, кажется, уже нашли. От липкого страха сковало все тело, и Коралина просто лежала, будто снова впала в оцепенение, как в кошмаре. В себя ее вернуло только ощущение тяжести на животе. Кора осторожно повернула голову, увидев Талия, который закинул на нее ногу.
Подобная картина словно ударила по голове, и девушка едва ли не дернулась, лихорадочно вспоминая подробности минувшего вечера. Они были на крыше ресторана, потом поехали домой… где Коралина сделала им предложение, и потом весь вечер они целовались. Ничего больше. Кора медленно выдохнула, найдя глазами кольцо на руке Талия. Не снял. Рэйн спал в другом углу дивана и тоже пал жертвою длинных стройных ног, будучи живой подушкой. Ему досталось больше — Талий еще умудрился сложить руку ему на лицо, этакая морская звезда. Коралина неосознанно заулыбалась, и
— Доброе утро, — Кора мягко рассмеялась, целуя его лицо сквозь ткань покрывала. В ответ раздался еще один стон, и Талий выглянул из-под пледа, сонно щурясь. — Ты такой красивый, — сокровенно прошептала она, а мужчина замер, торопливо ее изучая. А потом молча потянулся за объятиями, уткнувшись в ее плечо. Коралина улыбнулась, огладив губами его лоб и макушку.
— Ну вот, теперь я хочу каждое утро так просыпаться, — пробурчал он, нежась в ее руках, словно дорвавшийся до ласки кот. — И засыпать.
— Да? — Кора сделала вид, что задумалась. — Тогда придется это исполнить. Сегодня нужно будет посмотреть жилой модуль.
Талий шумно выдохнул, подняв на нее взгляд. Он поймал ее мысль о том, чтобы съехаться. Всем троим. Жить вместе в Корином модуле, так же проводить вместе вечера, встречать дни. Просто жить. И эта мысль ему ужасно понравилась, как и та, что, наконец, можно будет уехать из материнской квартиры и не считать себя обузой для семьи, от которой ушел уже очень давно. Коралина подарит ему свободу, научит заново дышать, даже не подозревая об этом. Талий улыбнулся и поместил в эту улыбку всю свою благодарность, всю безграничную нежность и… любовь, которые копил в себе очень долго. Все для них двоих.
Позади заворочался Рэйн, и оба подняли головы, не сговариваясь переползя поближе к нему. Кора протянула руку через Талия, сложив ладонь на груди Рэйна, прикрыла глаза, пытаясь запомнить запах и вкус этого утра. Такого прекрасного в особом понимании. Талий выдохнул в ее шею, замерев так на долгие секунды, а Рэйн открыл глаза и теперь смотрел на них обоих со свойственной только ему тихой нежностью. И ничто не могло испортить этот момент. Кроме внезапной мысли и вспомнившейся фразы.
«Разберусь с ней и теми, кого она себе подобрала».
Кора широко раскрыла глаза, удержавшись от того, чтобы не вскочить с дивана прямо сейчас. Парни синхронно почувствовали ее напряжение, озадаченно переглянувшись. Коралина закусила губу, выравнивая дыхание.
— Встаем? — бодро спросила она, демонстративно потягиваясь. — Дел сегодня много, — голос в конце фразы дрогнул, и Талий вскинул брови, сжав ее в объятиях крепче.
— Ильсинка? — в глазах недоверчивый океан. Кора испуганно дернулась, и Талий мигом разнял руки. — Скажи нам… что случилось? — прошептал он почти что с мольбою, и девушка почувствовала, как ее сердце сжимается от боли.
— Я вспомнила, что забыла написать бабушке, — надломлено соврала она, сглотнув. — Наверное, сейчас страшно волнуется.
Жить в бесконечно лжи, скрывать от них чуть больше, чем положено — Коралина поняла это только сейчас. Она никогда не сможет быть с ними искренной до конца, и это причиняло невыносимые мучения. Разве можно будет построить по-настоящему крепкие отношения с такими-то условиями? Кора не знала. Но жалеть о принятом решении не собиралась. Она обязательно найдет выход. Всегда находила.