Солнце, море... Дирижабль
Шрифт:
Сразу за границей света начиналась тьма. Словно кто-то отсёк ножом эту самую границу. Тьма и тишина. Лишь потоки воздуха давали понять, что человек зашёл в помещение, а не оказался у края бездны. Казалось, храм Повелителя Теней просто пьёт солнечный свет. До последней капли.
Жрецы Лакота не собирали подаяния. Не возжигали благовония. Не читали проповеди. Завёрнутые в тёмный саван фигуры молча взирали на город в те редкие часы, когда и солнце, и луна скрыты от взора человеческого.
Служители Молчаливого ходили тропами теней. Их странные песни,
Легат шёл отдать тьме свою судьбу. Шёл, отравленный надеждой, раненый поражением. Шёл, чтобы вручить теням самого себя.
Лакоту не носили даров. Тот, кто пришел с молитвой и был жертвой. Хочешь исполнить желание? Шагни в темноту. Не все возвращались. А кто вернулся, часто терял что-то важное. Смех, память о чём-то хорошем, часть своего тела…
Легат вошёл в храм. Лишь на секунду он замер на границе света и тени. Бросил прощальный взгляд на яркие краски тёплого лета и шагнул в темноту.
Обратно он вернулся уже вечером. Лакот взял свою плату. Великую плату – он отнял у Гая то, что позволило ему стать мудрым правителем. Легат отдал в качестве платы свой страх. После этого дня он уже никогда ничего не боялся. В качестве ответного дара он сжимал в руках колоду игральных карт, завёрнутую в грубую бумагу.
Тем временем имперцы всё глубже погружались в сладкие грёзы. На пляже установили стол, принесли еды. И даже прислали два десятка самых привлекательных девиц из местного борделя. Победу Ричарда отмечали с размахом.
Празднование переместилось на центральную городскую площадь. На террасу лучшей гостиницы. Слухи о карточной партии разнеслись по лагерю, в который эвакуировались жители города. И самые смелые по одиночке, а то и группами, пошли в сторону центра.
Комендант крепости организовал кордоны. Быстро нашлись смельчаки, что впали в искушение решить проблему иноземного вторжения с помощью точного выстрела или адской машинки. Что сотворят разгневанные имперцы после такого партизанского «привета», проверять у гарнизона желания не было. Смельчаков ловили и тащили на берег, где до сих пор остывала чёрная линза расплавленного стекла.
В тот момент, когда солнце краем коснулось безмятежного океана, на площадь вошёл Гай Коркоротос. Мужчина облачился в парадный мундир тёмно-синего цвета. Оружия при нём не было, а правое предплечье опоясывала чёрная повязка.
Рей Салех, едва бросил взгляд на визитера – моментально протрезвел.
– Ричард, Ричард, морда твоя укуренная, пойдём-ка я тебе скажу кой-чего интересного! – Громила подхватил приятеля под локоток, отняв того у разбитной девицы. Девица успела со страха выпить пол бутылки кальвадоса и была решительно настроена заиметь от Гринривера ребёнка, чтобы хорошо устроиться при новой власти. Так что из одежды на ней была лишь полупрозрачная туника и шёлковые шаровары.
– Мистер Салех, я решительно отказываюсь
Рей перехватил приятелю горло кривым ножом и прижал к мостовой. Кровь ручейком потекла по тёплым камням, скатывая пыль в бурые комочки. Через минуту молодой человек затих. И ещё через минуту поднялся на ноги.
– Доклад! – Молодой человек мгновенно проникся серьёзным выражением лица Салеха.
– Там твой Гай пришёл, чтобы в карты играть. Не нравится мне он. – Рей угрюмо почесал бороду и со злобой дёрнул себя за волосы. В такие моменты длинные густые волосы ничего кроме раздражения не вызывали. За волосы можно схватить, волосы можно поджечь, через волосы можно проклясть…
– Думаете, он вживил в тело магическую бомбу и хочет нас подорвать? – Ричард осторожно выглянул из-за угла здания. Там легат принял позу терпеливого ожидания.
– Не, не похож он на смертника. Тут что-то другое. – Громила повёл плечами.
– Чего мне следует опасаться?
– Да если бы я знал! – От полноты чувств волшебник топнул по камням протезом. Сверкнула искра.
– Что вы предлагаете?
– А давай пристрелим его, от греха подальше? Кто этих островитян знает! – Салех всегда был предельно рационален.
– Не выйдет. Я дал слово. В крайнем случае погрузим этого персонажа в шаланду, пусть плывет на все четыре стороны. У нас и так тут оборудованная морская база с почти лояльным населением. – Ричард бросил взгляд, полный сожаления, на девицу, что утоляла жажду из бокала. Упругая подтянутая грудь соблазнительно покачивалась.
– Я тогда это, за винтовкой. И свою змею держи при себе. Этот Гай быстрый, я таких никогда не встречал. – Рей снова почесал бороду.
– Наши спутники? – Ричард хрустнул костяшками, словно разминаясь.
– Предупрежу. Но я бы не рассчитывал. Они на втором этаже в шашки играют стопками с местным ромом. Уже шестую партию. – Громила тоже сделал несколько характерных движений, разогревая мышцы.
– Тогда я пойду. Развлеку нашего гостя. И мистер Салех… - Ричард замялся.
– Да? – Рей был само внимание.
– А неплохой отпуск у нас получается!
Мужчины расхохотались.
– Сэр Гай! Смотрю вы уже готовы проиграть мне свою душу. – Ричард улыбнулся легату.
– Или отыграть свою свободу! – Ответная улыбка, и взгляд серых глаз спокойно встречает лёд глаз графеныша. Без страха. Без сомнений. Тот хмыкнул.
– Отдаю должное вашему самообладанию. Или вы приняли боевой эликсир? – Ричард уселся на кресло, что вытащили на террасу из самого лучшего номера. Повинуясь взгляду молодого человека, девушка, что скрашивала ему досуг, уселась ему на колени.
– Нет. Мне помогла молитва. Она утешает. И даёт силы встретить самые тяжкие удары судьбы. – Легат без приглашения уселся в соседнее кресло.
– Никогда не разделял подобного отношения к жизни. – Ричард дёрнул щекой. Он гладил куртизанку по пояснице, та боялась дышать.