Солнечный рисунок
Шрифт:
У Лестрейда на эту тему стоял какой-то блок. Видимо, его это настолько задело, что он предпочёл вычеркнуть факт попадания в дурдом из памяти.
И я его прекрасно понимал.
В газетах этот момент как-то обходили стороной. Может и стоило копнуть в номерах двухлетней давности, но, к сожалению, в библиотеке Бедлама оказался неважный архив.
— Лорд перед смертью написал два письма. Одно в полицейское управление Лидса, второе газетчикам. Так вот… эти письма не были идентичны. Газетчики не знают, что после того, как тебя уволили
— М-да… Как же у них всё просто! Хорошим человеком был лорд Эшкомб… И друзья у него — душевные люди. С удовольствием бы с ними побеседовал.
— А вот этого делать не стоит, — насупился собеседник. — Поверь на слово — не ищи встреч с этими людьми… В другой раз они могут прибегнуть к более радикальному способу избавиться от тебя.
— Что ж… последую вашему совету. Скажите, любезный, по пути к гостинице найдётся какая-нибудь приличная цирюльня?
— Я не очень ориентируюсь в Лондоне, но, уверен, что да…
— Тогда давайте попросим кэбмена, чтобы он нас туда завёз. А то за эти два года пребывания в Бедламе я отрастил столь солидную бороду, что могу показаться будущим отцам-командирам старцем преклонных лет…
— Будут ещё просьбы?
— А как же! Вы же не думаете так легко отделаться от меня! Эти роскошные лохмотья, что на мне, тоже могут смутить начальственный взор. Давайте поищем недорогой магазин готового платья… Согласно ли полицейское управление Лидса потратиться на мой гардероб?
После недолгого размышления Беллинг кивнул.
— Согласно.
— Тогда перестраивайте маршрут.
Глава 2
— Как вам, мистер? — Цирюльник отошёл в сторону, чтобы я мог полюбоваться на своё новое «я» в зеркале.
Что я могу сказать… Морда как морда. Ничего примечательного. Разве что скулы выделяются, ну так на казённых харчах не разжиреешь. На моих рёбрах можно играть как на этом… как его… О, ксилофоне!
И ещё порадовали волосы: вьющиеся, густые, с рыжеватым отливом. В той жизни я быстро растерял пышную шевелюру. Дай бог, эта прослужит дольше.
Или меня грохнут ещё до того, как полысею… Как известно, служба в полиции сопряжена с определённым риском.
Рыжие часто бывают конопатыми, но то ли света не хватало, то ли на самом деле обошлось без веснушек. Так что кожа на лица выглядела обычной, разве что слегка огрубевшей. Хотя, с таким образом жизни — чему удивляться? Столько времени в психушке проторчать…
— Спасибо! Ты здорово потрудился! Я в полном восторге, — сказал я, проведя пальцем по гладко выбритым щекам.
Ещё с армии привык «скоблиться» по два раза в день: с утра и перед сном. Даже когда на пенсию вышел, не стал изменять
Вторая натура — чего уж.
Цирюльник засиял от похвалы как надраенный пятак.
— Спасибо, мистер. Я старался.
— И я это оценил. Беллинг, расплатитесь, пожалуйста.
— Как будет угодно, — вздохнул спутник, доставая кошелёк.
— Если понадобится писать отчёт о тратах, можешь удвоить сумму, я подпишу, — подмигнул я.
Беллинг разом просветлел.
— Договорились.
— А теперь покупать одежду! — провозгласил я.
Вписался я в последнюю лондонскую моду или нет — неважно. Главное, что чувствовал я себя в новых вещах легко и свободно, ничто не сковывало мои движения, не жало или наоборот — не топорщилось как флаг на ветру.
Пара комплектов нательного белья, твидовый пиджак, брюки, гольфы, носки, сорочка праздничная, сорочка повседневная, ещё одна повседневная сорочка, воротнички, галстуки (три штуки), носовые платки (как без них?!), плащ…
— Головной убор? — взгляд продавца показал на стройные ряды котелков всех фасонов и цилиндров.
Я представил как будет смотреться громоздкий цилиндр на моей голове, как неудобно будет в нём бегать, как его снесёт малейшим порывом ветра… Оно мне надо? Пожалуй, нет.
Но в чём-то работник торговли прав — с «босой» бошкой мужчинам ходить не принято. Не поймут…
Что делать?
— А такой у вас нет? — выставил я кепочку, выданную в дурдоме.
Вид у неё был не слишком презентабельный, продавец же посмотрел на неё так, словно его прямо сейчас вырвет. Хватило лишь одного взгляда на эту мерзотсть.
Но молодец, удержался. Скривил рот в подобие улыбки и произнёс:
— Именно такой, к большому сожалению, у нас нет… Но, если мистер желает, можно померить похожую…
— Мистер желает, — откликнулся я. — Этот фасон должен быть мне к лицу…
Принесли наверное больше дюжины кепок. Я нахлобучил на себя первую, посмотрел в зеркало.
Очень даже очень. Как на меня сшили. А раз вещь мне понравилась с первого взгляда, нет смысла мерить другие.
— Беру… Беллинг!
— Да понял я… Понял… мистер Лестрейд, — заскрипел Беллинг.
— Не хотите трость? Очень практичная и незаменимая вещь для уважающего себя денди… — пустился в новую атаку коммерсант.
А у парня развита чуйка! Догадывается, что клиент пошёл вразнос и закупается впрок.
— Да? Покажите…
Мне сунули трость.
Тяжёлая… И, говоря по правде, неудобная. Хотя, если приложить кого надо по хребтине — тот потом ещё долго не разогнётся.
Но не привык я. Даже когда постарел и скрючился буквой «зю», принципиально не ходил с палочкой.
А если уж придётся пускать в ход не только кулаки, подручное средство должно быть коротким и удобным, чтобы орудовать в стеснённых пространствах. Какая-нибудь маленькая дубинка что ли… А ещё лучше пистолет и бесконечный запас патронов.