Солнышко мое

Дунайцева Виктория

Погода стояла прекрасная. Их путь пролегал через лес, где они планировали переночевать, затем ребята должны были пройти на пароме по озеру и выйти к старому, недавно отреставрированному монастырю, расположенному в районе города Зеленограда. Оттуда они должны были вернуться на электричке в общежитие. По плану все путешествие должно было пройти в течение двух дней. В субботу выдвигаются, в воскресенье возвращаются назад.

От метеорологов в поход отправились громогласная Иринка с Украины и две ее землячки Наташка и Верка, а также Алька, Женька, Надежда, Юлька

и Томочка. Лиля только что проводившая Бориса в армию грустила и наотрез отказалась участвовать в походе. За старшего был Костик, комсорг группы аэрологов. Он разрабатывал маршрут и руководил всем процессом.

Вышли рано утром и за день прошагали достаточно много километров. Все девушки стойко выносили лишения, за исключением Альки. Сначала она носилась по лесу как угорелая, спотыкалась о корни деревьев, падала, хохотала и снова вскакивала, и неслась дальше. Комментировала каждый увиденный ею цветок и дерево, а потом устала и начала ныть, что пора останавливаться на привал.

– Не баба, а Карлсон с пропеллером, – сказал Вовка, глядя на Алькины мотания.

– Фу, как грубо, любимый, – остановила его Юлька.

На обед решили не останавливаться, жуя по дороге бутерброды.

Часам к шести, вымотанные и уставшие решили остановиться на ночлег.

Мальчики стали ставить палатки, а девушки занялись приготовлением пищи.

Алька скинула свои мокрые кеды и повесила их сушиться над костром.

– Аль, ты что, – остановила ее Женька, а если тут змеи или еще чего, а ты с голыми ногами.

– Не бойся, – ответила ей Алька, – у меня еще тапочки с собой есть.

– Ты бы еще халат захватила, – заржал Вовка.

– Отстань, – беззлобно отшила его Алька, – в чем хочу в том и хожу.

Вовка с Костиком разожгли костер и повесили над ним большой казан, в котором планировалось сварить макароны с тушенкой.

– Ну что, девчата, кто будет поваром? – спросил у девушек Костя.

– Я!!! – громко крикнула Ирина.

– А справишься?

– Обижаешь. Я не раз ходила в поход и отлично знаю, как варить еду для такой большой компании.

Закипела вода, в казан были брошены макароны.

– Иринка, – обратилась к ней Женька, – ты макароны то солила?

– Конечно, – ответила Ира. – Вот!

И гордо показала девушке пустую пачку от соли.

– Ты что, кинула целую пачку соли в этот казан? – удивилась Женя.

– Ну конечно, а сколько-же. Мы всегда так делаем.

Женька промолчала, так как в настоящий поход она пошла первый раз и абсолютно не знала правил.

Каждый начал заниматься своим делом, а неугомонная Надежда взяла свой фотоаппарат и ходила за путешественниками фотографируя интересные моменты.

В кадр попали Вовка со Степкой несущие большое трухлявое дерево. Их лица были напряжены. И выглядели они очень мужественно.

Потом, на фото оказалась Алька, пробующая на вкус макароны с тушенкой.

Надя запечатлела и веселого Костю, разжигающего костер. Его руки и лицо были вымазаны в золе и выглядел он как «Вождь краснокожих».

И Юлька, вылезающая из палатки с травинкой во рту, и Женька

с Томочкой, сосредоточенно достающие из сумок провизию.

Наконец, палатки были установлены. Оказалось, что их не хватает на всех участников. Кто-то просчитался или позабыл одну из них.

Вовка сказал, что готов ночевать у костра в спальном мешке, Степан его поддержал. Девушек решили разместить в двух палатках, а парней в оставшихся трех.

– В тесноте, да не в обиде, – засмеялся Костик, – давайте ужинать.

Все уселись за импровизированный стол и приступили к трапезе.

– Это что? – спросил Костя, глядя на разварившееся месиво.

– Макароны, – с вызовом ответила Иринка. – тут тебе не ресторан. Ешь, что сварили.

Костик крякнул и молча зачерпнул полужидкие макароны плавающие в мясном сиропе.

Женька очень сильно проголодалась и решила не обращать внимание на непрезентабельный вид еды. Однако, взяв в рот первую ложку макаронного месива чуть не выплюнула их обратно. Макароны были ужасно соленые.

Женька обвела взглядом всех присутствующих и увидела смеющийся взгляд Костика.

– Кушай, кушай Евгения. Сейчас сварим чаю и все будет хорошо.

Женька доела свою порцию, не высказав поварихе не слова.

Остальные тоже промолчали. Видимо зная скверный характер Иринки, многие поняли, что связываться с ней себе дороже.

Потом девушки вымыли посуду и казан в небольшом ручье, который, протекал рядом с их лагерем и, набрав из этого же ручья воды заварили всем чаю.

Чай был весьма кстати, потому что Женьку после еды сразу же начала мучить жажда. К тому же, Костик сделал для всех необычный чай. Он отдавал лесным костром и приключениями, потому что парень сунул в уже готовый чай тлеющую головешку от костра. И чай стал необычайно вкусным.

Затем Вовка достал свою гитару и ребята по очереди стали петь бардовские песни, а девушки сидели, прижавшись друг к другу и мечтали о прекрасном будущем.

Со всех сторон их окружала полная темнота, а здесь у костра было уютно и тепло. Над ухом жужжали комары, но они не мешали общему настроению.

Ближе к одиннадцати Вовка увел Юльку в палатку. Женьке уже давно хотелось спать, но из-за того, что в их палатке был Вовка, она решила подождать. Степан тоже потянул Надьку прогуляться. Они отошли совсем недалеко, и где-то за палаткой слышался ее веселый заливистый смех и монотонное бормотание Степана.

Женька начала думать о Пашке и очень сильно пожалела, что его нет рядом. «Все-таки я его люблю» – подумала девушка.

В одиннадцать часов Костик объявил отбой.

– Завтра рано вставать. Всем спать, – велел он.

Из девчачьей палатки вылез довольный Вовка и залез в свой спальный мешок. Юлька застегнула ему молнию до самого подбородка и он стал похож на большую серую гусеницу.

Несмотря на тесноту, Женька заснула не донеся голову до подушки.

Проснулась она рано. Ее снова начала мучать жажда. Она лежала рядом со спящими девушками и слушала пение ранних птиц. Мир был наполнен незнакомыми звуками и предрассветным светом.