Somniator

Тамко Богдан

Я слушал эти душевные излияния и не мог поверить своим ушам.

– Ты повергаешь меня в шок. Я не думал, что имею такое высокое значение в твоей жизни, что ты сходу, даже не получив еще свой заказ от официантки, начнешь это лепить мне прямо в глаза. То есть, я имею дело с нимфоманкой?

Анжела опустила глаза.

– Тогда я воспользуюсь этим фактом при первой удобной возможности.

– Извращенец! – засмеялась Анжела.

– Нимфоманка, – безмятежно парировал я.

– Спасибо, – сказала Анжела официантке, когда та принесла ее заказ, – не тебе, умник.

–

Ну да, кроме того, что я испортил тебе жизнь, я больше ничего для тебя пока не сделал. Алкоголь? – спросил я, беря в руку только что принесенный стакан лонг-айленд айс ти. Тогда я еще не был знаком с этим знаменитым коктейлем. – Ты хочешь напиться и затащить меня в постель?

– Хватит! – улыбнулась она.

– Да ты же знаешь, что я не до мозга кости такой. Просто ты напомнила мне этот период жизни, вот я и подыгрываю.

– Знаю.

– Тогда скажи, почему ты здесь? Если у тебя столько обид.

– Я не могла отказать во встрече своему создателю.

– Хо-хо, не надо громких слов.

Шли минуты. Больше часа я потягивал уже третью чашку кофе, а Анжела напивалась. Она брала коктейль за коктейлем, и ее глаза становились все более добрыми и блестящими. Я снова купился на эту мою необъяснимую слабость к пьяным женским глазам.

– Я могу называть тебя Энжи?

Пьяная Анжела на все была согласна.

– Садись ко мне на диван, хватит прятаться на этом проклятом стуле.

Анжела встала и, слегка пошатнувшись и задев свой стул, плюхнулась рядом со мной. Во время приземления я взял ее за талию, чтобы скорректировать траекторию – и вот мы уже сидим рядом в обнимку.

– Что же ты, бедняжка, так напилась? – сказал я, гладя ее по голове.

– Мне просто… просто очень хорошо с тобой, – ответила девушка и прижалась ко мне всем телом.

Я испытывал странное тепло. В отличие от предыдущих разов, это не было влюбленностью, но меня сильно тянуло к этой особе. Я чувствовал, что близится что-то грандиозное, и нам будет хорошо рядом. А пока я рассуждал, Анжела уже гладила меня рукой по внутренней стороне бедра. Потом ее ладонь начала медленно подниматься вверх, проскочила пах, талию, грудь, шею и, в конечном итоге, остановилась у меня на щеке. Энжи приподняла голову и посмотрела мне в глаза, поглаживая мое лицо, что, безусловно, было безумно приятно.

– Интересно, ты на самом деле до сих пор меня ненавидишь? – сказал я, глядя ей в глаза.

– Как ты можешь говорить такие вещи в настолько хорошие моменты?

– Девушка, можно счет? – сказал я официантке, убирая руку Анжелы со своей щеки, – Просто в таком состоянии от тебя легче заполучить правду, – добавил я уже Анжеле.

– Меня сейчас вообще легко заполучить, – захихикало пьяное существо у меня в руках, снова трогая меня за лицо.

– Эй, кто из нас еще пошляк и извращенец! – засмеялся я.

Официантка принесла счет, я положил в книжечку деньги, Анжела выхватила чек, произвела подсчеты и отдала мне половину суммы.

– Не вздумай никогда за меня платить!

Эта фраза меня, естественно, не расстроила.

– Ну что ж, подруга дней моих суровых, теперь мне придется вести тебя

домой.

– Только не приставай ко мне, а то я могу согласиться.

Я провез это висящее и бесконечно смеющееся тело через весь город, пока мы не добрались до ее дома.

– Зайдешь ко мне на чай? – мило спросила Энжи.

– Давай я лучше просто доведу тебя до квартиры.

Мы поднялись на лифте до самого верхнего этажа, а я весь путь боялся, как бы Анжела не начала лезть ко мне здесь. Мы вышли, и она открыла свою дверь.

– У меня дома никого нет! – прошептала мне на ухо Энжи.

Я стоял на пороге, и эта линия была словно чертой между мирами. Мне было семнадцать лет, у меня никогда не было женщины. До сих пор я смотрел на тех, кто был старше меня, выше уровнем или просто недоступным. Я просто терял голову, тратил силы, убивался, мучился, но не добивался ничего, кроме разочарования и понижения собственной самооценки. Уже года три я смотрел на свое окружение, на парней, которые лет с пятнадцати были окружены девчонками – да, такими, которыми я бы не хотел себя окружить, но факт остается фактом: они все набирались опыта и получали недоступное мне удовольствие, в то время, как я оставался в свои семнадцать на уровне развития подростка в общении с девушками и взрослого человека по эрудиции и мышлению. Таким образом, у меня было только одно слабое место в жизни – женщины. Тот раздел, который был всецело отдан во власть фантазий.

И вот я стою на пороге ее квартиры, и всего один шаг вперед изменит мою жизнь, лишив меня последней уязвимости. Я посмотрел на Анжелу. Она, безусловно, была хороша теперь. Ее тело манило, а сдобренное хмелем, оно выглядело еще более развязно и доступно в позе, движениях, тяжелом дыхании и раздевающем меня взгляде. Я мог сделать шаг вперед и перечеркнуть все свои принципы – у меня будет первый секс с женщиной, которую я не люблю.

И я шагнул через порог.

Глава 11

– Раздевайся пока и приведи себя в порядок, – сказал я.

Анжела послушно сняла верхнюю одежду, сбросила обувь и пошла куда-то в комнату. Тем временем я спокойно пробрался на кухню, поставил чайник и стал рыскать по шкафам в поисках кофе. К моей радости я нашел большой пакет уже смолотых зерен. Покопавшись еще, я отыскал турку и сахар. С безмятежным видом, как у себя дома, я заварил кофе и сделал себе до ужаса концентрированный и сладкий американо в огромной чашке. А пока Анжела была в душе, заварил ей слабого черного чая.

Она вышла, обмотанная белым полотенцем поверх груди, с мокрыми волосами, ниспадающими на плечи. А я не могу держать себя в руках при виде мокрых женских волос, черт возьми! Я накинулся на нее и схватил за полотенце, просунув обратную сторону ладони между грудей. Сдернув полотенце, я посадил Анжелу на стол, переворачивая все приборы, стоявшие на нем. Она только этого и ждала. Все прошло очень горячо. Слишком жарко для первого раза.

Мы проснулись поздно утром, объятые блаженством.

– Я ждала этого дня с самой школы, – промурчала Энжи, уткнувшись мне в грудь.