Сомнительная репутация
Шрифт:
— Помоги мне, пожалуйста, с этим Аполлоном.
Эмелин с сомнением посмотрела на большую обнаженную статую, которую Лавиния пыталась дотащить до сундука.
— Он займет почти весь последний сундук. Может, лучше оставить его и упаковать несколько ваз?
— Аполлон стоит нескольких десятков ваз. — Лавиния остановилась посередине комнаты, тяжело дыша, и обхватила статую поудобнее. — Это главная ценность нашей коллекции. Мы должны забрать его.
— Если мы положим Аполлона в сундук, у нас не останется места для твоих
У Лавинии сжалось сердце. Она взглянула на полку, заполненную поэтическими сборниками, которые привезла из Англии. Мысль о том, чтобы оставить их, казалась ей невыносимой.
— Когда-нибудь я восполню эту потерю.
Эмелин с сомнением посмотрела на Лавинию:
— Ты уверена? Я знаю, как много для тебя значат эти книги.
— Аполлон важнее.
— Ну хорошо. — Эмелин подошла, чтобы помочь Лавинии.
Громкие шаги раздались на лестнице, и Тобиас Марч появился на пороге комнаты. Оглядев сундуки, он перевел взгляд на Лавинию и Эмелин.
— Вы должны немедленно уезжать, — сказал Марч. — Я не могу дать вам даже десяти минут, это огромный риск.
Лавинии безумно хотелось швырнуть ему в голову одну из ваз.
— Я не оставлю Аполлона. Возможно, только благодаря ему мы не окажемся в борделе, вернувшись в Лондон.
Эмелин поморщилась:
— Право же, Лавиния, не стоит так преувеличивать.
— Это истинная правда! — резко возразила Лавиния.
— Дайте мне эту чертову статую. — Тобиас шагнул к ним и подхватил тяжелое мраморное изваяние. — Я уложу ее в сундук.
Эмелин мило улыбнулась;
— Благодарю вас. Но она довольно тяжелая.
Лавиния возмущенно фыркнула:
— Только не благодари его, Эмелин. Это он виноват во всех наших нынешних бедах.
— Всегда рад оказать услугу, — сухо ответил Тобиас и опустил статую в сундук. — Что-нибудь еще?
— Да, — тут же откликнулась Лавиния. — Вон та урна у двери. Это редчайший экземпляр.
— Урна не поместится в сундуке. — Марч взглянул на Лавинию. — Придется выбирать между Аполлоном и урной.
Она прищурилась и с подозрением посмотрела на Тобиаса:
— А, вы сами хотите забрать ее? Вы собрались украсть мою урну!
— Уверяю вас, миссис Лейк, меня совершенно не интересует эта проклятая урна. Вам нужна она или Аполлон? Выбирайте. Немедленно.
— Аполлон.
Эмелин торопливо уложила ночную сорочку и несколько пар туфель вокруг статуи в сундук.
— Пожалуй, мы готовы, господин Марч.
— Да, действительно. — Лавиния холодно улыбнулась. — Вполне готовы. Остается лишь надеяться, что когда-нибудь я отплачу вам за то, что вы сделали этой ночью, мистер Марч.
Он захлопнул крышку сундука.
— Это угроза, миссис Лейк?
— Воспринимайте мои слова как хотите. — Лавиния схватила сумочку и дорожную накидку. — Пойдем, Эмелин, пока мистер Марч не сжег весь дом вместе с нами.
— Незачем говорить
Тобиас склонил голову:
— Ценю вашу поддержку, мисс Эмелин.
— Не обращайте внимания на слова Лавинии, сэр. Когда возникают проблемы, она приходит в раздражение.
Тобиас устремил холодный взгляд на Лавинию:
— Я это заметил.
— Надеюсь, вы примете это во внимание, — продолжила Эмелин. — В довершение ко всем прочим сложностям мы вынуждены оставить ее книги со стихами. Лавинии было очень трудно пойти на это. Она обожает поэзию.
— О, ради Бога! — Лавиния набросила накидку на плечи и устремилась к двери. — Ни секунды не хочу больше слушать этот разговор. Одно могу сказать точно: мне нестерпимо хочется поскорее избавиться от вашего общества, мистер Марч.
— Вы очень уязвили меня, миссис Лейк.
— Далеко не так сильно, как мне хотелось бы.
Она остановилась на лестнице и взглянула на него через плечо. Марч вовсе не казался уязвленным. Напротив, он выглядел несокрушимым. Легкость, с которой он подхватил один из сундуков, свидетельствовала о его незаурядной силе.
— Я мечтаю отправиться домой. — Эмелин направилась к лестнице. — В Италии приятно погостить, но мне недоставало Лондона.
— И мне тоже. — Лавиния оторвала взгляд от широких плеч Тобиаса Марча и поспешила вниз. — Вся эта затея была настоящей авантюрой. И вообще, кому пришла в голову идея отправиться в Рим в качестве компаньонок этой ужасной миссис Андервуд?
Эмелин смутилась:
— Кажется, тебе.
— В следующий раз, когда я предложу нечто столь же странное, надеюсь, ты поднесешь склянку с нюхательной солью к моему носу, чтобы привести меня в чувство.
— В тот момент идея, несомненно, казалась великолепной, — обронил Тобиас Марч у нее за спиной.
— Конечно, — пробормотала Эмелин. «Только подумай, как замечательно провести сезон в Риме, — говорила тогда Лавиния, — в окружении старины. И все за счет миссис Андервуд. Нас будут принимать и развлекать знатные люди».
— Ну хватит, Эмелин! — отрезала Лавиния. — Ты прекрасно знаешь, что это был очень полезный опыт.
— Более чем полезный, — многозначительно заметил Тобиас, — судя по некоторым слухам о вечеринках миссис Андервуд. Это правда, что они обычно заканчивались оргиями?
Лавиния поморщилась:
— Признаюсь, были один-два неприятных инцидента.
— Оргии ставили нас в неловкое положение, — сказала Эмелин. — Нам с Лавинией приходилось запираться в спальнях до их окончания. Но по-моему, все было не так плохо, пока однажды утром мы не обнаружили, что миссис Андервуд сбежала со своим графом. После этого мы остались совершенно без средств к существованию в чужой стране.