Сон №9
Шрифт:
– Всегда пожалуйста.
Кондуктор идет по вагону дальше. Над сиденьями напротив, за кольцами поручней, висит реклама Интернета. Из компьютерной микросхемы растет яблоня, из микросхем, висящих на ее ветках, растут новые яблони, а на этих яблонях покачиваются новые микросхемы. Этот лес выбивается за пределы своей рамки и занимает рекламные места справа и слева. Я и представить не мог, что какая-то часть моего мозга продолжает думать о диске Кодзуэ Ямая, но в эту секунду меня осеняет грандиозная мысль. Я окончательно, окончательно просыпаюсь.
Мои
– Ты принес мне мою девятку бубей, мэн? – спрашивает Дои, когда возвращается.
Я и забыл.
– Нет. Завтра.
Дои поздравляет себя.
– Магия – это умение создавать совпадения, мэн. В этой жизни совпадения – единственное, на что ты можешь положиться.
Я мою руки и лицо. Каждый раз, когда визжит дверь, я боюсь, что это наемный убийца из банды Цуру. Каждый раз, когда звонит телефон, я боюсь, что Сатико или Томоми появятся перед окошечком и протянут мне трубку со словами: «Тебе звонят, Миякэ. Представиться не пожелали». Дои сегодня разговорчив больше обычного – он рассказывает, как потерял прежнюю работу. Он был ночным сторожем на многоэтажном кладбище, где прах умерших хранился в бесчисленных крошечных сотах-гробницах. А уволили его, когда он подменил запись буддистских погребальных мантр собственной музыкой.
– Я прикинул, мэн,– вот если бы я был заперт в такой коробке на веки вечные, что бы я выбрал? Монахов, которые издают стенания, пробивая-в-кармане-брешь-намного-серьезней-чем-телефонные-счета, или золотую эру рок-н-ролла? Никаких колебаний! Я чувствовал, как меняются вибрации этого места, мэн, когда я поставил «Grateful Dead».
Дои перерезает себе горло указательным пальцем. Я слышу его, но не вслушиваюсь. Его пицца выползает из печи. Я кладу ее в коробку, и он уезжает. По радио передают «I Heard It On the Grapevine» – зажигательный шальной напев [135] . Сатико открывает окошечко:
135
Песня из альбома Марвина Гея, 1968 г. Также исполнялась группой «Creedence» и многими другими.
– Тебе звонок на третьей линии – таинственная незнакомка!
– Аи?
– Не-е-ет.
– А кто?
– Она сказала, что звонит по личному делу.– Сатико перегибается через прилавок, нажимает кнопку висящего на кухонной стене телефона и протягивает мне трубку.
– Алло?
Позвонивший не отвечает.
От страха я почти визжу:
– Я больше ничего вам не должен!
– Два
Женщина средних лет, но не Мама-сан. Кажется, нервничает не меньше меня.
– Послушайте, скажите, кто вы?
– Это я, Эйдзи, твоя мама.
Я прислоняюсь к прилавку.
Томоми наблюдает за мной через щель в окошечке. Я закрываю его.
– Это, э-э, сюрприз.
– Ты получил мои письма? Мой брат сказал, что передал их тебе. И что ты теперь живешь в Токио.
– Да.
Да, я получил твои письма. Но лекарство, которое затягивает твои раны, заставляет кровоточить мои.
– Так…– Мы начинаем говорить одновременно.
– Сначала ты,– говорит она.
– Нет, сначала ты.
Она делает глубокий вдох.
– Один человек попросил меня выйти за него замуж.
– Мне это интересно?
– О.
Томоми приоткрывает дверцу. Я в бешенстве захлопываю ее. Надеюсь, я сломал этой стерве нос.
– Поздравляю.
– Да. Это владелец отеля в Нагано, о котором я рассказывала в своем последнем письме.
Ха, владелец отеля? Ну и рыбку ты поймала. Особенно если вспомнить о твоем прошлом.
Зачем ты мне все это рассказываешь?
Раньше ты не давала себе труда рассказывать нам о своей жизни.
Тебя никогда не заботило, что мы думаем. Нисколечко.
Ты хочешь, чтобы я порадовался за тебя? Чтобы сказал: «Конечно, мама, это отличная новость!»?
Я почти готов покончить с нашими обоюдными страданиями и повесить трубку.
– Откуда ты звонишь? – произношу я в конце концов.
– Я вернулась в клинику в Миядзаки. Это… выпивка, понимаешь. Я больна уже очень давно. Вот почему…
Но сейчас… он – владелец отеля, кстати, его зовут Ота,– он говорит, что, когда мы поженимся, мои трудности станут его трудностями, и поэтому… Я хочу поправиться. Поэтому я вернулась сюда.
– Понимаю. Это хорошо. Удачи.
«Госпожа Ота». Такая же, как все, замужняя, уважаемая. ПЕРЕЗАГРУЗКА. Новый покровитель, новые банковские карты, новый гардероб. Мило. Но ответь на мой вопрос: «Зачем ты мне все это рассказываешь?»
Я понимаю.
Господин Ота ничего не знает про нас. Ты ему не рассказывала. Ты хочешь увериться, что я не разглашу твои грязные маленькие секреты. Я прав?
– Он очень хочет с тобой познакомиться, Эйдзи.
Как мило с его стороны. Почему я должен встречаться с этим магнатом гостиничного дела?
Прошло двадцать лет – слишком поздно начинать разыгрывать заботливую матушку, матушка.
Дело в том, что ты всегда приносила мне одни несчастья. Ты и сейчас делаешь меня несчастным.
Все замечательно. Разберись со своим алкоголизмом, выйди замуж, живи долго и счастливо и оставь меня в покое. Истеричная, алчная, бессердечная ведьма.
Окошечко открывается – показывается шариковая ручка, к которой прикреплен белый флажок,– на полке, источая кофейный аромат, появляется неприкасаемая кружка Сатико с нарисованным на ней Дораэмоном. Окошечко захлопывается.