Сон демона

Брюссоло Серж

Себастьян не слишком ее убедил, но Пегги повиновалась. Она вышла, подволакивая ноги. Она не видела в сопротивлении никакого смысла.

Когда она покинула наблюдательную башню, пейзаж показался ей еще более гнетущим. Даже песок пустыни напоминал сигаретный пепел. Что касается синего пса, пятна на его шкуре, которые обычно выглядели черными, посерели.

– Грязное животное, – выдохнула Пегги, – не хватало еще, чтобы он меня укусил!

Подобрав камень, она швырнула его с намерением попасть в собаку. Булыжник задел пса. Животное взвизгнуло от боли. Этот звук вернул Пегги к

реальности. Пепельный кокон, обволакивающий ее мозг, мигом лопнул; она поняла, чт'o произошло.

Когда пес бросился на нее с сердитым лаем, она послала ему мысль, полную нежности. Девочка вложила в нее все свои силы и пережила нечто вроде короткого замыкания… Пес остановился, высунув язык, прижав уши… Он с трудом держался на своих четырех лапах.

– Ты прав, – сказала наконец Пегги. – Мы позволили собой манипулировать. Извини.

Пес принялся за работу. Пегги чувствовала, как он с лаем носится по ее мозгу, подобно разъяренному волку. Разворачиваясь, прыгая, нападая, он разгонял банду черных мыслей, безжалостно кусая их и принуждая покинуть мозг своей хозяйки.

Наконец Пегги испытала огромное облегчение, у нее прямо-таки гора свалилась с плеч.

– Готово, – сообщил запыхавшийся пес. – Теперь ты можешь быть спокойна до самых сумерек.

– Нужно подумать, как организовать сопротивление, – решила девочка. – Поскольку у нас нет другого оружия, я пойду в мастерские и поищу там молот. Расколотим серых тварей в порошок! Ты только покажи мне, где они прячутся.

– Хорошо, – согласился пес. – Они увидят, каково иметь с нами дело!

В мастерских Пегги разыскала тяжелый молот, пересекла взлетную полосу и зашагала в пустыню. Ей не слишком хотелось уничтожать этих зловредных тварей, но она больше не могла сидеть сложа руки в то время, как гробили ее мозги.

На обочине взлетной полосы она увидела только булыжники, большие и маленькие. Если серые крабы прячутся среди них, различить их будет нелегко.

– Я тебя предупреждал, – заметил пес, – когда они прячут лапы, их легко спутать с окружающими скалами. Я их прозондирую телепатически…

Он сконцентрировался. От напряжения шерсть на его спине встала дыбом.

– Вот этот, – объявил он наконец. – И вон тот, слева…

Пегги покрепче сжала рукоятку молота и двинулась вперед. Чем ближе подходила она к живым скалам, тем сильнее поднималось в ней желание заплакать. Это странное желание перехватывало ей горло. Оказавшись в трех метрах от первой мишени, Пегги вдруг разрыдалась, охваченная необъяснимой грустью. Слезы застилали ей взор, мешали видеть, куда она идет. Она даже не понимала, почему плачет. Это было сильнее ее. На нее неожиданно навалилось невероятное горе.

– Вернись! – прозвучал голос Себастьяна позади нее. – Не оставайся там! Ты можешь умереть от отчаяния.

Синий пес бросился вперед, чтобы поддержать хозяйку, но остановился на середине пути и завыл, как волк на луну, охваченный неизъяснимой тоской.

Себастьяну пришлось прийти на помощь товарищам. Схватив Пегги за руку, а пса – за шкирку, он оттащил обоих на взлетную полосу.

– Безумцы! – проворчал он. – На что вы надеетесь? У серых тварей есть своя система защиты, как у всего

живого. Они испускают волны интенсивной печали в радиусе трех метров. Получается такой барьер, на который натыкаешься, когда хочешь приблизиться. Если слишком долго подвергаться этому излучению, можно умереть от горя.

Пегги вытерла щеки подолом футболки. Теперь, когда она находилась далеко от живых скал, рыдания ее постепенно затихли. Синий пес тоже прекратил выть, как волк в крутой печали.

– Значит, нужно попробовать атаковать их издалека, – предложила девочка. – Соорудить катапульту или огромную рогатку. – Повернувшись к Себастьяну, она спросила: – Можно им по крайней мере нанести какие-нибудь повреждения?

– Да, – ответил мальчик. – Они с виду похожи на камни, но их панцирь не прочнее, чем у краба.

– Хорошо, – решила Пегги, – тогда идем в мастерские! Там мы найдем, из чего соорудить боевую машину.

– Мне нужно спрыснуться, я начинаю сохнуть, – заметил Себастьян.

Мокрое одеяло, в которое он был завернут, дымилось на солнце. Трое друзей поспешили укрыться в ангаре. Там они провели три часа, сооружая огромную катапульту на колесиках. Пегги Сью пришлось справляться практически в одиночку, потому что ни Себастьян, ни синий пес были не в состоянии ей помочь. Первый – потому что его пальцы грозились рассыпаться, второй – потому что располагал только челюстями, которыми мог схватывать предметы. Наконец после мучительных трудов боевая машина была создана. Высотой она достигала роста Пегги и была установлена на металлическую тележку.

– Пойдемте, – сказала девочка, вытирая руки. – Настало время выиграть нашу первую битву!

Трое друзей покинули ангар и направились в сторону армии серых животных. Как только они подошли на достаточно близкое расстояние, Пегги подобрала камень, оттянула резиновый ремень и… выпустила свой первый снаряд. Булыжник расколол панцирь краба со спиной в форме конуса. Из расколотых «доспехов» поднялся черный дымок и быстро развеялся в воздухе.

– Один готов! – возликовал Себастьян. – Для начала неплохо! Продолжай!

В последующие полчаса Пегги Сью уже перестала считать. Снаряды свистели, панцири раскалывались, как яичная скорлупа. Обладающие замедленной реакцией серые животные не сразу поняли, чт'o происходит. Осознав опасность, они направили свои мыслительные волны на Пегги, чтобы лишить ее мужества.

– Бесполезно продолжать, – вздохнула девочка. – Их слишком много. Я веду себя по-дурацки.

– Вовсе нет! – запротестовал Себастьян. – Они пытаются заставить тебя в это поверить, но ты не должна их слушать!

Синий пес также вторгся в мозг Пегги, чтобы разогнать черные мысли, внедряемые пожирателями надежды. Между тем он начал уставать, и его атаки с каждым разом слабели.

– Мне хочется лечь, – сказал он, зевнув. – Мои глаза закрываются сами собой.

– Я тоже хочу спать, – подтвердила девочка. – Это естественно, мы ведь спали сегодня только два часа.

Между тем она продолжала сражаться до тех пор, пока различала мишени, а потом упала без сил к подножию катапульты.

– Больше не могу, – пробормотала она. – Мне необходимо немного поспать.