Сон демона
Шрифт:
– Спи первым, – приказала она псу. – Вам, животным, нужно меньше сна, чем людям. И к тому же ты телепат, тебе легче защищаться от мыслительной атаки крабов.
Пес положил голову на лапы, не сказав ничего. Через десять минут он уже похрапывал.
Пегги Сью наблюдала за ним. Ее глаза слезились, а зевок много раз сдавливал горло. Она слушала тиканье старого будильника, спрашивая себя, можно ли на него полагаться.
В течение последовавшего часа собака крайне неспокойно вела себя во сне. Временами пес стискивал челюсти, как будто хватал невидимого противника. Пегги трижды чуть не заклевала носом.
– Серые животные проникли в мой мозг, – сообщил он. – Я их выталкивал как только мог, но они очень сильные.
– Что они говорят?
– Что я всего лишь грязная дворняга, что я закончу свои дни на живодерне или меня растерзает койот… И еще, что ты меня не любишь.
Пегги схватила его на руки.
– Разумеется, я тебя люблю! – выдохнула она. – Иногда ты бываешь невыносим, но я тебя люблю, никогда не сомневайся в этом.
Пес облизал ей лицо.
– Я боюсь за тебя, – признался он. – Я буду охранять твой мозг, пока ты будешь спать. Я сделаю все возможное, чтобы их прогнать.
– Спасибо, – шепнула Пегги Сью.
Она снова завела будильник… и закрыла глаза. И тотчас провалилась в сон.
Ее разбудили прикосновения влажного собачьего языка. Пегги не слышала будильника (а может быть, он не прозвенел). Она не помнила, чт'o ей снилось, но была в ужасно скверном настроении.
– Прекрати! – скомандовала она псу. – Ты же знаешь: я терпеть не могу, когда мне облизывают лицо! Это отвратительно! Из твоей пасти воняет, как из помойки!
– Серые животные проникли в твою голову, – заявил зверь. – Я покусал многие их мысли, но многим удалось от меня ускользнуть. Они пытаются тебя убедить, что ты некрасивая, глупая, что ни один мальчик никогда не посмотрит в твою сторону…
– Возможно, они правы, – вздохнула Пегги. – Впрочем, я и без них так думаю. Я совершенно самостоятельно к этому пришла.
Синий пес ворчал от нетерпения.
– Встряхнись! – бросил он. – Ты должна сопротивляться! Мы должны. Ты ведь знаешь, что это гипноз. Если ты сдашься, они способны заставить тебя поверить, что ты – яблочный пирог!
– Я знаю, – вздохнула девочка. – Твоя очередь спать.
Она с горечью констатировала, что прежняя воля к сопротивлению ее покинула. Вредные мысли извивались в ее сознании, как ленивые змеи, принуждая ее снова заснуть… Пегги умирала от желания спать.
Когда синий пес проснулся, он был в паршивом настроении.
– Мне надоело возиться с тобой, как нянька! – сплюнул он. – Я умываю лапы. Выкручивайся как-нибудь сама со своим дурацким будильником.
Он спрыгнул с кровати и исчез в коридоре.
«Ну вот, начинается», – подумала Пегги Сью.
Она провела остаток дня, как в тумане. Как только Пегги совершила ошибку, присев на минутку, она тут же задремала. Каждая короткая «сиеста» делала девочку все более подавленной и недовольной.
Мама, папа и Джулия без дела слонялись по зданию. Пегги заметила, что ее ничто больше не интересует. Она раскрывала многочисленные книги и комиксы, но ей казалось, что страницы закрашены ровным серым цветом. Все это больше не представляло
Джулия тоже забросила свои дорогие журналы, где рассказывалось о похождениях звезд кино. Она бродила туда-сюда по взлетной полосе, бессмысленно смотрела на горизонт, как будто надеялась увидеть там нечто, что вырвет ее из этой тупой жизни на аэродроме.
«Я бы тоже не отказалась, чтобы меня куда-нибудь отсюда забрали, – сказала себе Пегги Сью. – Безразлично куда, лишь бы это было что-нибудь новое».
Время тянулось, как резиновое. Когда настал час обеда, выяснилось, что ничего не готово: ни у кого не возникло желания стряпать для других. Впрочем, никто из членов семьи Фэрвей не хотел есть. Пегги Сью опустошала одну бутыль содовой за другой, понимая, что совершает ошибку: скоро питьевые запасы кончатся! Но ей на это было наплевать. Джулия вела себя так же. Всем было наплевать на всех.
Папа, мама и Джулия обосновались на краю взлетной полосы и рассматривали небо через темные очки. Куда исчез синий пес, Пегги не знала. Она подумала, что его мог загрызть койот… но не все ли равно? В конце концов, собака начала сильно раздражать хозяйку: что это за противная манера – разгуливать в головах людей!
Если псу было предназначено погибнуть в пустыне, Пегги наконец от него избавится!
Как только время перевалило за полдень, все сделалось серым: волосы Джулии, одежда папы и мамы, их глаза, даже их кожа… Пегги Сью зашла в туалет, чтобы посмотреть на себя в зеркало, висящее над раковиной. Ее волосы тоже были серого оттенка – как у седой старухи! А ее голубая футболка приобрела пепельный цвет. Ее губы, язык… все выглядело сероватым.
Придумывала ли она это?.. Может, она придавала окружающему миру цвета своих мыслей?
Вдруг позади нее кто-то возник – это был Себастьян, завернутый в мокрое одеяло, чтобы избежать перегрева.
– Все, как я предсказывал: серые животные взялись за дело! Я прошел на виду у твоих родителей, а они не обратили на меня никакого внимания. Им на все наплевать, они уже не здесь. Они ждут самолет-призрак, прилетающий в полночь…
– Может, оно и к лучшему? – пробурчала Пегги. – Я не могу их за это осудить: здесь такая скучища!
Себастьян схватил ее за плечо и попытался встряхнуть. Но его тело было для этого недостаточно прочным, так что он отказался от своих попыток.
– Они влезли тебе в голову, – выдохнул он, пристально смотря на девочку. – Ты уснула, не правда ли? Ты должна сопротивляться! Твой пес тебе поможет. Он телепат, так что…
– Эта грязная дворняга?! – воскликнула Пегги Сью. – Я больше не хочу его видеть. Мне надоело, что он постоянно копается в моих мыслях.
– Это не ты говоришь, – проворчал Себастьян. – Серые животные сделали тебя злой. Они изменили твою личность. Ты должна бороться! Если бы я не боялся рассыпаться, то закатил бы тебе сейчас пару оплеух. Делай, что я тебе говорю: найди своего пса и попроси его прочистить твой мозг. Он в состоянии это сделать. Он достаточно кровожаден, чтобы изгнать весь этот пофигизм, которым пожиратели надежды тебя заразили.