Сон и явь. Перепутье
Шрифт:
Мне хотелось открыть дверь машины и выпрыгнуть из неё на ходу. Жуткое чувство вины сгрызало меня изнутри.
— Что?! — синхронно переспросили мама с Лианой.
— Ты в своём уме, Марианна? — добавила мама. — Ты только вчера замуж за другого собиралась.
— Мы расстались с Лукасом месяц назад, — ответила я резко и необдуманно.
— Вот так просто? Расстались, как только появился этот парень? — продолжала негодовать она.
— Как ты можешь так думать обо мне? — оскорбилась я. — Лукас оказался не тем, кем
— Стал им после появления Итана, мы правильно понимаем? — поддержал её папу.
Я психанула. Меня трясло от злости и обиды от их слов.
— Он изменял; крал украшения у любовниц и дарил их мне. Врал о работе и о много другом, — сорвалась я и сказала всё то, что должна была утаить от родительских сердец.
Меня задели их подозрения, будто я променяла Лукаса на другого.
— Мне стоит продолжать? — вспылила я. — Или информации будет достаточно, чтобы вы поняли, что дело вовсе в Итане, а в том, кто был со мной всё это время рядом и притворялся другим человеком?
Мама шокировано смотрит на меня, папа бросает недоверчивый взгляд через зеркало. И я сейчас так злюсь на себя, что не сдержалась и всё рассказала им. Я не хотела вдаваться в подробности перед ними. Не хотела расстраивать. И что в итоге получилось? Бардак!
— Ты уверена в этом? — сдержанно уточнил папа. — То есть, его не оговорили? Прежде, чем сделать выводы, ты нашла доказательства?
— Ты правда думаешь, что я поверила бы просто на слово?
— А какое место имеет в этой истории Итан? — спросила мама.
— Мы друзья, и я не знаю, что произошло сегодня. Правда. Это было неожиданно.
— Ты не выглядела так, будто тебе что-то не нравится, — сказал папа.
И я видела, как неприятно ему было говорить об этом. В целом, этот диалог причинял боль всем членам разговора.
— Это сложно и долго объяснять, пап, — я бросила отчаянный взгляд на Ли, желая получить поддержку сестры.
Она на моей стороне, а значит всё будет хорошо.
— Мы не тупые и никуда не спешим, — ответил он.
Они с мамой были расстроены. Лукас им нравился, впрочем, как и всему моему окружению. От того я злилась на него сильнее — ему удалось обмануть и разочаровать не только меня, но и всю мою семью.
— Она влюблена в Итана, разве непонятно? — неожиданно говорит сестра, и я с ужасом смотрю на неё.
— Ты с ума сошла? — шиплю на неё.
— Расскажи уже им все, как есть, — нервно отвечает она. — Зачем что-то придумывать и утаивать, если можно спокойно рассказать всё, как есть на самом деле.
Её слова обескураживают и меня и родителей. Я не могу поверить, что эти слова были произнесены вслух, ещё и не мной. Мама обернулась и смотрела на меня с ужасом в глазах. А папа целенаправленно избегал взглядов со мной в зеркало заднего вида. Я понимала — они обескуражены и разочарованы. И это разрывало моё сердце.
— Это
А я не могла и слова вымолвить, умирая от позора.
— Ты выглядишь ветрено, дорогая, — заявила она, ранив меня своими словами. — Ты знаешь этого парня всего на всего месяц.
— Как будто для того, чтобы что-то начать чувствовать к человеку требуется больше времени, — вдруг прорезался мой голос.
— Но ты только рассталась с человеком, за которого замуж собиралась. Говорила, что любишь его. И вот уже любишь другого?
— Не люблю. Разве кто-то сказал о любви?
— Объясни, что происходит в твоей жизни! — вновь заговорил папа строгим и требовательным голосом.
Это было настолько на них с мамой не похоже, что я растерялась и вновь потеряла дар речи. Не знала, с чего начать и к чему подвести. Боялась, что они не поверят мне, решат, что я спятила и придумала всё это для собственного оправдания. Эти мысли и страхи не позволяли мне открыть рот.
Заметив, что я не могу говорить и еле сдерживаю слёзы, Лиана решила сама всё рассказать им.
Она начала рассказывать про сон, про всё случившееся в нём, а после и в реальности. Детально рассказала о всех поступках Лукаса. А после ещё более детально о том, какие тёплые отношения сложились у нас с Итаном в жизни.
— Это правда? — спросила у меня мама, когда сестра договорила.
Я кивнула в знак подтверждения слов Лианы. Я была благодарна сестре, что она всё сделала за меня. Сначала злилась на неё, что она сказала то, что я не собиралась говорить. Но так ведь намного лучше — когда нет никаких тайн от семьи.
— В это сложно поверить, я знаю, — сказала я. — Но всё это правда. Вам кажется, что прошло всего два месяца после аварии, но моё сознание пережило два года, и я ничего не могу с этим поделать. Я отпустила Лукаса ещё во сне, влюбившись в Итана. И когда стало ясно, что всё это было сном, я изо всех сил старалась заново полюбить Лукаса и забыть Итана, но мне не удалось этого сделать. Простите меня за такую реальность.
Родители больше не проронили ни слова. Оставшуюся дорогу до дома мы ехали молча, и это лишь сильнее ранило меня. Я не привыкла к такой обстановке в нашей семье. И уверена, что если бы они всё узнали при других обстоятельствах, то отреагировали лучше, чем сейчас.
Всю ночь я верчусь в постели, не находя себе места. Слова родителей не выходят у меня из головы, и я прокручиваю их раз за разом. Я не замечаю, как за окном светает, и домашние просыпаются на работу. Я слышу, как мама с папой живо обсуждают что-то в гостиной, накрывая на стол. В любой другой день я бы присоединилась к ним, но сегодня хочется зарыться ещё глубже, чтобы не встречаться с ними взглядами.
Раздаётся звонок на телефон. На экране высвечивается имя Итана. Посмотрев ещё раз на время, я удивляюсь, что он звонит так рано.