Сон

Марс Кейси

Дженни взяла сумочку, вышла из комнаты и заперла дверь.

— Вот и все! — Жизнерадостная улыбка ничуть не обманула его. У Дженни были круги под глазами, лицо затопила восковая бледность. Любовь зла. Он был еще не так стар, чтобы забыть это.

У них был один зонтик на двоих. Взявшись за руки, они добежали до машины — старого синего «форда-универсал» — и поехали в сторону порта.

Хотя у Ричарда была огромная вилла на шикарной Ривьере, почти все время он проводил на борту своего шестнадцатиметрового «гаттераса». Яхта была удобная,

широкая, но приспособленная для плавания по спокойной воде. Впрочем, Ричард, как ни крути, был достаточно хорошим моряком, чтобы ходить на ней в любой шторм. Он любил море, его запах, прибой, цвет и даже вкус. Эта любовь была близка и Чарли.

Остановившись у гавани, Дентон поставил машину на тормоз, выключил зажигание и потянулся к двери.

— Как он там, Чарли? — Он знал, о ком спрашивает Дженни. О Джеке они поговорить не успели. Дентон предпочел бы вообще не затрагивать этот больной вопрос.

Чарли незаметно вздохнул. Как там Джек Бреннен? Плохо. Упрямый осел, втемяшивший себе в голову, что должен непременно порвать с ней…

— Плечо заживает хорошо. Док говорит, что через пару недель он снова сможет спускаться под воду.

— Едва ли вы станете так долго ждать… — Тон Дженни был деланно равнодушным, но в глазах стоял страх.

— Водолазом будет Пит. Сейчас, когда у нас появились деньги, можно будет нанять пару парней ему в помощь. Так безопаснее.

— Надеюсь, вы больше не думаете, что нападение на Джека — дело рук Говарда?

Утверждать этого Дентон не мог.

— Вчера я говорила с ним, Чарли. Он оцепенел, когда я скачала ему, что Джек ранен. Он ничего не знал об этом.

— Может быть, не следовало говорить вашему другу о том, что делает Джек. Бреннену это едва ли пришлось бы по вкусу.

— Едва ли. Но Говард — мой деловой партнер… и мой друг. Я кое-чем ему обязана. Джеку же я не обязана ничем.

— Но я тоже ваш друг, Дженни. Не могли бы вы сделать это ради меня?

Дженни залилась краской:

— Извините, Чарли. Об этом я нг подумала. Мне только хотелось удостовериться, что Говард не… Ладно. Обещаю вам, что не скажу Маккормику ничего лишнего.

Он отечески похлопал ее по руке:

— Умница! А сейчас пойдемте, пока вы не передумали. — Они оставили машину и сквозь потоки дождя побежали по деревянному причалу к яхте Ричарда. Хозяин ждал их под натянутым над кормой полотняным тентом.

— Добро пожаловать на борт! — Бейли оказался высоким мужчиной лет на пять моложе Чарли, с гривой густых волос цвета соли с перцем, с римским носом и большим улыбчивым ртом. Умные темные глаза, казалось, видели собеседника насквозь. Интуиция — вот как это называлось. Чарли тоже обладал ею. Может быть, именно поэтому они так подружились.

Все трое тут же спустились по трапу в каюту. Это было просторное, светлое помещение с множеством иллюминаторов. Не верилось, что они находятся на борту яхты.

— Рим, это Дженни. Ты уже много слышал о ней. — С разрешения Дженни он, как умел, рассказал

Ричарду о нераскрытом убийстве ее мужа, ночных кошмарах и тщетных попытках их лечить.

— Хэлло, Дженни! — Ричард протянул обе руки и сердечно пожал ими ее ладонь.

— Рада познакомиться с вами, доктор Бейли. Мне Чарли тоже рассказывал о вас.

Она продолжала незаметно осматриваться. Каюта была очень опрятная. Здесь не было ничего лишнего, все лежало на своих местах. Удобный встроенный диван, обитый коричневым твидом, пара кресел в тон и низкий журнальный столик тикового дерева. Ричард, как и Чарли, был вдовцом.

— Вы волнуетесь, Дженни? — спросил доктор.

Она улыбнулась:

— Честно говоря, я просто в панике. Мысль о том, чтобы позволить кому-то управлять моим мозгом… Не знаю… она претит мне.

— Тут нечего бояться. Я ведь не могу загипнотизировать вас против вашей воли. А даже если это удастся, в таком состоянии невозможно заставить человека сделать то, чего он не хочет.

— Но я хочу этого, доктор Бейли. Я должна понять, что со мной происходит.

Несколько мгновений Ричард изучал ее. Простые коричневые шерстяные слаксы и тонкий бежевый свитер подчеркивали светлые пряди в волосах и шоколадный оттенок глаз молодой женщины.

— Может быть, выпьете чего-нибудь? К примеру, горячего чаю или содовой?

Дженни сбросила с плеча ремень кожаной сумки и поставила ее на ближайшее кресло.

— Нет, спасибо, не хочется.

— А ты, Чарли?

— Чуть позже.

— Поскольку вы здесь в первый раз, может быть, хотите сначала о чем-нибудь спросить?

— Чарли познакомил меня с вашим методом. Я предпочла бы приступить к делу, посмотреть, что из этого получится, а вопросы задавать потом.

«Кажется, он понравился Дженни», — подумал Чарли, внимательно следивший за разговором. Ричард умел произвести впечатление.

— Ну что ж, тогда приступим… — Он подошел к дивану, сел рядом с Чарли и усадил Дженни в мягкое кресло. — Вам удобно, Дженни?

— Да.

— Хорошо. Теперь откиньтесь на спинку. Сделайте несколько глубоких вдохов и постарайтесь расслабиться. — Дженни прижалась к спинке кресла, вытянула ноги и опустила руки на колени. Она набрала в легкие воздух, медленно выдохнула и повторила это упражнение. Бейли понял, что она подчинилась. Эта женщина сумела быстрее справиться со своим волнением, чем он ожидал.

— Дженни, я знаю, вам трудно на это решиться, — сказал доктор, — но результат может стоить того.

«Все что угодно, лишь бы помогло, — подумал Чарли, вспомнив бледное лицо и посиневшие губы Дженни, сидевшей на полу камбуза и тщетно хватавшей ртом воздух. — Все что угодно».

Ричард зажег стоявшую на журнальном столике длинную белую свечу в маленьком медном подсвечнике. Рядом лежали ручка, блокнот и компактный диктофон на батарейках.

— Я хочу, чтобы вы посмотрели на пламя, Дженни. Сосредоточьте внимание на свече и вслушайтесь в мои слова.