Соперница
Шрифт:
— Что?
— Мы будем вместе заботиться о нашем ребенке, — сказал Аллан твердо. — Ты сама как-то убеждала меня, что мне можно доверить любое дело. И ты права, я смогу все. К тому же у
— Но… но твоя работа? — Элис не отрывала глаз от его лица. — Твоя империя?
— Я хозяин и могу делать, что захочу, — сказал он неожиданно резко. — Какой смысл быть боссом, если не сможешь сделать по-своему? Я не хочу проглядеть, как растут мои дети.
— Ты что, серьезно? Ты действительно так сделаешь? — спросила Элис дрожащим от волнения голосом.
— Да, — ответил он решительно. — Мы так и сделаем, когда ребенок родится. У нас будет семья. Слава Богу! Мы нашли друг друга, и это главное. Мы увидим, как будут расти наши дети. Мы окружим их любовью. Пусть и они видят своих родителей счастливыми. Может быть, у нас будет не так, как у других, но это будет наш путь. И потом мы тоже сможем получить заботу и помощь от
Комок застрял у нее в горле, но она все-таки прошептала:
— Не делай этого, Аллан. Я знаю, как важна для тебя работа. Я могу оставаться дома несколько лет, а когда дети пойдут в школу, тогда и я сама закончу образование.
— Ты для меня важнее любой работы, — прервал ее Аллан и крепко обнял. — Мы разделим заботу о наших детях, и если Бог даст, то и внуках. В нашем доме всегда будет звенеть детский смех, и наши дети никогда не почувствуют себя нежеланными и нелюбимыми. Они вырастут и станут, кем захотят, как их мама.
Элис неотрывно смотрела на мужа, любовь и нежность к этому человеку захлестнули ее. Господи! Ради нее он идет на такие жертвы!
— Я люблю тебя, Аллан! Я всем сердцем люблю тебя!
— Я знаю, теперь я знаю это! — Лицо Аллана светилось от счастья, его глаза, самые прекрасные в мире, излучали тепло.
Они были вместе. Вместе и телом и душой. И единственным чувством, переполнявшим их сердца, была любовь.