Соперник
Шрифт:
Гаррик неожиданно вспомнил, как в далеком детстве они с Лайонелом спали вдвоем на одной постели, пока гувернантка не прогнала Гаррика в его собственную спальню.
От нахлынувших детских воспоминаний у Гаррика перехватило дыхание. Он вспомнил, как в тот последний вечер разговаривал с Лайонелом у развалин старой крепости, как тот пытался отдать ему свой талисман – золотую испанскую монету на тонкой золотой цепочке. Что же с ним потом случилось?
Где Лайонел теперь? Среди живых или среди мертвых?
– Нет,
– Давайте все вместе спустимся вниз и посидим у камина, – предложила Оливия. – Мы все так устали…
Внезапно Трив насторожился, повернулся к двери и жалобно заскулил. Анна тоже повернулась к двери и замерла.
– В чем дело? – прерывистым шепотом спросил Гаррик. Ему показалось, что кто-то смотрит на него.
– Мы здесь не одни, – спокойно ответила ему Оливия.
И прежде чем Гаррик успел потребовать объяснений, Анна стремительно бросилась мимо матери в коридор.
– Куда ты, Анна? – крикнула Оливия и побежала вслед за девочкой. Гаррик рванулся за ней.
Анна уверенно сбежала вниз по лестнице. За ней понесся рыжий сеттер. На языке у Гаррика вертелось множество вопросов, но он не смел задать их вслух, опасаясь тем самым нарушить хрупкое состояние сосредоточенности девочки.
Входная дверь была открыта, хотя Гаррик хорошо помнил, что запер ее, войдя в дом. Не останавливаясь ни на секунду, Анна выбежала во двор и направилась в сторону въездных ворот. Оливия, Гаррик и Трив не отставали от нее ни на шаг.
Выбежав из ворот замка, девочка вдруг свернула с дороги и побежала к развалинам старой крепости, видневшимся далеко впереди.
Гаррик первым услышал топот лошадиных копыт и остановился, настороженно прислушиваясь. Потом он обернулся, бросил взгляд на дорогу и увидел мчавшегося во весь опор всадника на сером жеребце. Он несся прямо на них.
– Боже мой, Гаррик, кто это? – испуганно воскликнула Оливия, хватая его за руку.
Это был Лайонел. Остановив коня на всем скаку, он проворно спрыгнул с седла и стремительными шагами направился к Гаррику и Оливии. Длинный плащ развевался за его спиной, словно крылья хищной птицы.
– Отойди-ка в сторону, Оливия, – тихо велел ей Гаррик и приготовился встретить мошенника, выдававшего себя за его брата.
– А если он вооружен? – испугалась Оливия.
– Отойди в сторону! – резко приказал ей Гаррик. – И не вздумай вмешиваться!
Не доходя нескольких ярдов, Лайонел замедлил шаг.
– Гаррик, ты уехал из Бедлама в такой спешке! Почему?
– На то были свои причины, – сухо ответил Гаррик.
– Причины? Тебе не терпелось вернуться в эту Богом забытую дыру? – улыбнулся он, но только губами. Взгляд же его леденил душу. – Миледи! – повернулся он к Оливии. –
– Что вам нужно от моей дочери?! – гневно воскликнула Оливия, делая шаг к Лайонелу.
Гаррик тут же выступил вперед, не давая подойти к самозванцу.
– Анна далеко отсюда, в одном надежном месте, – сказал он, пристально глядя в глаза Лайонелу и надеясь, что он не станет искать девочку взглядом.
– Я тебе не верю! – крикнул тот. – Она здесь! Где? В доме? Нет, вряд ли вы оставили ее одну в огромном пустом доме!
– А почему тебя так волнует местонахождение маленькой слепой девочки, братец? – язвительно поинтересовался Гаррик.
– Она сумасшедшая! – вырвалось у Лайонела. – У нее слишком богатое воображение, – спохватился он. – Ее место там, в приюте!
Оливия ахнула и чуть не бросилась на мошенника с кулаками, но Гаррик ей помешал.
– Неужели ты боишься ее? Наверное, у тебя есть все основания бояться маленькой девочки! А меня ты не боишься? – грозно произнес он, оттесняя Оливию.
Лицо Лайонела приобрело какое-то хищное выражение.
– Нет, тебя я нисколько не боюсь, Гаррик! Отец объявил своим законным наследником меня! Это ты должен теперь бояться!
– Хватит ломать комедию! – взорвался Гаррик. – Ты не Лайонел! И мы оба отлично знаем, почему я здесь и почему Анна представляет для тебя угрозу! Мы сорвем с тебя маску, негодяй!
– Никогда! – прорычал Лайонел.
– Скажи правду сам!
– Я твой старший брат – вот в чем правда!
– Тогда расскажи мне о… Мег Макдональд, – улыбнулся Гаррик.
– Что ты хочешь о ней услышать? – невозмутимо спросил Лайонел.
– Расскажи о своих отношениях с ней, – уклончиво ответил Гаррик.
– Это еще зачем?
– Если бы ты и вправду был настоящим Лайонелом, ты бы знал, что она сыграла в твоей жизни самую важную роль.
В глазах Лайонела мелькнул радостный огонек. Или Гаррику это только показалось?
– Я очень любил ее!
Гаррик молчал.
– Ты и сам это прекрасно знаешь, – уже не столь уверенно добавил Лайонел.
Гаррик по-прежнему не издал ни звука.
– Что еще тебе о ней сказать? – не выдержал Лайонел. – Все твои проверки кончаются моей победой!
– Она твоя мать, – с расстановкой, отчетливо проговорил Гаррик.
На какую-то долю секунды глаза Лайонела расширились от изумления, но он тут же взял себя в руки.
– Отец сообщил тебе об этом в восемь лет! – воскликнул Гаррик.
Лайонел покачал головой.
– Как ты об этом узнал? – тихо спросил он.
Теперь настала очередь Гаррика удивляться, потому что он ничуть не сомневался, что самозванец даже не знал этого имени.
Почувствовав замешательство Гаррика, Лайонел торжествующе засмеялся: