Соперник
Шрифт:
На этот раз Оливия возражать не стала.
Глава 11
Переодев Анну в сухое белье и уложив в постель, Оливия присела рядом с дочерью и ласково погладила ее по голове. Сеттер задремал на полу у кровати.
– Ты выглядишь крайне усталой, детка, – прошептала Оливия, уверенная в том, что Анна скоро заснет крепким сном.
Анна зевнула, и это было красноречивее всех слов.
– Послушай, – осторожно начала Оливия, – эта печальная женщина… Ты знаешь, кто она?
Анна снова
– Она очень красивая. Если я когда-нибудь ее встречу, то сразу же узнаю.
У Оливии округлились глаза от удивления. Значит, это был не дух умершей, а живая женщина?
– Анна, я полагала, речь идет о духе…
– Я не знаю, – сонно потерла глаза девочка. – Иногда мне кажется, что это был дух, а потом я вижу, что печальная женщина принадлежит миру живых.
– Был ли кто-нибудь с тобой на чердаке, когда пришли мы с лордом Кэдмоном?
– Нет, она ушла, – едва слышно отозвалась Анна, закрывая глаза.
Через секунду-другую она уже крепко спала, смежив густые темные ресницы.
Оливия глубоко задумалась. Может, Анна вступила в контакт с духом одного из предков рода Стэнхоупов?
Внезапно она заметила мерцающий отсвет свечи и оглянулась. К ней в спальню со свечой в руке осторожно вошел де Вер. Босой, в шелковой рубашке и обтягивающих панталонах, он был удивительно хорош. Да еще эти темные густые волосы до плеч… У Оливии сильно забилось сердце, и она вскочила с места.
– Сюда нельзя! – приглушенно воскликнула она, боясь разбудить Анну.
– Она заснула? – деловито осведомился он, и на его губах мелькнула улыбка.
Оливия бросила взгляд на дочь.
– Да, она спит, и я прошу вас немедленно удалиться!
Поставив подсвечник на край стола, Гаррик приблизился к Оливии.
– Что имела в виду мисс Чайлдс, когда спрашивала, не чувствуешь ли ты что-нибудь? – чуть хрипло спросил он.
На Оливию словно вылили ушат ледяной воды.
– Не понимаю, о чем вы, милорд… – пробормотала она, покрываясь испариной.
– Ты что-то утаиваешь от меня, Оливия. Но что? – мягко произнес он. Под ласковым взглядом его золотисто-карих глаз Оливия чувствовала себя загипнотизированной. Она с трудом перевела взгляд ниже и вздрогнула, заметив игравшую на его губах улыбку. Неужели он прочел ее мысли?!
– Что видела Анна на чердаке? Вернее, что она чувствовала? Или кого?
Оливия молчала затаив дыхание.
– Я не враг тебе, Оливия, – произнес Гаррик и взял ее за плечи. – Я хочу тебе помочь. Неужели в нашем доме водятся привидения?
– Не знаю, – смущенно отозвалась она. Прикосновение его руки заставило ее вспомнить жаркие поцелуи в саду Лейтонов.
– Анна слепа, поэтому чувствует то, что не ощущают зрячие? Она чувствует присутствие духов?
Оливия отчаянно замотала головой.
– Это все богатая фантазия ребенка, привыкшего играть в одиночестве!
– Вряд ли, – покачал головой Гаррик. – И она вовсе не лунатик.
Помолчав несколько секунд, он продолжил теперь почему-то глухим голосом:
– В детстве
– Гаррик, ты когда-нибудь чувствовал рядом чье-нибудь присутствие? Присутствие кого-то невидимого и неосязаемого? – сдавленным голосом поинтересовалась Оливия, неожиданно для себя переходя на более интимное обращение к виконту.
– Не знаю, – неуверенно ответил он. – Может быть… Там, на чердаке, всегда темно и мрачно, даже в самый яркий солнечный день… Впрочем, – внезапно улыбнулся он, – это, наверное, тоже мальчишеские фантазии.
Протянув к ней руку, он дерзко погладил ее по щеке, и Оливия отпрянула в сторону.
– Ты боишься меня?
– Я боюсь твоей дерзости! – воскликнула Оливия.
– Я знаю, чего ты боишься, – вдруг уверенно произнес он. – Не бойся…
Его руки, скользнув по ее плечам, ласково коснулись атласной кожи рук. Какое наслаждение! Оливия едва сдержала невольный крик. В этот момент она напрочь забыла о том, что позади нее спала в кровати ее маленькая дочь.
А он своими сильными руками уже ласкал ее плечи и грудь, медленно поглаживая тугие полушария снизу и с боков. Оливия прерывисто вздохнула, чувствуя, как напряглись и затвердели от возбуждения розовые соски, мгновенно натянув тонкую ткань ночной рубашки. Это не укрылось от глаз Гаррика.
Теперь его ладони, осмелев, накрыли собой полную грудь Оливии, а пальцы принялись нежно массировать набухшие соски.
У нее перехватило дыхание от приятного возбуждения.
Внезапно он обнял ее голову, и Оливия сразу почувствовала себя такой хрупкой, такой слабой… Его губы жадно впились в ее уста, и она, не помня себя, стала отвечать на его страстные поцелуи и дерзкие ласки.
Когда руки Гаррика властно стиснули ее нежные ягодицы, раздвигая их и пытаясь проникнуть между бедрами, она чуть не потеряла сознание от острой волны чувственного наслаждения. О, это было невыносимо! И она вскрикнула от мучительно-сладкого прикосновения его умелых рук, сквозь тонкую ткань рубашки ласкавших самое сокровенное местечко женского естества.
С трудом оторвавшись от нее, Гаррик повернулся в сторону кровати, рядом с которой мирно дремал сеттер. Едва слышно свистнув, он щелкнул пальцами, показав псу на спавшую Анну, и тот, послушно вскочив на постель, улегся в ногах девочки.
– Что, если Анна проснется? – испуганно пробормотала Оливия, в которой снова заговорил рассудок.
– И будет счастлива обнаружить на своей постели Трива, – ответил Гаррик, выводя Оливию из спальни девочки.
– Гаррик, – нерешительно начала Оливия, остановившись в полутемном коридоре. Ее тело требовало близости с ним, но рассудок продолжал сопротивляться.
– Нет, – отрезал Гаррик, словно читая ее мысли.
Открыв одну из пустовавших комнат для гостей, он буквально втолкнул туда Оливию и запер за собой дверь.