Соперник
Шрифт:
– Ужасной катастрофой? – эхом отозвался Гаррик. – Насколько ужасной? Мне надо знать!
Оливия долго молчала, потом тихо сказала:
– С самого начала Арлен невзлюбил меня…
– Но почему?
Она лишь молча покачала головой и опустила глаза.
– Даже если бы вы с Арленом были в дружеских отношениях, наша встреча неизбежно привела бы нас в объятия друг друга, – убежденно произнес Гаррик.
Оливия подняла глаза, причем ее взгляд был направлен почему-то за его спину. Обернувшись, он заметил остановившегося
Гаррик решительно взял Оливию за руку и повел ее в теплицу.
– Я не доверяю ему, – тихо проговорил он. – Ни одно слово не должно дойти до его ушей.
Они вошли под стеклянный большой купол, и Гаррик вдруг остро ощутил, что они одни… Он уже не мог выпустить ее руку из своих больших ладоней, его охватило жгучее желание.
– Не надо, – прошептала Оливия, не поднимая глаз. – Только не здесь…
Казалось, она прочитала его мысли.
– Оливия, я так тосковал по тебе, – с жаром произнес он и тотчас понял, насколько эгоистично его поведение.
– Прошу тебя, не надо! – взмолилась Оливия. – И так все плохо, не усугубляй то ужасное положение, в котором я теперь нахожусь! Я не знаю, что делать! Арлен и днем и ночью неотступно следит за мной, к тому же я чувствую себя виноватой перед Сьюзен… Но не могу не признать, что все произошедшее между нами было сказочно прекрасно.
– К черту Сьюзен! – взорвался Гаррик. – К тому же ей гораздо больше нравится Лайонел! Ты же сама знаешь, что она боится и презирает меня, считая опасным дикарем. Что же касается Арлена, он все равно рано или поздно снова уедет в Лондон…
– Но ты действительно вел себя со своей невестой как самый настоящий дикарь! – произнесла Оливия с явной укоризной в голосе. – Ты сам сделал все, чтобы твоя невеста боялась и не любила тебя!
– Но она невыносимо глупа и скучна! – возмутился Гаррик. – Я даже представить не могу себя в качестве ее мужа на всю оставшуюся жизнь! А ты? Неужели ты в состоянии представить Сьюзен и меня нормальной супружеской парой?
– Нет, – прошептала Оливия, покачав головой. – Боюсь, вам обоим будет плохо вместе.
Оторопев от такого поворота, Гаррик замолчал.
– Как ты думаешь, – продолжала она, – твой отец признает Лайонела своим первородным сыном и наследником?
– Полагаю, так оно и будет, – ответил Гаррик. – Ему хочется верить в то, что этот человек и есть Лайонел. Или же у него есть иные, скрытые мотивы сделать именно его своим наследником.
– Скрытые мотивы? Даже на меня огромное впечатление произвели подробнейшие воспоминания Лайонела о вашем детстве и отрочестве…
– Огромное впечатление? – с оттенком ревности переспросил Гаррик.
– Да ты ревнуешь! – изумленно округлила глаза Оливия. – О, Гаррик, у тебя
– Действия отца невозможно предугадать. Граф очень умен и… хитер. Но в таком случае большая часть моих проблем была бы решена… Я мог бы увезти вас с Анной подальше от Арлена! – У него загорелись глаза от такой заманчивой перспективы.
– Нет, это совершенно невозможно, – поспешно перебила его Оливия.
– Ты так сильно боишься Арлена? – догадался Гаррик.
Она еле заметно кивнула.
– Я не позволю ему больше причинять тебе боль! – вырвалось у него. Сейчас ему нестерпимо хотелось обнять ее, утешить, ощутить биение ее сердца.
Оливия взглянула на Гаррика, и в ее глазах он прочел такое же желание найти утешение в его объятиях.
Сердце его сильно забилось, голова пошла кругом. Он оглянулся. Вокруг никого. Схватив Оливию за плечи, он властно притянул ее к себе и горячо прошептал:
– Ты нужна мне, Оливия!
В следующее мгновение их губы слились в страстном поцелуе.
Когда он заставил себя оторваться от ее желанных уст, его дыхание было таким тяжелым, словно он только что пешком пришел в Эшбернэм из Стэнхоуп-Холла. Мучительное напряжение сковало его чресла.
Дрожа всем телом, Оливия отшатнулась.
– Когда ты рядом, рассудок покидает меня, – выдохнула она. – Я лучше пойду в дом!
– Постой! – остановил он ее и вместе с ней вышел из теплицы. – Ты хотела мне что-то сказать?
Они остановились на гравиевой дорожке. Солнце вдруг скрылось за облаками, и на них упала прохладная тень.
– Гаррик, – едва переводя дыхание, прошептала Оливия, – тебе и всей твоей семье следует проявить максимальную осторожность!
– По отношению к чему? – насторожился он. – Или к кому?
– Вот именно, – кивнула она. – С Лайонелом что-то не так…
– Что ты имеешь в виду?
– Не могу сказать наверняка… Знаешь, я ведь не гадалка и не ведьма. У меня нет хрустального магического шара, и я не умею предсказывать будущее по кофейной гуще, но интуиция подсказывает: дело тут нечисто…
– Ты хочешь сказать, что он мошенник, обманщик, лжец? – напрямую спросил Гаррик.
– Я не знаю, мошенник ли он, но чувствую исходящее от него зло. Если он действительно твой брат, то сильно изменился за эти четырнадцать лет. Будь с ним осторожен. Вот и все, что я хотела тебе сказать.
Слова Оливии сильно встревожили Гаррика.
– Спасибо за предупреждение, Оливия, – кивнул он. – Но, честно говоря, я и так не доверял ему.
– Возможно, это наилучшая линия поведения в такой ситуации, – тихо отозвалась Оливия.