Сорвать маску
Шрифт:
– Мне безразлично, как вы его нашли. Но что-то здесь нечисто. Моуди говорит, что ставит капкан на того, кто охотится за вами, но не захлопывает его, когда приманка проглочена. Он показал вам бомбу, но ведь он мог поставить ее и сам, чтобы завоевать ваше доверие. Так?
– Полагаю, можно предположить и такое. Но…
– Может быть, ваш друг Моуди действительно хочет вам помочь, но возможно и обратное. Прошу вас, пока мы не разберемся, не делайте ничего опрометчивого.
Моуди против него? В это трудно поверить. Но он вспомнил свои ранние подозрения по поводу методов частного детектива.
– Что
– Как насчет того, чтобы уехать из города? Я, имею в виду действительно уехать?
– Я не могу оставить пациентов.
– Доктор Стивенс…
– Кроме того, – перебил его Джад, – это ничего не решает, не так ли? Я ведь даже не знаю, от кого бегу. Когда я вернусь, все начнется сначала.
– В этом есть смысл, – Анджели чихнул. – Когда вы снова встречаетесь с Моуди?
– Я не знаю. Он проверяет свою идею о том, кто стоит за всем этим делом.
– Вам не приходило в голову, что тот, кто стоит за этим, может заплатить Моуди гораздо больше, чем вы? – озабоченно спросил Анджели. – Если он предложит встретиться, обязательно позвоните мне. Я буду дома еще день или два. Но в любом случае, доктор, не ходите на встречу один.
– По-моему, вы преувеличиваете, – возразил Джад. – Только из-за того, что Моуди убрал бомбу из моего…
– Не только, – прервал его Анджели. – Я чувствую, что вы здорово ошиблись, выбрав Моуди.
– Я обязательно позвоню, – пообещал Джад. Почему Анджели стал таким подозрительным? Моуди действительно мог соврать насчет бомбы, чтобы войти к нему в доверие. Тогда следующий шаг стал бы совсем простым. Надо лишь позвонить и попросить его прийти в какое-нибудь укромное местечко, якобы за неопровержимыми доказательствами. А потом… Джад вздрогнул. Неужели он мог так ошибаться в Моуди? Он вспомнил свою реакцию, когда впервые увидел детектива. Тогда он решил, что тот не слишком умен и мало на что способен. Затем он понял, что облик простака служит лишь фасадом, скрывающим живой и проницательный ум. Но ведь это не значит, что Моуди можно доверять. И все-таки… Он услышал, как скрипнула дверь из коридора в приемную, и взглянул на часы. Анна? Джад быстро убрал все пленки и пошел ей навстречу.
Анна, в изящном голубом костюме и маленькой шляпке, глубоко задумавшись, стояла у окна и не заметила, что Джад наблюдает за ней. И он смотрел, впитывая в себя ее красоту, стараясь найти какой-нибудь недостаток, повод для того, чтобы убедить себя, что она ему не подходит и он еще встретит человека, с которым проживет всю жизнь. Лиса и виноград. Не Фрейд, а Эзоп современной психиатрии.
– Добрый день, – сказал Джад.
Анна вздрогнула от неожиданности, затем улыбнулась.
– Здравствуйте, доктор.
– Проходите, миссис Блейк.
Войдя в кабинет, она оглянулась и посмотрела на него своими огромными фиолетовыми глазами.
– Они нашли, кто наехал на вас? – в голосе Анны слышалась искренняя озабоченность.
Джада охватило неудержимое желание рассказать ей обо всем, но он понимал, что не может этого сделать. В лучшем случае его рассказ станет дешевым трюком для завоевания симпатии Анны, в худшем – навлечет на нее опасность.
– Пока нет, – знаком он предложил ей сесть.
– Вы выглядите
– Со мной все в порядке. Кроме того, я отменил на сегодня прием. Но моя телефонная служба ответов не смогла вам дозвониться.
На лице Анны появилось озабоченное выражение. Она опасалась, что пришла не вовремя. Анна и не вовремя!
– Мне очень жаль. Если вы считаете, что мне надо уйти…
– Пожалуйста, не торопитесь, – быстро перебил ее Джад. – Я рад, что они не смогли с вами связаться, – ведь он видел Анну в последний раз.
Поколебавшись, она хотела что-то сказать, но передумала. Джад почувствовал, что ее взгляд коснулся какой-то слабой, давно забытой струнки. Он ощутил струящееся из нее тепло, всесокрушающее физическое желание и тут понял, что происходит. Он приписывал Анне свои собственные чувства. И на мгновение оказался в заблуждении, как желторотый студент-первокурсник.
– Когда вы уезжаете в Европу?
– Сразу после Рождества.
– Только вы и ваш муж? – О боже, какая банальность.
– Да. Стокгольм – Париж – Лондон – Рим. У нас будет второй медовый месяц. – В голосе слышалось едва заметное напряжение. Джад пристально посмотрел на Анну. Чего-то не хватало для образа молодой влюбленной женщины, собирающейся в свадебное путешествие. Наконец он понял, в чем дело: не было в ней радостного возбуждения перед поездкой.
– Как…, как долго вы собираетесь путешествовать?
– Я не знаю, – Анна слабо улыбнулась, будто понимая, к чему он клонит. – Энтони еще ничего не решил окончательно.
– Все ясно, – Джад опустил глаза. С этим надо кончать. – Миссис Блейк…
– Да?
– Я пригласил вас сюда под фальшивым предлогом. Вам не надо было приходить сегодня. Мне просто хотелось попрощаться.
Джаду показалось, что он физически ощутил, как напряжение покидает Анну.
– Я знаю, – спокойно ответила она. – Я тоже хотела сказать «до свидания». Она встала.
– Джад… – их взгляды встретились, и в ее глазах он прочел то, что она должна была видеть в его. Джад сделал шаг вперед, но остановился. Он не имел права навлечь на Анну грозящую ему опасность.
– Пришлите мне открытку из Рима, – теперь в его голосе не слышалось волнения.
Анна посмотрела на него долгим взглядом.
– Пожалуйста, берегите себя, Джад. Он кивнул, не доверяя своему голосу. И она ушла…
Джад снял трубку только после третьего звонка.
– Это вы, доктор? – раздался дрожащий от возбуждения голос Моуди. – Вы один?
– Да.
– Док, помните, я говорил, что представляю, кто стоит за всем этим?
– Да…
– Я оказался прав.
– Вы знаете, кто убил Хансена и Кэрол?
– Да. Я знаю, кто и знаю, почему. Вы следующий, доктор.
– Скажите мне…
– Не по телефону, – перебил его Моуди. – Лучше нам где-нибудь встретиться. Тогда и поговорим. Приходите один. У Джада перехватило дыхание.
Приходите один!
– Вы слушаете?
– Да… – быстро ответил Джад. Как сказал Анджели? «В любом случае, доктор, не ходите на встречу один». – Почему бы нам не встретиться здесь? – добавил он.