Сорвать маску
Шрифт:
– Но почему обо всем этом не стало известно гораздо раньше?
– Потому что он носит маску.
– Что-что?
– Мы все носим маски, Анджели. Как только мы вырастаем из пеленок, мы учимся скрывать свои истинные чувства, маскировать страх и ненависть. Но, находясь в состоянии стресса, Дон Винтон сбрасывает маску и показывает свое истинное лицо.
– Я понимаю.
– Самое уязвимое место этого человека – его эго. Если ему что-то угрожает, действительно угрожает, он сойдет с ума. Он слишком близко от черты, отделяющей здоровую
– Он обладает «мана».
– Чем?
– «Мана». Так дикари характеризуют человека, который может подчинять других своей воле. Якобы благодаря находящимся в нем демонам.
– Вы сказали, что он не рисует, не пишет книг, не играет на музыкальных инструментах. Как вы узнали об этом?
– Мир полон художников, писателей, музыкантов, больных шизофренией. Большинству из них удается пройти по жизни без насилия, потому что их творчество является тем клапаном, через который они могут сбросить внутреннее напряжение. У нашего человека такой возможности нет. Он как вулкан. И единственный остающийся выход – извержение: Хансен, Кэрол, Моуди.
– Вы хотите сказать, что это просто бессмысленные убийства, совершенные, чтобы…
– Для него они не бессмысленны. Совсем наоборот… – неожиданно Джаду все стало совершенно ясно. Он мысленно выругал себя за то, что так долго оставался слепым и глухим. – Дон Винтон с самого начала охотился за мной. Джона Хансена убили, потому что приняли его за меня. Обнаружив свою ошибку, убийца пришел ко мне в кабинет. Но вместо меня там оказалась Кэрол.
– Он убил ее, чтобы она не смогла его опознать?
– Нет. Человек, которого мы ищем, не садист. Кэрол пытали, чтобы получить от нее какую-то информацию. Допустим, сведения, компрометирующие убийцу. А она не хотела их сообщить или просто не знала, о чем идет речь.
– Какие же именно сведения?
– Не имею ни малейшего понятия. Но именно в этом ключ к разгадке. Моуди нашел ответ, и его убили.
– Но остается одна неясность. Если бы вас убили на улице, они не смогли бы получить интересующую их информацию. Это не согласуется с вашей версией, – заметил Анджели.
– Не совсем так. Допустим, информация содержится в моих пленках. Сама по себе она совершенно безвредная, но в сочетании с другими фактами может угрожать убийцам. Они оказываются перед выбором: или взять ее у меня, или убить меня самого, чтобы я не мог о ней рассказать. Сначала они попытались убрать меня, но совершили ошибку, убив Хансена. Затем они пошли по второму пути и хотели получить от Кэрол нужные им сведения. Ничего не добившись, они целиком сосредоточились на мне. Вы помните лимузин с потушенными фарами? За мной, вероятно, следили, и когда я отправился к Моуди. А потом, в свою очередь, стали следить за ним. И убили его, когда он узнал правду.
На лице Анджели появилось задумчивое
– Из всего сказанного следует вывод, что убийца не остановится, пока не покончит со мной, – спокойно заключил Джад. – Человек, о котором я говорил, не привык оставаться в проигрыше.
– Если вы правы, – заметил Анджели, обдумав слова доктора, – вам необходима защита, – он достал пистолет и проверил, заряжен ли он.
– Благодарю, Анджели, но пистолет мне ни к чему. Я собираюсь бороться с ними своим оружием.
В этот момент они услышали, как открылась дверь из коридора в приемную.
– Вы кого-нибудь ждете? – спросил Анджели.
– Нет, – покачал головой Джад. – Сегодня у меня нет приема.
Анджели с пистолетом в руке быстро подошел к двери из кабинета в приемную и, отступив в сторону, рывком открыл ее. На пороге с удивленным выражением на лице стоял Петер Хадли.
– Кто ты? – рявкнул Анджели.
– Все в порядке, – вмешался Джад, – это мой друг.
– Эй! Что здесь происходит? – воскликнул Петер.
– Извините, – Анджели убрал пистолет.
– Доктор Петер Хадли – детектив Френк Анджели. – Джад представил мужчин друг другу.
– Произошла маленькая неприятность, – объяснил Анджели. – Кабинет доктора Стивенса был…, взломан, и мы подумали, что вернулся кто-то из грабителей.
– Да, – поддержал его Джад. – Они не нашли то, что искали.
– Это имеет отношение к убийству Кэрол Робертс? – обеспокоенно спросил Петер.
– Мы не уверены, доктор Хадли, – ответил Анджели, прежде чем Джад успел открыть рот. – В настоящее время полиция попросила доктора Стивенса не обсуждать подробности с посторонними.
– Я понимаю, – согласился Петер и посмотрел на Джада. – Наш ленч сегодня остается в силе?
– Конечно, – Джад совершенно забыл об этом. Повернувшись к Анджели, он добавил:
– Думаю, мы обо всем договорились?
– Да, да, – ответил Анджели. – Вы по-прежнему уверены, что вам это не нужно? – он указал на пистолет.
– Благодарю, – Джад покачал головой.
– О'кей. Будьте осторожны.
– Постараюсь, – пообещал Джад. – Я постараюсь.
Во время ленча Джад был занят своими мыслями, а Петер не докучал ему лишними вопросами. Они поговорили об общих знакомых, пациентах. Петер все уладил с Харрисоном Бурком и договорился, чтобы того отправили в частную психиатрическую больницу.
– Я не знаю, что с тобой случилось, Джад, – сказал Петер, когда принесли кофе, – но если требуется моя помощь…
– Спасибо, Петер, – покачал головой Джад. – Я должен сам позаботиться о себе. Потом я тебе все расскажу.
– Надеюсь, ждать осталось недолго, – воскликнул Петер и, поколебавшись, добавил:
– Джад, тебе что-то угрожает?
– Конечно, нет, – успокоил его Джад. Если не считать маньяка, который совершил три убийства и твердо решил сделать Джада своей четвертой жертвой.