#Сосед
Шрифт:
Сказано было так томно и ласково, что я резко подскочила на месте. Хриплый голос что—то ответил, и они разразились хохотом. Я мгновенно напряглась – не дай Бог сюда притащат, они ведь могут, я знаю…
– Агата. Ты почему не говорила, что у тебя такие милые соседи? – только подумала об этом, как девочки входят в гостиную обратно, а за их спиной маячит мужская фигура.
Порадовало, что он хотя бы не оборзел окончательно – встал в дверном проёме, правда с наглой ухмылкой:
– Пустите? – спросил у меня, окинув любопытным взглядом.
– С чего такая
– А это – Расмус, – пропищала Таська, – Вот вы и познакомились. Входи, посиди с нами. Чего скучать дома одному.
«Расмус. Что за дурацкое имя?» – подумалось мне.
Он неуверенно шагнул внутрь, оглядел висящие под потолком шарики, убранство и накрытый стол. Я прищурилась, и начала рассматривать его внимательнее – в принципе, если бы он не был таким козлом, его можно было бы даже посчитать симпатичным. Короткий ёжик русых волос, на коже тёмный загар – даже интересно, когда успел. Из—под рукава серой футболки выглядывала сильно татуированная рука – невольно поморщилась. Никогда не любила такие вещи – зачем разукрашивать своё тело?
Вошёл, долго мяться не стал. Плюхнулся в ближайшее кресло, поиграв внушительными мускулами на плечах и груди, и взялся за бутылку шампанского, разливая его по двум протянутым подругами бокалам. Я вздёрнула брови, не отрывая взгляда от его движений. Таисия что—то спрашивала, он отвечал – коротко и рвано, не сводя с меня взгляда.
Нагло. Я бы даже сказала – борзо. Очень знакомо, почему—то.
– Освежить? – спросил он, кивнув на мою руку.
Пальцы сжимали ножку пустого бокала, ещё чуть—чуть и стекло треснет. Я потянулась к нему, выпрямила руку – игристое заплескалось, зашипело пузырьками. Взгляд уставился на разноцветные чернила: какая—то птица, розы, череп, странные узоры и надписи – жуть.
Шампанское вылилось через край, я дёрнулась. Посмотрела на его лицо – самым откровенным образом пялился в вырез моей майки. Сглотнул, уставился глаза в глаза, нахмурился.
– Пойду за тряпкой, – пробормотала я, резко отворачиваясь.
Вскочила с места, как ошпаренная. Ощутила, как по шее пробежали липкие мурашки. Скрылась в ванной, вцепилась в раковину руками и резко выдохнула.
Почему я чувствую себя так неуверенно? Бросает то в жар, то в холод; щёки и шея горят – залились румянцем.
Услышала шаги за спиной, схватила тряпку и намочила её под краном. Стараясь не смотреть в его сторону – именно сосед появился, подперев плечом косяк – пошла на выход.
– Подождите, – перехватил запястье горячими пальцами, я вздрогнула, – Я хочу извиниться, – проговорил тихо, чтобы другие не услышали и вполне виновато, – Я нагрубил.
– Дважды, – ответила я, повернувшись к нему лицом.
– Что дважды? – он удивлённо моргнул, продолжая сжимать мою руку.
– Дважды нагрубил. Мало того, что назвал шлюхой, так ещё и дешёвой, – с сарказмом произнесла я, мягко вытаскивая свою конечность из его хватки.
– А ты, стало быть, не дешёвая? – заломил
– Иди в жопу, – прорычала я,
– Я сказал, что хочу извиниться, – устало вздохнул он, потерев затылок ладонью, – Я вчера не выспался. Из—за твоих, – покрутил пальцем в воздухе и снова вздохнул, – Ну, ты поняла.
– Мне плевать. И нормальные люди спят ночью, а не в обед.
– Ну, а я в ночные смены работаю, так что сплю тогда, когда получается, – огрызнулся злобно, – Короче, я извиняюсь. Сама уже решай – принимаешь мои извинения или нет.
– Не принимаю, – отчеканила я.
Вернулась в гостиную, вытерла пролитое на столик и на пол шампанское. Девчонок развезло окончательно, Расмус появился за мной следом – бросали заинтересованные взгляды, отпускали глупые пошлые шуточки. Он отшутился в ответ, сказал, что ему пора и скрылся в спальне, а потом хлопнул балконной дверью. Чёрт бы побрал эти совмещённые лоджии…
Резко нахлынула головная боль – кровь застучала в висках, словно молотком по голове били. Музыка больше не нравилась, визги тонких голосков раздражали. Сослалась на усталость и попросила их уйти – завтра рано вставать, ехать к родителям. Они не знали, что мои предки махнули на всё лето в Испанию – я не говорила, и сейчас мне это сыграло на руку.
Квартира погрузилась в тишину и темноту – ночь подкралась быстро и незаметно. Я убрала посуду, остатки еды отправила в холодильник, пустые бутылки выбросила в помойку. Проглотила две таблетки обезболивающего – чтобы наутро не было похмелья, рухнула лицом вниз на кровать и провалилась в сон.
5
Oh no no don’t leave me alone lonely now
If you loved me how’d you never learn
Oh coloured crimson in my eyes
One or two could free my mind
Выходные провела, как всегда, лениво и заторможено. Смотрела «Секс в большом городе» и «Отчаянных домохозяек», плескалась в ванной с пушистой пеной, почитала Оксану Робски.
В понедельник, в час дня, в дверном замке зашуршал ключ – пришёл Андрус.
Я бросилась к нему на шею с порога, потёрлась лицом о его подбородок – всегда гладко выбрит и пахнет дорогим одеколоном – заказывает из Италии. Мягко поцеловал в губы, приобнял за талию и разулся, толкая в спальню.
– Соскучился, – проговорил хрипло, ослабив галстук.
Быстро расстегнул пиджак – повесил на ручку шкафа. Туда же отправилась белоснежная рубашка с жемчужными пуговицами. Расстегнул брюки, предварительно вытащив пачку презервативов из кармана и бросив их на кровать; спустил вниз по ногам и повесил на спинку стула, аккуратно сложив по стрелкам.
– А ты? – вскинул бровь в привычном жесте, стаскивая носки, – Скучала?
– Очень, – я стянула с себя платье, которое носила дома для него – тонкий трикотаж сливового цвета длиной чуть выше колена – осталась обнажённой, – Иди ко мне.