Совесть негодяев
Шрифт:
Они въехали во двор какого-то строения, и у него окончательно испортилось настроение. Может, нынешние правители его республики решили, что не стоит привозить столь неприятного беглеца обратно в Баку. Может, его просто ликвидируют прямо здесь, на месте. Нет, этого быть не может. На такой скандал никто не пойдет. Хотя, почему не пойдет? Кто он такой? Тоже мне диссидент. Типичный воришка и мелкий делец. Гасанов даже всхлипнул от такой характеристики, которую дал сам себе в порыве откровенности. Но минутная слабость прошла, и он, уже выпрямившись на заднем сиденье, нахмурился.
— Выходите из машины, — сказал его похититель.
Рядом с машиной уже стояли двое. Гасанов обратил внимание, что все они были довольно молодыми людьми. С хорошей выправкой и спортивными фигурами. Ионидис тоже обратил на них внимание. Как и Гасанов, он пытался вычислить, кто и зачем их похитил. Как и Гасанов, он не понимал, куда их везут. Но предпочитал молчать, зная, что в подобных случаях лучше не нервировать своих похитителей.
Они вышли из автомобиля и, войдя в старый дом, поднялись на второй этаж. Их ввели в комнату, где стояли два стула, и разрешили сесть. Напротив стоял стол с тремя стульями.
«Господи, — снова испугался Гасанов, — неужели они будут судить нас прямо здесь?»
За их спинами стояло двое людей, один из которых был их похититель. В комнату стремительно вошел седой человек невысокого роста с какой-то комичной бородкой и длинными усами. На носу большие толстые очки. Именно на носу, они все время спадали вниз.
Старичок удобно устроился за столом, поправил очки и неожиданно спросил сильным красивым голосом:
— Как вы себя чувствуете, господа?
— Очень плохо, — сразу ответил Гасанов, — почему нас арестовали? На каком основании?
— Вас не арестовали. Вас просто попросили приехать сюда.
— ч Наставив на нас пистолет, — напомнил Гасанов.
— Иначе вы могли отказаться, — улыбнулся его собеседник.
— И правильно бы сделали. Кто вы такой? Почему вы нас арестовали? — перешел на крик Гасанов.
Дав ему возможность покричать, старичок обратился к его напарнику:
— А вас, господин Пападопулос, не интересуют мотивы задержания? Или будет лучше, если я буду называть вас «господин Ионидис»?
Этого было достаточно, чтобы грек сразу оценил ситуацию. Вычислить его имя не смогли за шесть месяцев в Баку. Не помогли даже запросы во Францию и в Турцию. А этот человек назвал его настоящее имя таким спокойным будничным голосом, словно сказал нечто само собой разумеющееся. Так просчитать ситуацию мог специалист только высочайшего класса. В мире были две-три разведки, которые способны вычислить его настоящее имя. ЦРУ, МОССАД, КГБ? Но ведь КГБ уже не существовало. Увидев этого старичка, Ионидис подумал, что КГБ восстановили за время его пребывания в тюрьме.
— Называйте меня первой фамилией, — попросил Ионидис, — чтобы не слишком смущать вашей осведомленностью.
— Договорились, — улыбнулся старичок, — а теперь поговорим с вами, господин Гасанов. Я ведь не ошибся? Вы, Мурад Гасанов, бывший депутат бывшего Верховного Совета,
— Не надо, — растерянно произнес Гасанов. «Эти паразиты знают обо всем даже лучше моей жены», — с ужасом подумал он.
— Мы хотели поговорить с вами, господин Гасанов, — предложил незнакомец с таким неприятным объемом информации.
— Что вам нужно?
— Нам нужна ваша помощь.
— Помощь? — вытаращил глаза Гасанов. Это было совершенно неожиданно. — Какая помощь? — спросил он растерянно.
— Вы знаете Керима Алиева?
— Какого Алиева? Это достаточно распространенная фамилия в Баку.
— Нет, он не из Баку. Он житель Москвы.
— Керима Измаиловича? — понял Гасанов. — Да, я его знаю. Ну и что?
— Скульптора Рафаэля Багирова вы тоже знаете?.
— А кто его не знает, — оживился Гасанов, — его знает весь мир. Он известный скульптор, часто — по телевизору показывают.
— И глава мафии, — сказал этот неприятный старичок.
— Не понимаю, о чем вы говорите, — быстро среагировал Гасанов. Не хватало ему неприятностей со своими бандитами. Пусть сами разбираются.
— Вы не ответили на вопрос. Вы его лично знаете?
— Знаю, конечно. Ну и что?
— Мы хотели бы связаться с ним через вас. Чтобы вы с ним поговорили.
— Прямо здесь?
— Нет, здесь вы не сможете, к сожалению. Он сейчас не в Москве. Недавно на него было покушение, и он лежит, раненный, в Лондоне. Вернее, в одном маленьком городке под Лондоном.
— Какое покушение? — изумился Гасанов. — На Рафаэля Мамедовича было покушение? Его хотели убить?
— В него стреляли из гранатомета. Вернее, в его автомобиль. И он чудом остался жив.
— Господи, когда это было?
— Примерно неделю назад. Не волнуйтесь, он жив, здоров. Сейчас поправляется.
— Кто покушался, нашли?
— Нет. Поэтому мы вас и побеспокоили.
— Я должен искать этих нападавших? — разозлился Гасанов.
— Конечно, нет, — усмехнулся старичок, — нам нужно от вас нечто совсем другое. Вы должны с ним поговорить по телефону. Прямо сегодня, сейчас.
— И что я ему скажу?
— Это уже второй вопрос. Сначала мы должны получить ваше согласие.
— Предположим, что я согласился.
— Такой ответ нас не устраивает.
— Хорошо, я согласен. Что я должен сказать?
— Просто поговорить с ним, спросить о его здоровье и самочувствии.
— И все?
— Почти. Потом вы передадите трубку мне.
— И что вы ему скажете? Старичок улыбнулся.
— Я найду, что ему сказать.
— Но почему вы не звоните сами?
— Нам важно, чтобы был достаточно серьезный человек, которого он знает. Тогда мы сможем с ним поговорить. Иначе он воспримет наш разговор как неудачную шутку. А вам он поверит безусловно. Вы ведь с ним даже родственники. Кажется, ваша супруга его троюродная сестра?