Совсем не герой
Шрифт:
– А ты разве нет? – удивилась Джоанна. – Мы же все видели тот мир через окно кафе и не можем…
– Не можем что? – перебил он. – Не можем жить в реальности, где правят монстры? Где королевские гвардейцы из прихоти способны убить человека? Очнись! Монстры уже правят и творят, что им заблагорассудится! Думаешь, есть разница в том, делают они это у всех на виду или скрытно? Неважно, если они сорвут маски.
Джоанна приоткрыла рот, заново переосмысляя происходящее. Теперь, когда Том разложил все по полочкам, ее снова накрыло ощущение, будто она что-то упускает. В памяти всплыли слова Астрид: «Погибнут и люди,
– Джейми хочет это предотвратить, – продолжил Хатауэй. – А значит, я тоже в деле. И лично прослежу, чтобы Элеонора умерла. Но важнее всего для меня, чтобы он остался в живых. Если придется защищать его и от Ника – так тому и быть. Можешь не сомневаться в моей решимости снова подвергнуть твоего приятеля внушению. И то только из уважения к тебе.
Между ними повисла невысказанная угроза: «Лично я предпочел бы разобраться с ним раз и навсегда». Джоанна судорожно сглотнула. Она хотела возразить, что использовать дар Арджентов неправильно, как заявила раньше Лиаму Лю, но вспомнила кровь бабушки на руках – красные потеки в раковине, – и слова умерли на языке. Что, если Том не зря опасается и Ник набросится на бывших союзников сразу, как только они остановят Элеонору? Что, если он убьет их всех? Или, наоборот, великан Хатауэй решит покончить с угрозой для партнера раз и навсегда?
– Джейми рассказал мне о нападении Ника и его охотников, – продолжил Том. – Ты действительно готова рискнуть жизнью кузины? И нашими? В надежде, что той бойни не повторится?
Ник заявил, что они заключают союз только для одной задачи. Хатауэй рассуждал правильно. Нельзя рисковать жизнями других только из подсознательного, навязанного прошлым желания доверять тому, кто уже убивал ее родных раньше.
– Если мы решим продолжать, я хочу получить гарантии. – Джоанна вздохнула, испытывая дискомфорт от собственных слов.
Все прежние возражения Лиаму никуда не делись. Внушение лишь заставит Ника сильнее опасаться и ненавидеть монстров. Лишь превратит его в более озлобленного оппонента. Да и контролировать разум человека просто неправильно.
И все же… Снова вспомнились слова Ника: «Потом наши дороги разойдутся».
Противостояние между ним и монстрами маячило впереди. Он уже четко определил, по какую сторону баррикад окажется. Но вдруг дар Арджента поможет немного отодвинуть срок битвы? Хотя бы для того, чтобы собраться с силами. В краткосрочной перспективе это решение может быть единственным, что сохранит всем жизни – включая Ника.
– Какие гарантии? – уточнил Том.
– Если мы прибегнем к внушению, я хочу получить твое слово, что никто не нападет на Ника, пока он беззащитен. – Конечно, по отношению к легендарному герою выражение «беззащитный» звучало странно, но до того, как собеседник успел ответить, Джоанна добавила: – Ты мне обязан, помнишь?
Том задумался, приглаживая волосы, и она затаила дыхание, не смея даже надеяться, потому что на самом деле он ничего не был ей должен: освобождение Джейми из плена Элеоноры вовсе не являлось основной целью Джоанны. И даже если считать этот поступок достойным вознаграждения, то оба уже с лихвой расплатились с любым возможным долгом, когда помогли сбежать из гостиницы «Виверна», предоставили убежище в лодочной станции, а затем спасли из заключения.
Что
– Ладно, – наконец вздохнул великан. – Даю слово, что Нику никто не навредит, пока он находится под воздействием дара Арджента.
Джоанна почувствовала облегчение, смешанное с болезненным стыдом. И беспокойством. Правильно ли они поступают? И поможет ли это или лишь обречет окончательно? Предотвратит ли противостояние с Ником или, наоборот, только спровоцирует? Она не знала.
– Нужно обсудить кое-что еще, – добавил Том, когда она уже повернулась, чтобы пойти дальше. Они остановились прямо перед первым из крытых прилавков. Движущиеся бесконечным потоком люди приобретали здесь яйца и масло, а также свежий творог, который торговец зачерпывал из большой кастрюли и перекладывал в разномастную тару покупателей. – Хочу поговорить про Аарона Оливера.
– Там не о чем говорить. – Джоанна почувствовала, что невольно напряглась, стремясь защитить парня.
Тот как раз чуть поодаль изучал поднос с горячими запеченными в тесте яблоками и смотрелся до безобразия стильным в своем бежевом костюме. Как всегда, его красота привлекала внимание окружающих, и как всегда, сам он не замечал перешептываний и восхищенных взглядов.
– Мы захватили его, чтобы допросить, – проворчал Том. – Взяли в плен только для получения сведений.
– А затем я его переубедила, – нахмурилась Джоанна, – и теперь он на нашей стороне.
Том негромко усмехнулся.
– Ему нельзя доверять. Он же арестовал тебя и отвел в кордегардию, передав для казни.
– Как я и говорила, мне удалось его переубедить, рассказав о нашем знакомстве в прошлой хронологической линии.
– Послушай, – серьезно заявил Том. – Мне понятно, почему все остальные решили пойти против Элеоноры. Ты, Ник и Джейми хотите предотвратить катастрофу. Я участвую, защищая Джейми. А Рут, думаю, тебя. Но Оливер… – Он посмотрел на объект обсуждения. – Он ничего не выигрывает от сотрудничества. Кроме разве что возможности получить награду, если переметнется на сторону врага и сдаст нас.
Джоанна сглотнула. Рут предупреждала ее о том же. Говорила, что Аарон подыгрывает, только чтобы выбраться из запертой комнаты. Но другие не могли видеть искренности в его серых глазах, когда он вручал брошь своей матери. И неподдельного удивления, когда услышал об этом недавно. То, как он посмотрел на Джоанну…
– Очнись! Он тебя совершенно не знает. И не переживал ту травму, благодаря которой вы подружились в прошлый раз. А потому не испытывает тех же чувств, что и ты по отношению к нему.
Слова пробились через защитную броню Джоанны, раня.
– Я знаю. – Она действительно понимала, что Аарон не ощущает той же связи. И совсем недавно он называл ее «мерзкой полукровкой», заявлял, что с удовольствием понаблюдает за ее казнью. – Знаю. – Но после той беседы в убежище все изменилось, верно?
– Ты скучаешь по нему, – тихо произнес Том. – И потому хочешь доверять, как прежде.
Торговка вручила Аарону несколько запеченных яблок и тепло улыбалась, явно находясь под впечатлением от его красоты. Джоанна готова была поспорить, что он получил их в подарок.