Союз одиночек
Шрифт:
– Тогда, верно, знаете, чем я занимался в прежние годы?
Пришлось кивнуть вторично.
– Избыток активности, знаете ли, – надо было его куда-то девать, – пояснил гость, точно оправдываясь. – Это сейчас я остепенился.
– Н-да? – с сомнением спросил я.
Негромко хохотнув, Гарри продолжил:
– Когда я входил в жизнь, впереди открывалось не так много путей. Особенно для живчиков вроде меня.
– И вас тоже повлекло в разведчики, – проворчал я. – Уж лучше бы в космонавты.
–
– А что вы искали среди «бесов»: романтику?
– Знаете, там ведь хватает занятных дел. И карьерные игры поначалу увлекают.
– Пока не начинаются состязания лизунов?
– Это самый простой способ выдвинуться наверх, – подтвердил барон. – Хотя не единственный.
– Назовите другие.
– Можно сделаться полезным для начальства.
– Надолго ли? А потом окажется, что узнал слишком много.
– А можно стать опасным для него, – продолжил Гарри. – На самом деле опасным и трудно уязвимым.
– Как Богомол, например?
– Вот как! – живо отреагировал гость. – Значит, вы уже пересеклись с ним?
– Не далее чем вчера. И с ним у меня – полная ясность.
Прихлебнув из бокала, он зажмурился, наслаждаясь вкусом. Уж радоваться жизни барон умел – завидное качество.
– Хочу поведать давнюю историю, – неожиданно объявил он. – Раньше она показалась бы невероятной, но при нынешнем разгуле…
– Что-нибудь романтическое? Где фигурирует графский замок и лилия на плече…
– В этом духе, – подтвердил Гарри, хмыкая. – Этакая сцена в трактире. Жаль, в бокалах не шамбертен. Впрочем, и не хуже – на мой вкус.
– Я слушаю.
– Случилось это в здешних местах, лет эдак четырнадцать назад. Не слышали о «пещерном шакале»? Тогда он нагнал на приморцев немало страху!
– Зато сейчас его бы не заметили, – пробурчал я. – Ну, помню: урод охотился за подростками – не столько насиловал, сколько потрошил. Не дает покоя чужая слава!
– В те годы я специализировался по таким делам, и потому меня командировали сюда, в помощь провинциальным пинкертонам. Те, понятно, больше раздували щеки, хотя потом вся слава досталась им. Но взял «шакала» лично я и, должен сознаться, сильно изувечил при задержании. До суда он все-таки дотянул, поведав многое – уж на память не жалуется никто из маньяков. И тут выяснилось, что к большинству пропаж наш урод непричастен, да и почерк там иной. То есть девочки исчезали, но спустя недолгое время возникали вновь – невредимыми, если не считать одной детали.
– Беременности? – не утерпел я.
– Ага! – отметил Гарри. – Вы и тут в курсе?
– Да прикоснулся недавно. Но те события пришлось додумывать – уж не знаю, насколько угадал.
– Итак, проступил
– И когда у них начали рождаться дети, – прибавил я, кривя губы.
– Именно. – Барон вновь кольнул меня острым взглядом. – Во-первых, все похищенные оказались сводными сестрами, хотя друг о друге понятия не имели. А их мамы пережили в юном возрасте такое же приключение. То есть похищал девочек как раз отец.
– И оплодотворял он же, – вставил я. – А до бабушек не добрались?
– Само собой – ведь и у мам обнаружились общие гены. Представляете, какой скандал? На протяжении десятилетий в области орудует похититель, причем совершенно безнаказанно.
– Нашли, чем удивить. Это скорее правило.
– Не любите вы органы, – заметил Гарри. – Впрочем, я тоже – с некоторых пор. Но дело не в одном криминале. Тут ведь такое открылось!..
– …что криминалом пришлось пренебречь, – подхватил я. – Выходит, Калида и с вами сотрудничал?
– С ними, – поправил гость, усмехаясь. – Только приоткрылась завеса, как меня от дела отодвинули – не моя епархия. Понимаете, я уже тогда считался неудобным работником, а таких лучше держать подальше от секретов. Властям надобны верные.
– И все же у истоков разработки стояли вы.
Не выпуская бокал, барон развел руками: дескать, вот тут не поспоришь.
– И кто пришел на смену: Богомол?
– С вами неинтересно, – пожаловался он. – Вы всё знаете наперед.
– Полагаю, не всё. Даже догадываюсь не обо всем… Значит, здешний Питомник – затея Богомола? Наверно, и директора назначил он?
– Это не вполне питомник – скорее лаборатория. Но маскировка, конечно, требовалась. И Фомичев вписался в роль, как по заказу. Даже перестарался, демонстрируя «прогрессивную методику», – видно, возжелал славы.
– Выходит, Калида пожертвовал частью потомства, чтобы спокойно распорядиться остатком? – спросил я, метнув хмурый взгляд на верхнюю полку. – И на какой доле сторговались?
– Видите ли, торговался уже не я. Если бы зависело от меня, Калиде давно отсекли бы лишнее.
– Как раз с этим – порядок.
– Выходит, вы все же сделали Калиде укорот?
– Еще какой! Слишком он расшалился в последнее время… А что за работы велись в Питомнике?
– Подробностей не знаю, но можно домыслить. Вы ведь представляете, на что способны внуки Калиды?