Создатель

Беар Гарри

Гарри быстро миновал редкий лесок, который отделял дачный поселок от озера, и, не обращая внимания на "клейкие зеленые листочки", блестевшие со всех сторон, быстро зашагал по направлению к скале, которую он давно присмотрел. Скала нависала над Бечарой как огромный сфинкс, с нее можно было разглядеть весь этот ужасный город. Скользя подошвами

легких туфель по влажным камням, Гарри забрался на самый верх и спокойно закурил, стоя на краю обрыва. Галерея странных образов пронеслась перед ним: Гамлет, Цезарь, почему– то Достоевский с худой бородою, Наполеон, Сталин и еще кто-то – громадный, в красном плаще и с огромным мечом в руке. «Кто же это?» – удивился создатель, но не смог припомнить.

Сигарета, докуренная лишь до половины, выскользнула из пальцев Наркизова и понеслась вниз, к темной воде… Сердце его бешено колотилось, он припомнил Иисуса: «Да минет меня чаша сия!» Нет, видимо, не минёт. Наркизов сел и задумался. Следовало дождаться темноты… Было уже около одиннадцати. И хотя тьма еще не покрыла землю, начавшийся дождь сделал окрестность скалы непроглядной. Возле создателя пронеслась какая-то парочка, спасаясь от небесной воды. Ему вдруг показалось, что это были они – Лассаль с Люсиль. Но он тут же отверг это нелепое и спасительное предположение.

Земля заблестела, отсвечивая грязным золотом… Огромное бушующее море расстилалось перед ним. Создатель встал и подошел к обрыву вплотную. Перекрестившись и сорвав с себя испорченный крест придуманной им религии, которая никого не спасла, он взмахнул руками и неловко прыгнул вниз… Семнадцать метров пустоты создатель летел совсем спокойно, со своим рвущимся от напряжения сердцем… Хотя оно еще билось – и потом, когда в полете он несколько раз крепко ударился об острые выступы Скалы, сильно раскроившие его тело, и после, когда он, окровавленный и разбитый, пал в темные волны Бечары.

Искрящиеся его кровью волны в последний раз показали миру еще живой, измученный и странный

лик создателя и унесли его с собою – в ту страшную бездну, откуда еще можно извлечь мертвое тело человека, но никогда бессмертную живую душу человеческую… И это только вечная истина вечной жизни. Прощай, создатель.

…Когда наутро рыбаки вытащили труп Наркизова из расщелины, где он прятался ночью, Гарри Всеволодовича уже было не узнать. Исковерканный и распухший, он спокойно лежал на сырой прибрежной траве и смотрел в остановившееся небо. Какая-то загадочная улыбка блуждала по таинственно красным, мертвым губам его…

Вызванные к месту происшествия сотрудники ОХРа недолго рассматривали труп Наркизова, приказав вести его в морг. Личность создателя установили очень быстро, хотя мало кто мог внимательно и без содрогания смотреть на него. Врачи, по вскрытию трупа, немедленно отвергли версию о несчастном случае, установив самоубийство. Весть о смерти создателя быстро разлетелась как по дачному поселку, так и по Городу… Всего через несколько часов на даче знакомых Шерстовой была обнаружена мертвая девушка. Причина смерти была той же – самоубийство.

Внимательно осмотрев место происшествия, начальник ОХРа обнаружил возле скалы пакет с вощеным конвертом без адреса. Он возликовал, надеясь, что теперь все ниточки и веревочки Круга в его руках. Вскрыв пакет, Кузин узрел к своему разочарованию лишь смятый листок плотной бумаги с непонятными ему буквами, начертанными рукой покойного. Срочно вызванный специалист из Пронска сумел расшифровать арабский текст.

Текст этот был на удивление прост и обычен: "Люди, я любил вас! Будьте счастливы…" Это было все, что осталось нам от Создателя.

Челябинск-Чебаркуль;

1988–1990 гг., август 1991 г., осень 1994 г.