Создательское
Шрифт:
Вместо этого мы спокойно, даже как–то лениво ехали трусцой по лесу, влипали в какие–то непонятные, нелепые переделки, пили и вообще – страдали фигней. Если бы не довольно… убедительные следы присутствия в моем мире «не прописанных» тут монстров, то я бы назвала это извращением на геройскую тему. А если вспомнить еще мой недавний то ли сон, то ли явь… Не понимаю! Ну вот совсем ничего! Так что пора задавать вопросы.
Мне повезло, что дарг на своей зверушке ехал позади всех, а то развернуться с ним на узкой тропке было бы просто невозможно. Да и кони настороженно косились на трехголового
Пыточное приспособление, довольно успешно прикидывающееся седлом, оказалось довольно скользким и жестким, так что я уже часа через два с ностальгией вспоминала «амортизатор» в рогатом лице Морни. У, чтоб ему икалось, предателю…
Шедший прямо за Рыжиком ш'кар споткнулся и раздраженно зашипел. Отчего стали волноваться все остальные скакуны, кроме моего. Жеребец флегматично шагал дальше, не обращая ни на что внимания. Шипение за спиной стало сильнее и злее. Заинтересованно оглянувшись, я все же чуть не свалилась. Дарг ехал напряженно, словно его за поворотом ждало вражеское войско и постоянно… вздрагивал!
Все, на что меня хватило – это невнятное удивленное восклицание, после которого беловолосый стал объектом пристального всеобщего внимания.
– Моррен, что с тобой? – тихо осведомилась лучница.
– Я… Ик! Не–ик! Знаю… Ик. – наконец, выдал он.
Ой… кажется, я знаю… М–да, вот она, участь Создателя. Даже ругнуться как следует нельзя! Хм. Интересно, а если обложить по матушке и батюшке моего противника, на него это тоже ТАК повлияет? Если да – то надо собрать как можно больше выражений, чтобы никому мало не показалось! Сама же, как дитя интеллигентных родителей, я выражалась исключительно цензурно, компенсируя эмоциями и образностью.
А пока я предавалась размышлениям, Виллис уже рылся в своей сумке, выискивая лекарство от икоты и странно поглядывая на дарга. Бедняга с каким–то обреченным испугом провожал каждый выуженный магом флакончик, облегченно икая, когда оный вновь скрывался в недрах сумки. Дилона делилась народными рецептами по избавлению от напасти, а Сорт угрюмо оглядывал окрестности. Эх, ну что, придется простить…
– Живи уж… – мысленно обратилась я к Морни и потрепала Рыжего по холке. Настроение несколько поднялось. Можно считать, что за злорадство я отомстила. Икота у беловолосого прошла так же внезапно, как и началась.
Хотя… Это что получается, мне теперь и выражаться нельзя?! Не–е–е–ет, я так не играю! Срочно же на привале найду Дига и выясню, за что мне такое наказание. Мало того, что послали, так и высказаться не дают! Ладно, хватит патетики… Сорт, сообразив, что дарг уже не икает – скомандовал движение. Так что пришлось снова покачиваться в седле Рыжика. Правда, при этом еще спину сверлил прямо таки ощутимый взгляд рогатого. Или у меня маниакальное обострение паранойи или он меня в чем–то подозревает!
А почему сразу я?!
Как только тропинка позволила ехать подвое, Рыжик получил пинок каблуками, догнал размерено шагающего коня нашего предводителя и пристроился
– Со–о–о–орт, скажи, а почему мы… – блин, ну вот как сформулировать вопрос? «Почему мы не собираем все неприятности на свои нижние 90?» Или «Почему мы не ползем на животе по пещерам и камням?». Глупо…
– Почему мы – что? – не дождавшись от меня внятного окончания вопроса, все же уточнил наш предводитель.
– Почему мы так спокойно едем? – наконец, смогла свести все уточнения к единому знаменателю я.
– А тебе что, это не нравится? – удивленно изогнул брови воин. – Или тебе больше по душе, когда за тобой гоняется толпа враждебно настроенных личностей?
– Да нет, просто в этих… сказаниях герои, если не на каждом повороте влипают в переделку, так уж точно продвигаются вперед с воплями и бряцанием, – честно высказала я наболевшее.
Над тропой повисла ошеломленная тишина. Даже ш`кар остановился, глядя на меня всеми шестью глазами. А потом раздался такой дружный приступ смеха, что мне даже обидно стало. Нет, ну что, так трудно объяснить, вместо того, чтобы ржать как ненормальные?!
Обиженно надувшись, я послала Рыжего размашистой рысью, наплевав на собственную усталость. Ну вот, теперь и не спроси у них ничего, тут же или высмеют, или выставят полной… м–м–м–м… ладно, ругать себя не будем, на это дело вокруг и так претендентов завались. Все, высказываю Дигу свое честное и беспристрастное по этому поводу и путешествую дальше сама. На фиг нужны такие попутчики?!
– Мирин, стой! Да подожди ж ты! – донеслось из–за спины, и первым меня нагнал Виллис, перегородив дорогу.
Разогнавшийся жеребец обиженно всхрапнул и попытался куснуть препятствие, но серый мерин мага вовремя убрался в сторону. Только время было уже упущено, и вся остальная компания нас нагнала.
– Ну что ты, в самом деле, – примирительно похлопал меня рукой по плечу Сорт, – не обижайся. Просто я не думал, что…
– Что? Ну что же?! – вскинулась я. Ну вот, сейчас опять обругают…
– Что ты еще такой ребенок и в сказки веришь. Он это хотел сказать, честно, – подъехала с другой стороны лучница. Ощутимый топот верхового монстра дарга подхлестнул наших лошадей, и остановившаяся компания снова продолжила путь.
– Так что тут такого… – обиженно бурчала себе под нос я. Ну да, верю в сказки, и что? В каком законе написано, что это – преступление?
– Ничего. Честно–честно – ничего, – сверкнул на меня смеющимися глазами Сорт и принялся объяснять:
– Мирин, ты пойми. Постоянно влипать в неприятности… Такого очень долго не выдержишь. Просто свалишься от постоянного нервного истощения или срыв заработаешь. А целым так уж и вообще добраться до цели бо–о–о–ольшая проблема. Ну ладно, даже если ты добрался – враг просто посмотрит на стоящее перед ним худое, изможденное и голодное создание… Короче – драки не будет. Зато могут покормить, обмыть и дать поспать недельку–другую. Или добить из милосердия, смотря что будет проще. Пойми, Мирин, люди не двужильные и сколько–там–недельный марафон выдержать просто не в состоянии…