Созерцатель
Шрифт:
— Все же нужно прислонять, — произнёс он, потирая переносицу. — Очки должны вступить в какой-то симбиоз с организмом или его биополем.
Взяв очки, Олига осторожно поднесла их к глазам и прислонила к переносице — донёсся её испуганный возглас.
— Что это? — воскликнула она.
— Насколько я понимаю — какой-то город, — Мет поднял плечи. — Если судить по летательным аппаратам — цивилизация, живущая в нём достаточно технологична и однозначно там есть энергетический концентрат для летательных аппаратов. Осталось найти этот город.
— Ой-й! — донёсся истошный крик Олиги — она пыталась отстранить очки от
Взявшись за очки двумя руками, Мет с силой дёрнул за них и они снялись с переносицы зоторы.
— Ай-й! — Олига схватилась за переносицу. — Такое впечатление, что город висит в воздухе.
— Скорее всего, это другое пространство или даже другая Вселенная. — Мет спрятал очки в карман куртки. — В параллельную Вселенную я не верю, — он покрутил головой. — В другую — да! Я наткнулся в информационном поле харран на информацию о том, что в пространстве Мироздания одновременно могут существовать несколько Вселенных и что они могут сблизиться и войти во взаимодействие, как сближаются и трансформируются галактики в нашей Вселенной. И харраны предполагают, что такое сближение другой Вселенной с нашей уже было, а возможно и сейчас ещё имеет место.
— И где искать эту Вселенную? — Олига убрала руку с переносицы. — Не давай мне больше эти очки. Я думала они всю кожу у меня с переносицы сорвали.
— Думаю, что сейчас мы как раз и находимся в другой Вселенной, а возможно в пограничном пространстве двух Вселенных. А очки показывают нам нашу Вселенную. Значит нам нужно найти свою Вселенную. Я представляю лишь один путь возврата — через пространство. У нас ещё есть тоник?
Ничего больше не сказав, Олига поднялась, подошла к шкафу с продуктами вскоре вернулась с несколькими упаковками и баночками с тоников. Протянув одну упаковку и тоник Мету и дождавшись, когда он их возьмёт, она села в соседнее кресло с сыном и принялась его кормить. Мет ел стоя.
Покончив с едой, он выбросил пустые упаковки на луг и подняв зард, подошёл к креслу пилота, повесил оружие на его спинку и усевшись, закрыл дверь салона и откинулся в кресле.
— Когда закончите есть, сообщите, — произнёс он каким-то уставшим голосом и прикрыл глаза.
Мет открыл глаза. Было темно. Не светился даже ни один терминал пульта управления. Он выпрямился и тут же услышал где-то позади громкий шорох. Он мгновенно высвободил своё поле и выбросив его назад, почувствовал знакомое биополе человека. Несомненно, это была Олига. Он убрал своё поле.
— Что происходит? Почему темно? — произнёс он, выглядывая из-за спинки кресла пилота.
— Тихо! Сына разбудишь, — донёсся шёпот Олиги.
Мет выпрямился, вытянул руку в сторону пульта управления и ткнул пальцем в несколько сенсоров — пульт управления тут же расцветился несколькими терминалами. В салоне посветлело.
— Я испугалась, — раздался у него над головой шёпот Олиги.
— Чего? — Мет приподнял и повернул голову и едва не ткнулся носом в лицо зоторы.
Олига отшатнулась.
— Я услышала будто кто-то скребётся по корпусу траппера. Ты спишь. Сын спит. Я подошла к пульту управления и отключила генератор.
— И долго он скрёбся? — Мет вытянул губы в усмешке.
— Долго! — громким шёпотом заговорила Олига. — Сидела и дрожала от страха.
— Посмотрела бы по иллюминаторам, — продолжил усмехаться
— Смотрела! Никого не увидела. — Олига выпрямилась.
Мет достал очки и состроив гримасу озабоченности, несколько мгновений смотрел на них, затем всё же прислонил к переносице и закрутил головой, пытаясь увидеть что-то снаружи траппера, но видимо очки были настроены так, что он опять увидел лишь большой город, будто висящий в пространстве, с перемещающимися летательными аппаратами над ним.
«Странно! — замелькали у него досадные мысли. — Как же тогда они видели местных, если очки отображают другое пространство, да ещё на большом расстоянии? Хотя, — его губы вытянулись в широкой усмешке, — возможно это я вижу город, а они видели местных. Метаморфозы!»
Мет поднёс руку в очкам и принялся их ощупывать и вскоре наткнулся на какой-то рычажок на дужке. Он попытался сдвинуть рычажок — это удалось и он увидел город так, будто он находился внутри него. Мет попытался ещё сдвинуть рычажок и опять удалось это сделать и теперь очки оказались настроены так, что они отображали близкое пространство вокруг траппера.
«Ну и ну! Их создатели умнее меня, — заскользили у него восторженные мысли. — Это просто шедевр высших технологий…»
Вдруг Мет невольно отшатнулся — на него, сквозь лобовое стекло смотрел темнокожий абориген, прислонив лицо снаружи к лобовому стеклу, но без очков. По спине Мета скользнул холодок, ему показалось, что вместо глаз у чернокожего аборигена пустые глазницы.
Схватившись обоими руками за очки, Мет хотел снять их, но вдруг высвободил своё поле и выбросил его в сторону аборигена и совершенно ничего не почувствовал, будто абориген был мёртв.
«Проклятье! Мистика!» — молнией мелькнули у Мета тревожные мысли.
Он сдёрнул с переносицы очки, скривившись при этом от боли и сунув их в карман куртки, взялся за рыпп — траппер надсадно задрожал и медленно пошёл вверх.
Позади раздалось громкое хныканье.
— Будь рядом с сыном! — твёрдым голосом заговорил Мет. — Уходим!
Подождав некоторое время, которое посчитал достаточным, чтобы Олига села рядом с сыном, он сильнее отклонил рыпп и летательный аппарат стремительно заскользил в пространство, прочь от этой, более, чем странной планеты.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
ЗОТОРЕ
1
Траппер уже долго скользил в пространстве, а никакой висячий город нигде воочию не просматривался. В лобовом стекле отображались яркие незнакомые звёзды. Мет с недоумением всматривался в них, дёргая плечами, отчего дёргалась его рука, держащаяся за рыпп, который тоже дёргался, а вместе с ним и дёргался траппер, заставляя Мета мысленно отпускать в свой адрес нелестные эпитеты. Ему казалось, что странным образом перемешались два пространства: пространство галактики «Млечный путь» и какой-то другой, ему неизвестной. Периодически он доставал из кармана очки с красными стёклами и прикладывал их к глазам и лишь тогда наблюдался висячий город, который так и оставался висячим, нисколько не приближаясь. Переносица от этих прикладываний у него горела всё сильней и сильней и Мет уже чувствовал, что кожа на ней начала вспучиваться и несомненно, при каком-то очередном срывании очков, будет сорвана вместе с ними.