Спартак

Внимательный читатель, ищущий во всемирной истории не эффектных и поверхностных рассказов о действиях королей и полководцев, а интересующийся историей производителей материальных благ, т. е. историей трудящихся масс и их борьбы против своих угнетателей, не может пройти мимо одного раннего, но вместе с тем наиболее яркого примера этой многовековой борьбы — великого восстания рабов в древнем Риме под руководством Спартака. Несмотря на то, что это событие отделено от нас — современников и участников построения первого в мире социалистического общества — огромным промежутком в две тысячи лет, тем не менее оно не потеряло своих жизненных красок, своей исторической свежести

и значимости. В нём мы видим одну из первых классовых битв, великую и благородную попытку угнетённого класса восстать против своих угнетателей, против самой системы, при которой свободный человек порабощался, превращался в бесправное существо, в вещь, принадлежащую его хозяину, в «говорящее орудие».

Классики марксизма-ленинизма высоко ценили значение этого величайшего восстания угнетённого класса в древности и личность его выдающегося руководителя — Спартака, который проявил себя незаурядным организатором масс и блестящим полководцем.

В письме к Энгельсу от 27 февраля 1861 г. Маркс писал: «…по вечерам отдыха ради увлекался «Гражданскими войнами в Риме» Аппиана в греческом оригинале. Очень ценная книга. Он — родом египтянин. Шлоссер говорит, что у него «нет души», вероятно потому, что он старается докопаться до материальной подкладки этих гражданских войн, Спартак в его изображении является самым великолепным парнем во всей античной истории. Великий генерал (не Гарибальди), благородный характер, real representative [1] античного пролетариата» [2] .

Восстание рабов под руководством Спартака или, как называли его современники, «рабская война» (bellum servile) определялась В. И. Лениным как война освободительная и справедливая: «… иногда войны велись из-за интересов угнетённых. Спартак поднял войну для защиты порабощенного класса. Такие же войны велись в эпоху колониальных угнетений, которые и сейчас не прекратили своего существования, в эпоху рабства и т. д. Эти войны были справедливыми, эти войны не могут быть осуждаемы» [3] .

В своей знаменитой лекции «О государстве» В. И. Ленин указывал на огромное историческое значение спартаковского восстания: «…Спартак был одним из самых выдающихся героев одного из самых крупных восстаний рабов около двух тысяч лет тому назад. В течение ряда лет всемогущая, казалось бы, Римская империя, целиком основанная на рабстве, испытывала потрясения и удары от громадного восстания рабов, которые вооружились и собрались под предводительством Спартака, образовав громадную армию» [4] .

Заслугой известного советского исследователя древности, покойного профессора А. В. Мишулина, является то, что он посвятил немало времени и труда изучению восстания Спартака. Эта тема сознательно обходилась и замалчивалась буржуазными историками, не заинтересованными в том, чтобы привлекать внимание к тем событиям мировой истории, которые свидетельствуют о борьбе угнетённых классов против своих поработителей. Западноевропейская научная литература о Спартаке и руководимом им восстании рабов чрезвычайно бедна. Поэтому серьёзное исследование А. В. Мишулина «Спартаковское восстание», вышедшее в свет в 1936 г., является не только единственным крупным трудом в марксистской исторической литературе по этому вопросу. Это исследование впервые выдвинуло многие важные проблемы, связанные с оценкой исторического значения важнейшего революционного движения древности. Данная брошюра является научно-популярным изложением тех основных наблюдений и выводов, к которым пришёл автор на основании многолетней работы. Мы позволили себе внести лишь сравнительно незначительные редакторские изменения в авторский текст, оставив неприкосновенными основные принципиальные выводы покойного исследователя, даже в том случае, если они не представляются, на наш взгляд, вполне приемлемыми и бесспорными.

Бесспорным достоинством работы А. В. Мишулина является подробное и аргументированное доказательство мысли о том, что восстание Спартака было явлением не случайным, а закономерным; явлением, отражающим кризис рабовладельческой системы и обусловленным глубокими причинами, вызвавшими этот кризис. Поэтому А. В. Мишулин совершенно правильно поступает, предваряя своё изложение хода восстания рабов под руководством Спартака общей характеристикой римского рабовладельческого общества, этого «мира рабства и насилия». Особенно убедительной выглядит закономерность грандиозного революционного взрыва,

разразившегося в 70-х годах I в. до н. э. на территории Италии, когда автор даёт широкую картину социальных движений эпохи, предшествовавших великой «рабской войне». Мы имеем в виду такие события, как: а) двукратное восстание рабов в Сицилии во второй половине II в. до н. э., а также целый ряд мелких восстаний и заговоров рабов в самой Италии; б) народно-освободительное движение в порабощённых Римом странах: восстание Аристоника в Пергамском царстве, восстание рабов в Боспорском царстве; в) широкое аграрное движение в самом Риме, известное под именем его руководителей — Гракхов и, наконец, г) народно-освободительная борьба италиков против Рима, закончившаяся уравнением италиков в правах с римскими гражданами и известная под именем «союзнической войны». Рассмотрение восстания Спартака на фоне всех этих событии доказывает нам, что причины великой «рабской войны» заключались отнюдь не в случайных и стихийных явлениях внешнего порядка, вроде жестокого обращения с рабами их господ, но что истинные причины восстаний рабов коренились в материальной основе римского рабовладельческого общества. Подобное понимание природы спартаковского восстания даёт право трактовать его не как стихийное, бесцельное и исторически обречённое движение, но как некое сознательное, революционное выступление угнетённого класса.

Большой интерес представляет раздел книги, озаглавленный «Борьба спартаковцев после гибели своего вождя». Здесь А. В. Мишулину удалось достаточно убедительно показать, что борьба с остатками революционной армии Спартака продолжалась значительное время и после трагической гибели вождя восставших рабов. В этом разделе автор, на основании анализа речей Цицерона против бывшего наместника Сицилии Верреса, вскрывает связь спартаковцев с сицилийскими рабами, а затем указывает на наличие союза между оставшимися частями спартаковской армии и пиратами на юге Италии. Всё это показывает, насколько глубокий характер имели причины, вызвавшие восстание Спартака. Вопрос о борьбе остатков революционной армии Спартака после гибели их вождя в буржуазной науке достаточно не изучался. Рассказ о восстании обрывался обычно описанием героической гибели Спартака я ссылкой на известное хвастливое заявление Помпея о том, что он «вырвал самые корни рабской войны». Изучение истории восстания проф. А. В. Мишулиным показало, что господствующему классу Рима пришлось употребить немало времени и усилий на то, чтобы окончательно подавить восстание и ликвидировать последние очаги сопротивления на территории Римского государства.

Одним из центральных вопросов, связанных с оценкой исторической роли восстания, является вопрос о его «программе». Выяснению этой программы выдающийся советский историк уделяет значительное внимание. Мы считаем необходимым остановиться на этом вопросе, тем более что не все выводы, к которым приходит здесь А. В. Мишулин, представляются нам вполне приемлемыми. Вопрос о «программе» движения в историографии спартаковского восстания всегда выступал как вопрос, связанный с выяснением «разногласий» в среде восставших. Как известно, ряд древних авторов (Саллюстий, Плутарх) упоминают об этих «разногласиях», хотя их сведения настолько неясны и кратки, что оставляют самое широкое поле для предположений и толкований. В буржуазной исторической науке наибольшим распространением и признанием пользовалась точка зрения Моммсена, который усматривал причины этих разногласий в пестроте на-v ционального состава армии Спартака и считал наличие «разногласий» следствием национальной розни. С точки зрения Моммсена, Спартак, происходивший чуть ли не из царского рода Спартокидов, объединял и представлял эллинов; в то время как Крикс объединял враждебно настроенных по отношению к эллинам галло-германцев. Советский исследователь проф. А. В. Мишулин совершенно правильно выступил против этой распространённой в буржуазной науке теории, показав её политическую несостоятельность и фактическую недостоверность.

А. В. Мишулин в своей книге развивает новый и самостоятельный взгляд на причины разногласий в армии Спартака и «программу» движения. Он прежде всего анализирует состав армии рабов и приходит к выводу о неоднородности социального состава восставших. Вокруг основной массы рабов группировались присоединившиеся к ним разорившиеся земледельцы и солдаты — перебежчики из римских легионов, т. е, те же крестьяне. «В общем крестьянство и солдаты не только симпатизировали освободительной борьбе Спартака, но и участвовали в ней», — говорит А. В. Мишулин. Это широкое участие свободного крестьянства в освободительной армии Спартака и наложило, по мнению А. В. Мишулина, определённый отпечаток на характер и программу движения в целом и было истинной причиной возникших в армии разногласий.

Именно социальный состав усложнял задачи движения: «выдвигались одновременно две задачи, — говорит наш автор, — удовлетворить интересы восставших рабов и интересы крестьянства». Интересы тех и других не совпадали: рабы стремились к восстановлению свободы, а потому к уходу из Италии; крестьяне же были заинтересованы в возвращении экспроприированной у них земельной собственности и поэтому вовсе не желали покидать пределы Италии. Это противоречие обострялось при каждой новой попытке Спартака осуществить план вывода рабов из Италии, причём именно в эти моменты и происходили отпадения отдельных отрядов от армии Спартака.